– выполнением центрального ребра со сквозными изогнутыми поперечными канавками, образующими многоугольные элементы и т.д.
Вопросы конвергенции исключительных прав в России нередко вызывают ожесточенные споры, особенно если речь заходит о ноу-хау. В частности, З.Ф. Гайнуллина приводит к выводу о том, что авторское право на информацию о незапатентованных, но патентоспособных технических решениях, а также на информацию научно-технического, экономического, организационного и иного характера, которая хранится в секрете, не существует. По ее мнению, возможна лишь защита интересов обладателей такой информации, при соблюдении условий ограничения доступа к такой информации и ограничения доступа к такой информации и сохранения этих сведений в секрете, в том числе посредством защиты документированной информации о них [26].
Между тем разве нельзя предположить ситуацию, при которой научный доклад, содержащий в себе ценную информацию экономического характера, по решению автора оказывается необнародованным? При этом законодательство России вовсе не запрещает ситуацию, при которой необнародованный объект авторского права будет «содержать» в себе ноу-хау.
Обращаясь к товарным знакам, нужно согласиться с мнением, согласно которому зарегистрированный товарный знак продолжает охраняться авторским правом [27]. Более того, иногда происходит дублирование споров об авторских правах и о товарных знаках. Рассмотрим следующий пример:
Решение Палаты по патентным спорам от 20 апреля 2007 г. по заявке № 2000702633/50 [28]
Физическое лицо (далее – заявитель) обратилось в Палату по патентным спорам с возражением против предоставления правовой охраны товарному знаку по свидетельству № 202344. Оспариваемый товарный знак был зарегистрирован на имя А.И. Хайта в отношении товаров 3,5,6,8,9,11,12,14,16,20,21,24,25, 28,29,30,31,32,33,34 и услуг 35,38,41 и 42 классов МКТУ.
Рис. Товарный знак (регистрационное свидетельство № 202344)
Вот некоторые из доводов, которыми было мотивировано возражение:
– оспариваемое обозначение содержит словесное обозначение, которое воспроизводит название сценарного произведения, на основе которого был создан мультипликационный сериал, и два изобразительных элемента, воспроизводящих героев мультипликационного сериала «Ну, погоди!»: волка и зайца;
– сценарий «Ну, погоди!» был воплощен в мультипликационном сериале, первая серия которого вышла в 1969 г.;
– представленные в приложении материалы свидетельствуют об общеизвестном признании этого произведения и о безусловной известности как самого мультипликационного фильма, так его сценария и художественных образов;
– название «Ну, погоди!», известного в РФ произведения литературы и искусства, а также персонажи этого произведения, являющиеся результатом творческой деятельности соавторов, не могли быть зарегистрированы в качестве товарного знака без согласия всех соавторов, в частности такое согласие не было получено от Аркадия Хайта и его правопреемников.
Правообладатель выразил несогласие с возражением и предоставил на него отзыв. Приведем некоторые из основных его аргументов:
– название сценария «Ну, погоди!» представляет собой название отдельного произведения литературы – сценария, права на которое принадлежат его создателям – авторам сценария;
– в совместном заявлении от 5 декабря 1999 г. действительные и единственные авторы сценария мультипликационного сериала «Ну, погоди!» Курляндский А.Е., Камов (Кандель) Ф.С. и Хайт А.И., художники Котеночкин В.М. и Русаков С.К. разрешили Хайту А.И., правообладателю указанного товарного знака, использовать изобразительные образы персонажей и название указанного сценария совместно и по отдельности в различных вариантах в качестве обозначений или их элементов при подаче заявок на регистрацию товарных знаков в отношении всех товаров и услуг, предусмотренных МКТУ;
– согласие наследников Аркадия Хайта не требуется в связи с тем, что Хайт Аркадий Иосифович выдал доверенность на управление всем его имуществом своему родному брату Александру Иосифовичу Хайту.
В последующем обмен доводами между заявителем и правообладателем, включающий в себя в том числе вопросы наследственного права и права авторского, был продолжен. Однако Патентная плата по спорам не рассматривает по существу вопросы в сфере указанных отраслей права.
В итоге было принято решение в удовлетворении возражения отказать.
Конвергенция объектов интеллектуальной собственности подтверждается и новеллой гражданского законодательства о праве использования результатов интеллектуальной деятельности в составе единой технологии.
В соответствии со ст. 1542 ГК РФ единой технологией признается выраженный в объективной форме результат научно-технической деятельности, который включает в том или ином сочетании изобретения, полезные модели, промышленные образцы, программы для ЭВМ или другие результаты интеллектуальной деятельности и может служить технологической основой определенной практической деятельности в гражданской или военной сфере. В состав единой технологии могут входить также результаты интеллектуальной деятельности, не подлежащие правовой охране на основании правил настоящего раздела, в том числе технические данные, другая информация.
ГЛАВА 4
АВТОР ИЛИ ИНВЕСТОР?
В Древнем Риме люди часто говорили: «Faber est suae quisque fortunae!» В переводе на русский язык эта фраза означает: «Каждый сам кузнец своей судьбы». Применительно к вопросам охраны интеллектуальной собственности эта фраза приобретает особый смысл. Одни авторы, используя правовые механизмы, стремительно богатеют, другие не менее талантливые изобретатели не могут годами продать результаты своей интеллектуальной деятельности. В чем же причина такого неравенства?
4.1
Скрытое соперничество
Основная причина в скрытом соперничестве между авторами и изобретателями с одной стороны и фактическими инвесторами, выделяющими денежные средства на реализацию в жизнь инновации как сфере промышленности, так и в шоу-бизнесе. Здесь действуют суровые законы бизнеса.
В качестве примера тут можно привести хрестоматийный случай, произошедший с Иоганном Гуттенбергом – основоположником книгопечатания, описанный В.З. Черняком: «Недостаток средств вынудил Гуттенберга открыть компаньонам секрет своего книгопечатания для того, чтобы получить от них денежную помощь. Компаньоны согласились оказать ему эту услугу с условием разделить с ним не только доходы, но и славу изобретения. Желая обеспечить успех мероприятия, Гуттенберг согласился на это. Его имя исчезло в фирме товарищества, и он стал не больше чем одним из рабочих собственной мастерской. Наследники одного из компаньонов начали против него процесс, оспаривая у него первенство открытия и право пользования им. Положение Гуттенберга перед судом было крайне затруднительно: он боялся раскрыть секрет своего изобретения, а между тем судьи, сгорая от любопытства узнать сущность нового открытия, осыпали его вопросами. Гуттенберг предпочел осуждение отречению от своего изобретения» [29].
Приведем другой, более современный пример. Когда известнейший актер Аль Пачино потребовал сравнительно высокий гонорар за исполнение роли Майкла Корлеоне в кинофильме «Крестный отец. Часть III» (1990), продюсеры объяснили ему, что им легче внести изменения в сценарий и начать фильм с похорон его персонажа. Тем не менее актеру пришлось пойти на уступки, и он сыграл одну из самых успешных ролей в своей карьере.
