— Да ну и что? Зато от нас отвяжутся, — сказал Раф.
— Ты все-таки идиот, — пробормотал Деян. — Как политики Вежи отреагируют на заявление об Алисии? Как они поступят с тем, кто его принес? Будут ли они нас использовать, или им лучше самим нас убрать? Ты знаешь? Может быть, эта Алисия им сейчас вообще не нужна и как-то плохо может повлиять на выборы и боги знают на что еще.
— Это ты идиот, если хочешь сидеть и ничего не делать. И выбрать что посложнее, а не что проще и быстрее, — огрызнулся Раф.
— Я за полицию, — перебил всех Иржи. — Политики Вежи слишком ненадежные союзники, потому что данные Алисии касаются именно их. Они могут придержать информацию или сделать нас виновными. К тому же могут надавить на Объединение и исключить Болскую земь из их рядов. Как раз из-за Алисии. Но это все не касается нас и нашей безопасности, это все будет касаться только политики. А за безопасность граждан отвечает полиция, туда и надо обращаться.
Деян хмыкнул и отставил кружку с чаем.
— А я думаю, надо тихо рассказать об Алисии журналистам, — выдвинул свое предложение он.
— Да что могут эти журналисты? — спросил Раф.
— Предать все это огласке, что нам и нужно. Хорошие журналисты уцепятся за такую информацию и сами начнут копать, без нашей ощутимой помощи. А еще они не выдают свои источники, то есть наши имена останутся тайной, даже для полиции.
— И где нам найти хорошего журналиста? — скептически спросил Иржи, а потом будто что-то прочитал во взгляде Деяна и сказал ему: — Нет. Это будет уже вторая просьба, ты с Мирой не расплатишься.
— Я не буду ее просить. Просто приду на ее бал. Не буду заходить в дом. Останусь среди коктейлей на улице. И постараюсь поймать либо Вирама, либо ту стерву Искиру. Эти две пираньи всегда приходят к моей сестре в поисках информации.
— Из этого не выйдет ничего хорошего. Это же территория Вежи. И твои родители по самые уши в вежийских интригах, — заявил Иржи и начал дальше раскладывать по полочкам: — Во-первых, тебя там не ждут. Или ждут, чтобы посмеяться и потом вышвырнуть, сдать отцу, да мало ли еще для каких игр. Во-вторых, эти журналисты также могут слить все вежийским политикам, а не опубликовать.
— Не соглашусь. Для них важнее информация, чем лояльность кого-то из верхушки. Они получают деньги за информацию в первую очередь. А свою журналистскую репутацию берегут похлеще остальных. Не дай боги, чтобы кто-то обвинил их в симпатии к каким-то политикам.
Раф переводил взгляд с Иржи на Деяна и не лез с ценными советами, паромщица хмурилась. А Деян ощущал, что в голове уже сложился план. Хлипенький, но все же.
— Кстати, Кира, если ты не спешишь… — Деян понял, что раз она сидит с ними и думает, как выпутаться, значит, есть еще возможность удержать ее на время. Так что чем черт не шутит, можно и предложить: — Составишь мне компанию сегодня вечером на балу?
Раф удивленно присвистнул, Кира подняла брови.
— Плохая идея, — не отставал Иржи. — И твои планы редко идут… по плану.
— Но мы всегда приходим к нужному результату.
— В этот раз можно поступить по-моему.
— Предлагаю оставить полицию как запасной вариант, если с журналистами не сработает. Все может пойти не так, как мы думали, и придется все пересматривать на ходу, — развел руками Деян. И Иржи тяжело вздохнул.
— Ты всегда так делаешь, пересматриваешь.
— Потому что нет ничего хуже, чем следовать первоначальному плану, когда ситуация изменилась, — сказал Деян.
— Поэтому ты вдруг решил, что звонить сестре, из-за которой у тебя даже нет разрешения на вождение, — хороший вариант? — непробиваемо уточнил Иржи. — Ты не хочешь идти в полицию только потому, что они спросят, как ты прошел в портал, а в системе это не отразилось. И попросят твой…
Деян предупреждающе посмотрел на Иржи. О том, что он умеет обманывать вживленный маячок, никто не знал, и выдавать это Рафу не стоило. Иржи и сам понял, но только пристальнее посмотрел на Деяна, чувствуя за собой правоту.
Когда дело касалось полиции, спорить с Иржи становилось очень сложно. Он свято верил, что только закон и специально обученные люди должны заниматься безопасностью. И лишь они всегда на стороне правды.
— Какие вы сложные, — пробормотал Раф. — Да мы можем просто позвонить анонимно и слить информацию. Хоть в полицию, хоть журналистам. Всего делов. Хотя мне больше нравится вариант с родителями Веты.
— По анонимным звонкам мало кто работает, если это не касается общей безопасности, — проговорил Иржи. — И пока его обработают, пройдет много времени, нас раньше убьют.
Установилась тишина, и Деян решил воспользоваться ситуацией, как бы говоря, что его план уже одобрен.
— Кира, так как насчет бала? — уточнил он.
— Хм, — протянула она. — А что там с тенями, которых посылали за мной? И что с этими истинными альфами, про которых говорил Босс? Если мы пойдем на ваш бал, нас не пристрелят, или что там у вас делают?
— Ты теперь официальный, то есть учтенный, паромщик, которого выставила на аукцион полиция. Это само по себе очень серьезно, — проговорил Иржи. — О тебе теперь всем известно, ты есть в базе, смысла тебя убивать уже нет. Ты даже официально устроена на стажировку.
— Хорошо, тогда пойдем на бал. Заодно познакомлюсь с твоей, Деян, сестрой. Только мне нужен номер Веты. И часы, с которых можно ей позвонить.
— Зачем? — удивился Раф.
— Пощебетать о девичьем. Про платья, туфли и прочее.
— Но даже если нет теней, — проговорил Иржи, сверля Деяна взглядом, — это бал, пусть и у влиятельных оборотней, но там может быть кто угодно. От мутных политиков до людей Босса. Это тоже не безопасно.
— Справимся, — отмахнулся Деян, полностью захваченный новым планом.
* * *
Вету отпустили из больницы утром, за ней приехала вся семья, включая дедушку с бабушкой и пятилетнюю сестру. Они ее обнимали, бабушка даже всплакнула. Мама так вообще примчалась еще ночью, сразу после Деяна, и просидела с ней до утра. Проспала всего пару часов на стуле для посетителей. Без макияжа, в растянутом свитере, который любила носить дома, когда она переставала быть представительной, всегда с иголочки одетой женой бывшего министра.
Они болтали обо всем, мама пыталась ее развеселить то одними историями, то другими. Правда, когда она начинала говорить о них с папой, что-то внутри дергалось и не получалось отвлечься. Не думать, что у нее такое тоже могло быть.
Про дрон никто не заикнулся, даже когда пришел папа. Он только крепко обнял, и все. Дома ее строго отправили в постель, брат притащил их любимый теплый плед, бабушка напекла пирожков, а младшая сестра подсунула любимого волка. И не прозвучало ни одного упрека.
В другое время Вета бы с радостью все это приняла. А сейчас как-то было немного муторно от ее доброй, понимающей и дружной семьи. У нее, может быть, никогда такой не получится. Потому что ее пара сволочь, а может быть, пар и вовсе не существует. Нечего надеяться на идеальную семью.
— Не кисни, — сказал брат, заваливаясь в ее комнату. — Я принес какао с зефирками.
Тим был на две головы выше Веты и старше, но сейчас казалось, он снова стал проказливым подростком, тайком таскающим сладости из кухни до обеда.
И конечно, он принес две кружки, себе тоже притащил. Сел на кровать и с удовольствием отпил.
— Тебе на работу не надо? — вяло спросила Вета. Ей так хотелось побыть сейчас одной.
— Я взял отгул. Сказал, что надо помочь семье. Кстати, завтра еще Мари приедет.
Вета застонала, отлично. Даже девушка брата все бросит и приедет из-за одной глупой волчицы. И уж она-то вытащит из нее все подробности. Мари как раз была специалистом по психологическим травмам, квалифицированный психотерапевт, чтоб ее.
— Супер, — пробормотала Вета.
— Чуть не забыл, — проговорил брат и достал из кармана часы. — Мы переподключили твой номер. Расскажешь, где посеяла прошлые?
Вета взяла часы и промолчала. Блин, что говорить родным? С полицией у нее как-то не было проблем.
