— Может, и нет, — сказал Ричер. — Но ты сядешь в тюрьму за убийство своего мужа. Это уж точно.
* * *
Спенсер Флемминг с трудом поднялся на ноги. Сначала он, как обычно, ссутулился, затем заставил себя выпрямиться. Он не мог вспомнить, когда в последний раз заботился об осанке. Или о том, что кожа была не грязной. Или что чувствовал ковёр под пальцами ног. Он подвинулся, пока не смог увидеть своё отражение в зеркале. Оно ему не понравилось. Он выглядел таким чужим рядом с людьми, которые помогали ему с тех пор, как Ричер и Эмбер Смит привезли его в отель. Его волосы. Его одежда. Он застыл во времени, понял он. Не по своей вине, учитывая, что его заставили жить в тени. И не по своему выбору. Но теперь он мог выбрать перемены. Придётся, если он собирается воспользоваться этим вторым шансом, который ему предлагают. Если это вообще произойдёт. Ричер сказал ему, что женщина, ответственная за его бедственное положение, сядет в тюрьму до конца своих дней. Он молился, чтобы это было правдой. Но глубоко внутри, в животе, он не верил. Не мог. У него было предчувствие. Она выкрутится, а он окажется обратно в психушке.
* * *
— Вы меня подставляете. — Голос Каслуги был почти визгом. — Вы на самом деле пытаетесь меня подставить. Это невероятно. Ты знаешь, что я не убивала Чарльза. Ты был там. Ты знаешь, что Вероника Сэнсон убила его. Она бы убила и меня, если бы ты появился на мгновение позже.
Ричер пожал плечами и сказал:
— А я всегда считал пунктуальность добродетелью.
Каслуга повернулась к Смит.
— Попробуй арестовать меня за это, и мой адвокат вызовет Ричера на допрос. Заставит его лжесвидетельствовать. Это он окажется в тюрьме. А не я.
Смит сказала:
— О, тебя арестуют.
Ричер сказал:
— Попробуй не пустить меня на свидетельскую трибуну.
— Это безумие. — Каслуга воздела глаза к небу. — Ты видел, что сделали эти женщины.
Смит схватила её за правую руку.
— Хватит истерик. Пошли. Время вышло.
Каслуга мгновенно вырвалась. Её правая рука появилась из-за спины. Может, Смит плохо застегнула наручники. Может, запястья Каслуги были особенно узкими. Но так или иначе, ей каким-то образом удалось высвободиться. Появилась левая рука. Она пригнулась. Порыхала в грязи. Затем выпрямилась с предметом в руке. Четырёхдюймовый гвоздь, весь погнутый и ржавый. Каслуга крутанулась за спину Смит. Обхватила правой рукой голову Смит, закрывая ей глаза. Левой приставила остриё гвоздя к шее Смит. Она попала в место прямо над сонной артерией. Капля крови потекла по шее и впиталась в рубашку. Гвоздь всё ещё был острым, несмотря на ржавчину. Это было ясно. Ещё несколько унций давления — и Смит будет мертва.
Каслуга отступила назад. Она потащила Смит за собой, одновременно оттягивая её голову, вытягивая шею и выгибая спину. Она сказала:
— Бросай пистолет.
Смит подчинилась.
Каслуга переключила внимание на Ричера.
— Ты тоже.
Ричер поднял руки до уровня плеч, но не выпустил пистолет. Он был повёрнут боком к Каслуге, дулом безвредно в небо. Он сказал:
— Я не видел, чтобы эти женщины что-то делали с твоим мужем. Он был уже мёртв, когда я туда попал.
— Потому что они застрелили его. Та, что помоложе.
— Правда?
Каслуга отступила ещё дальше.
— Я сказала, брось пистолет.
Ричер чуть отвёл руку с пистолетом в сторону и чуть опустил, но не отпустил.
— Я нашёл двух мёртвых агентов. Потом услышал три выстрела. Они были близко друг к другу. По времени и по месту.
Смит начала сопротивляться. Она попыталась вывернуть голову от гвоздя, но не могла высвободиться. Гвоздь лишь глубже впивался в кожу.
Каслуга сказала:
— Вероника уже застрелила агентов. Чарльз выстрелил дважды. Он попал в Роберту и убил её. Он попал в Веронику и сбил её с ног, но она выжила из-за жилета. Она выстрелила в ответ в тот же момент и убила Чарльза.
Ричер покачал головой.
— Я слышал три выстрела, потом упал пистолет. Ты выстрелила во всех троих. В мужа, потом в женщин. Потом бросила свой пистолет к ногам мужа. Но ты совершила ошибку. Ты не убила Веронику. И это чуть не стоило тебе жизни.
— Проверь отчёт полиции. Посмотри, сколько патронов не хватало в каждом пистолете.
— Я проверил. Два из твоего. Один из пистолета Роберты. Три из пистолета Вероники.
— Два из пистолета Чарльза. Что доказывает мои слова.
— Из пистолета, найденного рядом с телом Чарльза. Что доказывает, что ты хороша. Для импровизированного плана он был во многих аспектах адекватен. Ты попросила побыть наедине с мужем. И воспользовалась этим, чтобы переложить одну пулю из пистолета Вероники в свой. Ты даже заметила, что они другого бренда. Ты используешь Browning. У неё были Federal. Так что ты разрядила свой пистолет и перезарядила его так, чтобы её пуля оказалась внизу магазина.
— Я ничего не делала, пока была наедине с Чарльзом. С его телом. Я была слишком расстроена.
Смит начала перебирать ногами, пытаясь вырваться. Каслуга ударила её локтем в рёбра, и она перестала двигаться.
Ричер сказал:
— Ты переложила одну пулю. Ты передвинула стреляные гильзы. В отчёте полиции отмечено, что они лежали в странном положении. И ты вписала имя своего мужа в список Роберты Сэнсон.
— Я не вписывала. А теперь брось пистолет. Я не повторю.
Ричер опустил пистолет чуть ниже. Чуть выдвинул вперёд.
— Помнишь те слова, что ты написала для меня? *Чистит марафоны*? Это анаграмма *Чарльз Стаморан*. Те же буквы, другой порядок. И угадай что? Почерк идеально совпадает.
— Брось эту чёртову...
— Главный вопрос: зачем ты вообще написала его имя? Почему не оставила список из семи имён? Зачем сделала его восьмым?
— Он и был восьмым. Я не делала его им ничего.
— Верно. Он был кем-то вроде руководителя, за 7 500 миль. Никак не влиял на проект изо дня в день. В отличие от девятого человека, который был там, на месте, по уши в грязи. Разгребал последствия утечки. Задабривал родственников и свидетелей.
— Не было никакого девятого человека.
— Был. Это ты.
Ричер увидел, как костяшки пальцев Каслуги побелели вокруг гвоздя. Увидел, как сузились её глаза. Как напряглись сухожилия на шее. Поэтому он развернул пистолет остаток пути. Он был мастером-стрелком, с пистолетом или винтовкой. В этот момент расстояние было ничтожным. Не было ветра. Никаких бликов. Цель не двигалась. Он не запыхался. Было несколько точек, которые он мог выбрать с минимальным риском для Смит. Голова Каслуги. Плечо. Любое колено. Любая голень. Любая стопа. Ричер нажал на спуск. Он попал Каслуге прямо в центр правого подъёма стопы. Она закричала, выронила гвоздь и тяжело упала на бок.
