Чисто английские убийства. Смерть накануне свадьбы - Литч Фиона

Он открыл дверь, и мы вошли. Беспорядка на кровати, который я видела накануне, больше не было, чемодан исчез, и либо в постели никто не спал, либо в прошлой жизни Шерил была горничной. А может, так и было, или просто она была по натуре аккуратисткой и умела ловко заправлять постель. У меня спальня никогда так не выглядит. Тони тяжело опустился на кровать.

— Я пытался ей звонить, но она не отвечала. Никто не мог до нее дозвониться, и тогда я взял ключ у администратора и зашел сам. И обнаружил вот это.

Он протянул мне лист бумаги. «О нет», — подумала я. Интуиция меня не подвела. Я взяла бумагу.

— «Дорогой Тони», — прочла я… и замолчала. Дальше ничего не было.

— Я не знал, кому еще позвонить, — сказал он. — Маме говорить пока не стал, она сразу впадает в истерику. А семья Шерил… по-моему, чем меньше я с ними общаюсь, тем лучше.

— Могу тебя понять, — сказала я.

Судя по вчерашнему вечеру, после женитьбы Тони угодит в ту еще семейку.

— Полицию вызывать смысла нет — скажут, что она меня бросила. Но ведь она не закончила письмо, правда? Она могла бы написать что угодно.

— Да, могла бы… — Я не хотела сообщать ему о том странном чувстве, которое у меня возникло после короткого разговора с Шерил накануне. Но и не пришлось.

— Кого я пытаюсь обмануть? — пробормотал он, помрачнев. — Она меня бросила, да? Вот о чем она собиралась поговорить. Этого стоило ожидать, особенно после того, как Мел на нее накинулась. Мне до нее далеко — на что я вообще ей сдался? Идиот.

— Прекрати немедленно, — сказала я, усаживаясь рядом. — Повторять не буду; ты же знаешь, я не склонна к пафосу и сантиментам, так что слушай внимательно. Ты — хороший человек, Тони Пенхалигон. Сейчас, когда ты уже избавился от привычки вытирать нос рукавом…

— Бывает иногда, — признался он тихо. Я сделала вид, что ничего не слышала.

— Ты — хороший человек, — повторила я. — Ты, конечно, простоват порой, но у тебя доброе сердце, и ты заслуживаешь счастья. Шерил повезло встретить тебя, и если она слишком глупа, чтобы это понять, тем хуже для нее.

— Мне без нее плохо, — печально признался он.

Я вздохнула и положила голову ему на плечо.

— Знаю.

Мы немного помолчали.

— И что мне делать? Отменять свадьбу? — спросил он.

— Ну, не я же за тебя замуж собиралась.

— Мы позвали сотню гостей! Я же не могу всем звонить и говорить, чтобы не приходили!

— Пусть приходят, — сказала я. — Тебе нечего стыдиться. И потом, ты уже все оплатил. У нас на кухне триста волованов, осталось положить начинку. Пусть собираются. Узнают обо всем одновременно. Выпьют, закусят, вдоволь почешут языками. Пусть наперебой хлопают тебя по плечу, выражают сочувствие. — Он тихо застонал. Я сама похлопала его по спине. Придется ему к этому привыкать. — Понимаю, все понимаю. Зато один день — и все будет позади. Какой смысл растягивать удовольствие?

— Это просто кошмар, — сказал он. Я кивнула, но тут резко выпрямилась, заметив на туалетном столике связку ключей, почти полностью скрытую скомканным полотенцем.

— Это твои ключи? — спросила я.

Тони удивился, потом покачал головой:

— Нет, это Шерил.

Значит, она ушла не домой, раз оставила ключи от квартиры, так? И ключи от машины. Значит, она где-то тут.

— Она могла вызвать такси.

— Зачем ей это? Если бы я задумала побег, точно не стала бы маячить тут в ожидании такси. — Я встала и потянула Тони за руку. — Пойдем! Наверняка ее просто перед свадьбой накрыло, и она вышла проветриться. Может, она где-то недалеко от отеля.

Мы спустились в фойе и остановились в дверях, вглядываясь в площадку перед отелем. Тони показал на дальний угол парковки, где стояла новенькая ярко-красная спортивная мазда.

— Вон ее машина, — сказал он. — Я даже не подумал посмотреть. Решил, что она уехала: записка, чемодан пропал…

Я подошла поближе и заглянула внутрь. Чемодан Шерил лежал на заднем сиденье.

— Вы же планировали сразу после приема уехать в свадебное путешествие, так? На чьей машине? На твоей или ее?

— На ее. Она хотела эффектное отбытие — чтобы мы уехали с открытым верхом, в конфетти и с воздушными шариками, а все махали нам вслед. Сказала, что моя старая машина не подходит.

— Ну вот. Просто готовилась. — Хотя странновато заниматься этим с утра в день свадьбы, когда по плану невеста должна ждать парикмахера. И это все равно не объясняет, почему она не берет трубку.

Светило солнце. Сад, где намечалось провести церемонию, выглядел прекрасно, и на улице уже было тепло — день обещал быть чудесным. Раздражал только непрерывный лай собаки где-то поблизости, но не может же все быть идеально. Эта гостиница с гордостью декларировала, что принимает гостей с собаками, так что, скорее всего, шумел чей-то заласканный пудель или стриженая болонка.

— Прогуляйся, поищи ее, — сказала я. — До церемонии еще несколько часов. Откровенно говоря, ты ведь волнуешься не меньше, чем она, раз так торопишься с выводами. А мне пора на кухню. — Я хлопнула его по плечу. — Мы готовим свадебный банкет, между прочим!

Я оставила Тони на ступенях, ведущих к отелю; он стал слегка спокойнее, не то что с утра, а сама пошла на кухню. Управляющий отелем был не против, чтобы мы наняли их официантов, но похоже было, его задело, что Тони и Шерил не привлекли их поваров, так что помощники на кухне мне были просто необходимы. Я только надеялась, что они будут помогать, а не мешать. И очень верила, что свадьба все-таки состоится и нам будет, кого кормить.

Мама с Дейзи «усердно работали» — если, конечно, считать работой чаепитие. Вид у обеих был слегка недовольный. Дейзи взглянула на меня из-за огромной кучи картошки.

— Как мило, что ты к нам присоединилась, — сказала она. Ехидная девица.

— Эй, барышня, я сегодня тебе не только мама. Я твой босс. Будешь дерзить — уволю.

— Подумаешь, испугала, — ответила она. Я обняла ее, и она тут же заерзала, вырываясь.

— Спасибо, что помогаешь мамочке, булочка моя сахарная, — пропела я фальшивым детским голоском. Она терпеть не могла этот голос и это прозвище. — Мамочка одна не справится.

— Надеюсь, ты не забыла, что обещала мне заплатить, — проворчала она, уткнувшись мне в бок.

Я рассмеялась и отпустила ее.

— В понедельник пойдем прокалывать уши, — сказала я.

Она попыталась скрыть восторг, но неудачно. Впрочем, неудивительно — она доставала меня этой просьбой с семи лет.

— По две дырки в каждом ухе? — спросила она.

Я немного подумала и кивнула. Почему бы и нет? Возможно, в ее новой школе это запрещено, но вторые сережки всегда можно будет снять, и хоть раз не я окажусь в роли злодея.

— А можно еще в носу?

— Конечно! И в пупке. И татуировку. А бабушка заодно проколет себе сосок.

— Ой, — сказала мама. — Представляешь, как это будет цепляться за вязаную кофту?

Дейзи закатила глаза:

— Можно было просто сказать нет.

— Хорошо. Нет.

Мама допила чай и принялась взбивать в глубокой миске соус для креветок.

— Как там Тони? Ты как думаешь, она от него сбежала? — Она макнула палец в соус, облизала его и добавила немного лимонного сока. — Не то чтобы я с ней много общалась, но мне она не понравилась.

Я аккуратно перехватила ее руку, когда она снова потянулась макнуть палец.

— Мам, гигиена! Пожалуйста, пользуйся ложкой, а если хочешь попробовать еще — возьми другую. Чистую!

Она фыркнула, мол, нечего делать из мухи слона.

— Ты же знаешь, что я права. Можно кое-что себе позволить, когда готовишь только для себя, но вот массового отравления мне только не хватает! У меня дебют в роли организатора банкетов, а ты напустишь сюда микробов, древних, как ты сама.

— Ну и наглость! — воскликнула она и шлепнула меня по ногам полотенцем с притворным возмущением. Я легко увернулась. — Никакого уважения к старшим.

— Думаю, у Шерил просто нервы сдали, — сказала я, меняя тему и ловко подхватывая очищенную картофелину, скатившуюся с доски Дейзи. — Уверена, все пройдет безупречно.