Когда раздался характерный стук в дверь, первым встал Корсаков. Он прошёл в прихожую и открыл Шуре. Это был, конечно, он. Шура вошёл, держа в руках чёрный пакет, в который было завёрнуто что-то небольшое и нетяжёлое.
- Что это?
- Видеокамера цифровая.
- Такая, какая нам нужна?
Шура кивнул, снимая куртку. Корсаков, провожаемый тоже вставшими и прибежавшими в прихожую Лёвой и Мариной, прошёл в комнату, разворачивая на ходу пакет. Внутри была маленькая, больше похожая на мыльницу, камера и шнуры. Корсаков вынул эту "чудо-мыльницу" как её тут же окрестила Марина.
- А ты умеешь ею пользоваться?
- Конечно! Думаю, это не труднее чем включить обычный магнитофон.
Шура перенял у Корсакова камеру, установил на полке, вынул из пакета шнуры и стал их приспосабливать к штекерам позади телевизора. Лёва взял кассету, нетерпеливо постукивая ей по ладони, и... вдруг застыл в недоумении, глядя на кассету.
- А это не та кассета.
- Что? - поднялся от телевизора Шура.
- Может, конечно, мне кажется, но у настоящей кассеты плёнка была перемотана почти до середины, а здесь она на начале. Это другая кассета. Это... абсолютно новая кассета. - Лёва сказал и повернулся к Марине. Марина, в свою очередь, будто ничего не понимая, смотрела на Лёву.
- Что?
- Марина, это другая кассета. Где настоящая? Зачем ты подменила кассету?
- Ничего я не меняла. С чего ты взял-то?
Шура и Корсаков смотрели то на кассету, то на Марину.
- Лёва, ты точно помнишь? - спросил Шура.
- Да! Он прав, плёнка была перемотана до середины, - подтвердил Корсаков, - и она, только она оставалась какое-то время с кассетой наедине.
- Она подменила кассеты, - вынес приговор Лёва, - когда уходила на кухню.
Друзья двинулись на Марину. Марина отступила на шаг, но потом, вынув из кармана шубки, в которой она находилась до сих пор, пистолет, тот самый, что совсем недавно упирался дулом в шею Логинова, вытянула его перед собой.
- Стоять!
Друзья в шоке отступили назад к телевизору.
- Руки! - глаза Марины вдруг приобрели звериный прищур. - Извините, мальчики! Думала по-хорошему с вами расстаться, да видно не получится.... Оставайтесь на месте!
- Где же ты взяла другую кассету? - спросил Корсаков.
- Где взяла, в магазине, конечно. Ещё с утра. Когда, будто бы за прокладками бегала, - пояснил Лёва.
- Допустим, и что?
- А то, что ты всё заранее продумала, а для подстраховки ещё и ментам позвонила. Значит, арест Аркадия, всё-таки твоих рук дело?
- Моих. Жаль только, что вас всех четверых не взяли. - Марина стала отступать к двери. - Ладно! Я бы ещё с вами поболтала, но некогда, меня Костя ждёт. Пока, мальчики! - Держа пистолет всё так же на вытянутой руке, Марина взялась за ручку двери.
- А ты не боишься, что мы и тебя ментам сдадим как главного организатора ограбления казино? - спросил Шура.
Марина уже готовая выйти, остановилась и усмехнулась.
- А кто же это вам поверит? Где это видано, чтобы хозяйка грабила своё собственное казино?
- Зачем ты покрываешь Логинова, Марина? - спросил Корсаков. - У тебя ведь на руках улика, благодаря которой можно засадить Константина лет на десять. И тогда ты будешь свободной от него.
Марина вздохнула и, покачав головой, вышла из квартиры.
- Ты ещё не понял? - тихо спросил Шура.
- О чём ты?
- Это не Логинов, это Марина убила Шамилова.
Корсаков открыл рот и так стоял ещё долго, переваривая сказанное и происшедшее. Однако Шура не дал Арсению долго размышлять.
- Так! Нам нужно убираться отсюда и как можно скорее.
- Почему?
- Потому что Марина сейчас же натравит сюда ментов. У нас есть какие-нибудь полчаса, если не меньше. - Шура уже сворачивал обратно в пакет только что принесённую камеру.
- Это точно! - согласился с другом Лёва. - я уже чувствую запах погони. - Нужно взять жратвы. - Лёва уже было кинулся на кухню.
- Успокойся! Сейчас ещё будем с сумками таскаться. У нас есть деньги.
- Мало!
- Хватит, чтобы ночь прокантоваться где-нибудь.
- Опять квартиру снимем? - спросил Лёва.
- А у меня есть предложение, - вдруг воскликнул Корсаков.
- Какое? К твоим родителям?
- Нет! Чердак художника. Там нас точно уж никто не станет искать.
- А мы туда попадём?
- Там всегда открыто. Только,... а дальше что?
- А дальше у меня есть кое-какие соображения на этот счёт, - кричал уже из прихожей Шура, натягивая куртку.
- Рассказывай! - Корсаков тоже прибежал в прихожую, держа подмышкой картину.
- А картину ты зачем берёшь?
- Я с ней сросся.
- Нет, серьёзно, зачем?
- Я так ближе к Есении. Так что у тебя за соображения?
- Потом! Сейчас некогда.
- Правильно! План номер один - смотаться отсюда. - Лёва всё же принёс из холодильника палку колбасы и пакет с овощами и теперь всовывал всё это "богатство" в сумку.
- Я же сказал, не надо! - прикрикнул на него Шура.
- Ладно! - махнул рукой Лёва. - Ты занимайся своим делом, а я займусь своим.
- Ты готов? - спросил Шура Корсакова, застёгивая куртку.
- Готов! Уходим?
- Уходим!
- Подождите, я не оделся, - сунув сумку Корсакову, почти обиделся Лёва.
- Давай уже быстрее! С минуты на минуту...
- Нет! Пока я не чувствую опасности, - завязывая шнурки кряхтел Лёва.
- Не чувствует он. Пошли!
Наконец, Шура с видеокамерой, завернутой в пакет, Лёва с сумкой с продуктами, а Корсаков с картиной, покинули "убежище".
37. Кто убил Шамилова?
Друзья, стараясь не создавать много шуму, поднялись по лестнице к двери ведущей на чердак дома. Корсаков смело открыл дверь и поднялся на высокий порог, Лёва с Шурой проследовали за ним. В комнате было темно и довольно прохладно. Корсаков пошарил по стене, нащупывая выключатель.
- Не зажигай свет! - шепотом предупредил Шура.
Корсаков кивнул и опустил руку. Друзья прошли вглубь комнаты. Едва освещённая окном комната была пуста. Сквозь разбитую створку окна тянуло холодом. Шура подобрал с пола плед и всунул его в прореху в стекле.
- Да уж! Не очень гостеприимное жилище.
- Мы замёрзнем здесь. Да и спать негде. - Лёва ходил взад и вперёд, разглядывая в полумраке расписанные стены и электрошкафы.
- Может наверху потеплее будет? - Корсаков поставил картину, которую не захотел оставлять в "убежище", на единственный сохранившийся в целости и сохранности предмет - станок и поднялся по лестнице наверх. Слава богу, кровать вынести ещё не успели, и на самом деле, здесь было теплее. - Здесь кровать есть, втроём поместимся.
- Как это ещё бомжи не облюбовали это местечко? - поднявшись следом за Корсаковым, удивился Шура. - Что ж, пожалуй, жить можно!
- Да ну! Даже стола нет. На чём есть-то? - говорил снизу Лёва, всё также ходя по комнате и попинывая осколки стекла и обломки рам от картин.
- Поднимайся сюда! ...И стол есть. - Шура вытащил из обломков, бывших некогда душевой кабинкой, табурет.
- Здесь, конечно, не гостиница "Беларусь", но ночь провести можно.
Лёва вздохнул очень тяжко, всё-таки отсутствие стола сильно отравляло его мнение о бывшем жилище художника Андрея, и стал грузно подниматься наверх.
За скромным ужином Корсаков, наконец, обратился к Шуре с вопросом, который его очень интересовал.
- Что будем делать дальше?
- А что и думали! Нам необходимо, прежде всего, снять с вас подозрения в ограблении.
- Но у нас нет кассеты. Чем же нам оперировать?
- Знаешь, что я подумал... Возможно, Логинов не в курсе дел Марины.
- Почему?
- Потому что если бы был в курсе, он не стал бы приплетать в это дело милицию. Нет! Он, по крайней мере, до сегодняшнего дня был уверен, что Марина, действительно, решила его кинуть. Как ты думаешь, Лёва?
