Зеленый на удачу - Дун Кеннет

– Какое кладбище?

– Обычное городское кладбище. Видите, здесь шоссе проходит над Грин-ривер. С этой стороны дом Авроры, а напротив него кладбище.

– Как же Аврора не боится там жить одна?

– А что тут такого? – удивился Фил. – Там же лежат в основном предки местных жителей, а мы их знаем, как облупленных, и подвоха не ждем. Между прочим, этого на карте нет, потому что она старая, но лет пять назад сразу за кладбищем на старом выгоне мы устроили бейсбольное поле. В субботу будет матч с командой из Кембриджа. Не того Кембриджа, а нашего из Огайо, он всего в тридцати милях от Айду. Если машину не починят, приходите посмотреть на игру.

– Слишком много информации для одного вечера, – заявила Лидия, допивая сидр. – Я бы предпочла пойти домой и лечь спать.

– Пешком?

– Почему нет? Не хочу вас отвлекать от общения с избирателями.

– Нет, так не пойдет, – покачал головой Дилейни. – Я же все-таки мэр и обязан продемонстрировать знаменитое гостеприимство Айду. Сид! – поманил он из толпы какого-то юношу. – Отвези леди в дом Авроры. Можешь взять мою машину, только пригони ее обратно.

– С удовольствием, – чинно склонил голову парень.

– Может, нам стоит захватить и Аврору? – неуверенно спросила Лидия.

Весь тщательно сконструированный облик хозяйки отеля пришел в полный упадок. Тушь размазалась вокруг глаз, красная помада запачкала щеки и подбородок. Платье скособочилось, частично задравшись и обнажив пояс от чулок. Застежка на одной туфле отстегнулась. Залитые лаком кудряшки встали дыбом, образовав весьма авангардную укладку, которую Лидия однажды видела на модной выставке в Нью-Йорке.

– Аврора сама отлично разберется, – устало ответил Фил Дилейни.

Сид отвез Лидию до дома на «линкольне» мэра, элегантно объезжая все выбоины, подождал, пока она поднимется на крыльцо, пожелал спокойной ночи и отчалил.

Зайдя в спальню, она умылась, облачилась в ночную рубашку и с огромным наслаждением накрылась с головой тонким пуховым одеялом. Сквозь сон ей послышалось в саду сладострастное кошачье мяуканье.

Глава 8

Хотя Филипп Дилейни и был мэром Айду, переизбранным уже на третий срок, это не означало, что он был обязан веселиться со своими избирателями до последнего глотка сидра. За порядком в зале следили шериф Джорджи Пенн с помощником, впрочем следить было особо не за чем, потому что вечер танцев протекал весело и благопристойно – как все, что происходило в Айду.

Конечно, Ро Рэмсботтом не на шутку разошлась и уж слишком явно флиртовала то с Пенном, то с Ником Орбахом, владельцем пекарни, к большому неудовольствию жены последнего. Но Фил знал, что это не выльется в серьезный скандал. Миссис Орбах быстренько увела мужа, а что касается Авроры, то он не сомневался, что кто-нибудь поможет ей добраться до дома.

Поэтому обменявшись любезностями с несколькими членами городского совета и похвалив музыкантов за усердие, Фил Дилейни с удовлетворением вышел из душного зала клуба, сел в свой «линкольн» и проехал три квартала до улицы Дилейни, где располагался его фамильный особняк.

Пожалуй, это действительно был настоящий особняк. Прадед Дилейни не поскупился и отгрохал претенциозное жилище, когда город начал процветать и в него потянулись первые инвесторы с серьезными деньгами. Начать с того, что он был сложен не из дерева, доставляемого в те времена сплавом по Грин-ривер, а из кирпича и камня, специально привезенных в Айду как только запустили железную дорогу. Дилейни нанял архитектора – не того самоучку-прораба, который наспех налепил фанерных домиков вдоль городских улиц, а настоящего с университетским дипломом – и тот спроектировал дом так, что летом в нем была приятная прохлада, а зимой батареи долго держали тепло от печей и каминов.

В особняк вело роскошное крыльцо с десятком каменных ступеней, вокруг него была разбита широкая ухоженная лужайка, украшенная клумбами и цветущими кустарниками. Фил исправно платил местным парнишкам за стрижку травы, а также соседке миссис Купер, чтобы она ухаживала за розовыми кустами и регулярно обновляла клумбы сезонными однолетниками.

Поставив машину в гараж, Фил зашел в дом через заднюю дверь. Уверенно двигаясь в темноте, он миновал первый этаж и поднялся по лестнице в свой кабинет. В фамильном особняке было одиннадцать спален, пять ванных комнат, несколько кабинетов, а также гостиная, бильярдная и две столовых, зимняя и летняя. Это не считая кухни и подсобных помещений для прислуги. Всем этим Фил Дилейни уже давно не пользовался.

Его прадед мечтал о том, что в доме будет жить большая семья, гордые наследники Айду. Насколько Фил знал, у Донала Дилейни и его жены и правда родилось семь или восемь детей, из которых лишь трое достигли совершеннолетия – дед Фила и две его сестры, одна удачно вышла замуж и уехала в Бостон, а вторая заболела полиомиелитом и умерла, не дожив до тридцати.

Отцу Фила и его братьям повезло больше, Айду к этому времени стал настоящим цивилизованным городом, условия жизни в нем не были уже такими экстремальными, как в прошлом веке. Они все женились и родили собственных детей, так что нередко в фамильном особняке собирался весь большой клан Дилейни, как и задумывал его родоначальник. Все это закончилось после Второй мировой войны. Братьев, сестер и кузенов Фила разбросало по всей стране. Иногда приезжал младший брат Мэтью, тот самый, кто придумал девиз города, но уже много лет Фил его не видел. Остальные родственники, особенно молодое поколение вообще не проявляли никакого интереса к Айду.

Так что постепенно Фил одну за другой закрыл пустующие комнаты и зачехлил мебель. В огромной кухне с необъятной дровяной плитой тоже не было необходимости. Жизнь его протекала по большей части в крохотном уютном кабинете на втором этаже, где он установил маленькую чугунную печку и принес электроплитку для чайника. Здесь же стояли кресло, письменный стол, буфет и узкая лежанка, спать на которой было Филу гораздо удобнее и проще, чем в большой кровати с балдахином в соседней спальне.

Подойдя к буфету и плеснув в стакан на полпальца скотча, Фил бросил взгляд на портрет покойной жены, висевший на стене. Хезер умерла четырнадцать лет назад от рака желудка. Их единственная дочь Виктория переехала в Гамбург, получив после колледжа работу преподавательницы английского. Она все еще часто писала отцу, описывая жизнь в Германии, свою работу, новых друзей, настроения, которые царят в Европе, но ни слова не упомянула о том, что хочет хотя бы ненадолго приехать в Айду.

Воспоминания о Хезер навели Фила на мысли о сегодняшней гостье Ро Рэмсботтом, которую та привела на танцы. Эта Лидия Сойер была приветлива, но держалась с вежливой отстраненностью. Ее платье, прическа, да и весь ухоженный облик свидетельствовали о хорошем воспитании и больших деньгах. Она была настоящей леди, как сказала бы Хезер. И тем не менее эта настоящая леди оказалась в Айду.

От Бассетов мэр узнал, что миссис Сойер недавно овдовела и направляется из Коннектикута в Дулут, где она купила дом. Однако, как понял Фил, это было известно только с ее собственных слов. Насколько Фил представлял себе богатых вдов Восточного побережья, они предпочитают развеивать печаль в морских круизах, в магазинах на Пятой Авеню или посещая модные показы где-нибудь в Париже. А не мчаться в одиночестве через полстраны на раздолбанном пикапе.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.