— Где Джул?
Он попытался подняться, но тут же отказался от этой затеи, чтобы снова не потерять сознание. Если ему и дали какое-то обезболивающее, то в гомеопатических дозах. Казалось, что в левом плече торчит топор, а глаза так заплыли, что он едва мог смотреть.
— Джул лежит в изоляторе, — ответила Дженнифер. — Они перевели ее туда.
— Значит, она не исчезала?
— Нет. Я в панике так подумала. Но ей все равно плохо. — Дженни всхлипнула. — Они не могут стабилизировать ее состояние. Бен, что ты ей дал?
— Я?
Он сделал ошибку, помотав головой. Маленькая одноместная палата закружилась, и ему тут же стало плохо.
— Они говорят, ты был у нее, а потом сбежал.
— Но я бы никогда… Ты же знаешь, я…
Она перебила его:
— Я знаю только то, что нашу дочь отравили. И единственный, кто знал об этом до того, как у нее начало прыгать давление, был ты.
Она показала на дверь.
— Бен, там снаружи ждет полиция, один сотрудник хочет поговорить с тобой. Он говорит, что знает тебя.
— Мартин Швартц?
— Да, кажется, так зовут мужчину, который тебя спас.
Она рассказала, что Швартц проанализировал схему передвижения Бена и, поняв, какой «Макдоналдс» они выбрали, проинформировал полицию. Когда те прибыли на Центральный вокзал, толпа была уже в невменяемом состоянии.
Полицейским пришлось стрелять в потолок, чтобы разогнать шпану, которая избивала его и Арецу. Дженнифер закончила свой рассказ словами:
— Я попросила разрешения поговорить с тобой с глазу на глаз, прежде чем тебя прооперируют.
— Прооперируют? Зачем?
Бен попытался повернуться на левый бок и по вспышкам боли, которые пронзили его тело, понял, что задал глупый вопрос.
— У тебя плечо и два ребра сломаны в нескольких местах.
— А Арецу? — спросил он, ощупывая скулы. Передние зубы качались, но челюсть была вроде цела.
— Твой отец у нее и пытается поговорить с ней. Но дела обстоят не очень, Бен. Ей повезло еще меньше. Перелом черепа.
Дженнифер провела тыльной стороной руки по красным заплаканным глазам, ее голос дрожал.
— Господи, в Интернете празднуют твою смерть, Бен. Четыре человека претендуют на звание победителя. Они даже выложили фотографии и хотят десять миллионов. Все с ума посходили? И как ты оказался втянутым в это? Что ты сделал?
— Еще раз: я ничего не сделал.
Кроме того, что номинировал сам себя на это безумие.
— Меня шантажируют.
— Кто?
— Без понятия. Хотя… подожди! Такси на Фробенштрассе. Оно должно принадлежать им.
Он сглотнул огромное количество слюны, которая скопилась у него во рту.
— Им?
— Да. Их двое. Нахал в лакированных ботинках и черном вечернем костюме. Я не знаю его имени, как и другого, с кривым лицом. Но одному из них принадлежало такси.
— Твой отец говорит, машина была угнана и объявлена в розыск.
— Отвлекающий маневр. Владелец… Вы должны найти его. Дженнифер покачала головой.
— Бен, не думаю, что мне стоит слушать твои советы. Я хочу знать, что с Джул. — Ее голос задрожал. — Чем ее отравили? Чем, Бен?
— Господи, она же лежит в больнице. Разве врачи не сделали анализ крови?
Бен указал на дверь, словно за ней стояли десять токсикологов и ждали своего выхода.
— Так это не делается, Бен. При отравлении неизвестными ядами сначала ждут симптомов.
— Но они ведь проявились!
Дженнифер глубоко вздохнула. Ей было явно тяжело сохранять спокойствие.
— Учащенное сердцебиение, перепады кровяного давления, жар. Это подходит к миллионам ядов. Бен, мы должны знать, что ей дали. Активированный уголь и промывание желудка тут не помогут.
Она снова подошла к кровати и взяла его за руку.
— Что ей дали?
— Я не знаю…
— Бен, она умрет. На этот раз Джул действительно умрет!
На этот раз.
Три слова. Больше и не нужно, чтобы похоронить мужчину под грузом его собственной вины.
Он закрыл глаза, ломая свою опухшую голову над тем, не упустил ли он чего-нибудь, какого-нибудь намека, знака, указывающего, что именно находится сейчас в крови Джул. Когда он снова открыл глаза, то уставился в экран.
— Что?
Дженни показала ему сотовый. Телефон Джул, с помощью которого он держал связь с шантажистами и экран которого был расколот.
— Скажи мне пароль, — потребовала она.
— Зачем?
— Ты же разговаривал с шантажистами. Я сказала полиции, что ты дашь мне пароль, чтобы мы могли отследить звонки. Я обещала, что ты будешь сотрудничать, и им не понадобится судебного распоряжения или чего-нибудь в таком роде.
— Конечно, милая. Но они звонили со скрытого номера.
Впрочем, что сказала Арецу? Полиция может установить и неопределяемые номера?
Не успел он назвать пароль, как телефон запищал в руке Дженнифер.
— Что это? — спросила она и отдала ему телефон обратно.
— MMS, — ответил Бен, разблокировал экран и открыл картинку, которая также пришла с анонимного аккаунта.
— От кого это? Кто шлет тебе в такое время картинки? — запаниковала Дженнифер.
Бен не ответил. Фотография на дисплее была такой чудовищной, что у него пропал дар речи.
На снимке был чудесный закат. Снятый с плоской крыши пятиэтажного здания, откуда открывался грандиозный вид на студенческий городок до самого кампуса юристов и экономистов.
Но изображение фокусировалось на инвалидном кресле на краю крыши. И на девушке, которая сидела в нем затылком к снимающему.
— Джул! — вырвалось у Бена.
Лишь потом он заметил водяной знак на снимке с датой и временем, когда была сделана эта фотография.
В день трагедии.
Это была последняя фотография Джул, перед тем как она бросилась вниз вместе с инвалидной коляской.
И доказательство, что она находилась на крыше не одна.
«Проклятый подонок!» — мысленно крикнул Бен неизвестному владельцу снимка.
Он всегда избегал посещать место, откуда спрыгнула Джул. Теперь отправитель сообщения принуждал его к этому.
«У тебя двадцать минут, Бен. Никакой полиции.
Приходи один. И давай закончим игру там, где она для тебя началась!
Оц».
Глава 62
Николай. 04:02.
Еще 3 часа и 58 минут до конца Ночи вне закона
— Не может быть!
Дэш и Николай стояли за стойкой в закусочной на Кудамм и отмечали успешное окончание Ночи вне закона шампанским.
— Что? — спросил Дэш и сунул в рот картошку фри.
Николай еще раз актуализировал страницу Ютьюб на своем телефоне.
— Аккаунт, который мы создали для Бена.
— Что с ним?
— Черт, понятия не имею. Мне кажется, его взломали.
Дэш недоверчиво хмыкнул:
— Что, не можешь войти?
— Могу. Но все видео удалены. Кроме одного, которого я не знаю.
— Как это?
— Вот, сам посмотри.
Приглашение было излишним, потому что Дэш уже выхватил смартфон у него из руки.
Он быстро огляделся, не смотрит ли кто-нибудь. Даже в это время почти все столы-стойки были заняты, а одна парочка туристов еще ждала своего заказа. Но все были заняты собой или своей едой. И если он не ошибался, то группа мужчин справа от них тоже смотрела какие-то видео Ночи вне закона.
Но этого они точно еще не видели.
Фильм был отвратительного качества и в принципе ничем не примечательный. Он длился всего три секунды и показывал только скриншот экрана сотового телефона.
Но фото и стоящий ниже текст были интереснее, чем могло показаться на первый взгляд.
«У тебя двадцать минут, Бен. Никакой полиции.
Приходи один. И давай закончим игру там, где она для тебя началась!
Оц».
— Думаешь, он выжил? — спросил Николай.
— Мне все равно. Кто такой Оц, черт возьми? — ответил Дэш.
— Короче, если не ты выложил это видео… Точно не я. — Николай отодвинул еду. Аппетит у него пропал. Конечно, они сохранили весь видеоматериал в «облаке», там ничего не пропадет. Но он терпеть не мог, когда кто-то мочился на замок из песка, который он с таким трудом построил.
