Ни Сегюр, ни Хайди не двинулись с места, совершенно ошеломлённые. Теперь они знали историю Тони Туссена, но чтобы переварить её, потребуются дни, недели. Возможно, годы. У них не было времени. Им нужно было действовать немедленно.
Сегюр без всякой церемонности хватает священника за шиворот и поднимает его на ноги. Он силой усаживает его на стул и прижимает плечи к спинке.
Глядя ей прямо в глаза, он спросил:
– Ты видел Тони в последнее время?
Священник продолжает петь, губы его дрожат, глаза остекленели. Сегюр снова трясёт его.
– Вы видели его снова, да или нет?
- Да.
- Когда?
– Это… несколько дней назад.
– Что он тебе сказал?
– Что он вернулся, чтобы закончить свою работу.
– О какой работе он говорил?
– Он этого не сказал, но я понял его намерение.
– Вам повезло. Расскажите нам об этом.
– Повторяю! Он поклялся убить любовниц своего отца. Всех его соперников.
Сегюр отшатнулся, затаив дыхание. Мягко говоря: грудная клетка сдавлена ??настолько, что он слышит треск рёбер. Быть врачом — тяжёлая работа, но быть следователем тоже неплохо…
«А Гальвани?» — успевает спросить он.
– Он его тоже убьёт. Другого выхода нет.
87.
В полдень Сегюр и Хайди садятся в такси. Водитель соглашается на фиксированную цену. Поистине исключительная поездка. Кап-Аитьен находится примерно в двухстах километрах к северу от Порт-о-Пренса, и дорога туда всё равно занимает семь часов. В чём причина? Дороги здесь — просто тропинки, или даже почти тропинки.
Именно Сегюр, покинув Сент-Мари-дез-Анс, решил направиться прямиком в Сен-Солей, где находился Жорж Гальвани. Хотел ли он защитить его? Разговорить? Ждать рядом с ним в Сан-Солей? Всего понемногу, но это не очень-то отражалось в его сознании.
Хайди, в свою очередь, следует за ним с какой-то сосредоточенной паникой. Она хочет знать, что будет дальше, самый конец. Она хочет спасти, да, ужасного помещика, которого она хорошо знала, но совсем в другом свете. Жоржа Гальвани, самого стильного из всех стильных геев. Высокого, элегантного мужчину, чьё отражение многократно умножалось в зеркалах «Мета-бара». Человека, который так часто помогал ей, когда она была без гроша.
Она особенно хочет снова увидеть Тони Туссена. Красавчика Тони. Милашку с улицы Сент-Анн. Гордость Капитанирии…
Несмотря на всё, что она только что узнала, несмотря на свою уверенность в том, что Тони — Убийца Мачете, истребитель умирающих, она его не боится. Этот кровожадный монстр с яростным клинком — всего лишь миф. Она знает этого жизнерадостного, женоподобного мужчину смешанной расы. Она не может представить его с мачете в руке и ядами вуду в кармане.
«Антуан ошибается, — перекрикивал шум мотора Сегюр. — Он ошибается, потому что Сан-Солей действует не из ревности!»
О боже. Теперь у Сегюра своя версия истории. Он подражает Свифту с его пространными баснями. Давайте послушаем его, это поможет скоротать время.
Антуан забыл важный факт: СПИД. Тони не убивал всех любовников своего отца. Он лишь устранял больных.
- За что?
Потому что он думает, что ожидаемое божественное наказание, чума, вызванная их кровосмесительной связью, — это вирус. Я тоже ошибался. Тони не ВИЧ-инфицирован. Но он думает, что Гальвани ВИЧ-инфицирован, и что он заразил некоторых своих любовников. Несчастные души, избранные Богом для проявления его гнева. Да, я уверен, что в представлении Тони СПИД — это месть Господня. Он хочет стереть эту метку. Он хочет стереть следы их греха с лица Земли.
Трясясь, как картофелина, Хайди вцепилась в спинку переднего пассажирского сиденья. Водитель старается изо всех сил, но его развалюха ведёт себя как упрямый мул. Двигатель еле держится, вот-вот развалится, кузов грозит отвалиться, а сиденья скрипят на каждой кочке, словно скорбящие на корсиканских похоронах.
Несмотря на всё это, Хайди реагирует на гипотезы Сегюра. У неё тоже есть своё мнение на этот счёт. Вместе, во время семичасовой поездки на север, они воссоздают остальную часть истории – историю Тони Туссена в Париже, которую отец Антуан не знает.
Травмированный неестественными отношениями с отцом, молодой человек приезжает во Францию ??с самыми худшими намерениями – или, возможно, наоборот, он просто хочет помириться с Гальвани. Всё идёт плохо. Бизнесмен отвергает его. Тони возвращается к своему любимому состоянию: ненависти, гневу, ярости. Если всё так, он уничтожит любовниц отца…
В то время Тони, на первый взгляд, был самым обаятельным и очаровательным геем на улице Сент-Анн. За несколько месяцев он прославился в обществе. Надо сказать, что изяществом и красотой, несмотря на едва заметные шрамы на шее, он затмевал всех своих соперников.
Он познакомился с Вернером Кантубом и Мишелем Франком и вместе с ними основал компанию La Capitainerie. В то же время он устроился на секретную должность у судебного пристава на бульваре Осман. Самое удивительное, что всего два года назад Сан-Солей размахивал мачете в одной из беднейших стран мира.
Затем происходит нечто неожиданное: он встречает Федерико и влюбляется в него. Чувство взаимно. Между ними завязывается страстный, но тайный роман, поскольку у Федерико уже есть тайный возлюбленный: Вернер Кантубе, жестокий, садист и патологически ревнивый.
Но в начале 1982 года Федерико заболел. Последовали месяцы лечения и тайных визитов, поскольку Федерико всё ещё боялся Вернера, а Тони, чтобы защитить свою деятельность в Капитанстве, не хотел, чтобы кто-то заподозрил его в заражении.
Последующие месяцы были ужасными. Тони, хотя и старался держаться молодцом, но был опустошен. Весной 82-го, уже на смертном одре, чилиец признался ему: он был любовником Жоржа Гальвани. Тони был ошеломлён. Внезапно вся его ненависть и жажда мести вспыхнули с новой силой. Он анализировал ситуацию, словно в бреду. Он утверждал, во-первых, что Гальвани заразил Федерико, а во-вторых, что у болезни есть скрытый смысл. Инфекция была не просто патологией: это было явное проявление Божьего гнева.
Июнь 1982 года. Тони решает убить Федерико. Он должен уничтожить своего возлюбленного, а ещё больше — болезнь внутри него. Он достаёт снаряжение, которое заготовил для отца: мачете, яд фуфру, кусок шины.
Когда тело расчленено, когда рот обожжён, Тони остаётся там же, в ночь на 20 июня 1982 года, заворожённый измождённым телом своей возлюбленной. В знак любви, или жертвоприношения, он всю ночь мастурбирует над останками и покрывает мёртвую плоть семенем.
После убийства у Тони появляется новая идея. Возможно, другие любовники Гальвани заражены. Возможно, грех отца и сына распространился и на других… Он обнаруживает, что Патрис Котеле, ещё один партнёр Гальвани, тоже болен. Он отправляется в Сент-Луис и совершает ещё одно жертвоприношение. Фуфру, мачете, затем, пока жертва ещё шевелится, жаровня во рту, с горящей резиной…
Это второй акт его шествия.
Проходят годы. Он узнаёт, что Кароко и его отец были любовниками. Именно этот рекламный агент открыл гаитянину двери в гей-мир, познакомил его с радостями клубов и тусовок, пригласил на самые престижные вечеринки. Но Кароко болен. Ходят слухи, что он был нулевым пациентом, тем, кто принёс СПИД в Париж. Тони презрительно усмехается: он знает, кто наслал гнев Божий на столицу. Это был его собственный отец! Но он должен пожертвовать Кароко, в этом нет никаких сомнений. Он отправляется в Танжер. Он внедряется, меняет имя и устраивается на работу в компанию по прокату внедорожников. Он совершает нападение в январе 1986 года, предварительно опоив наркотиками молодую девушку, которая живёт с ним, саму Хайди…
Действие третье.
Проблема в том, что полиция идёт по его следу. В частности, один полицейский, с которым он однажды пересекся в баре «Мета-Бар», а затем в «Кароко», – Патрик Свифт, очаровательный денди, который, как и он сам, обманывает всех своей элегантностью. На самом деле, охотник, который никогда не сдастся. Его гей-инстинкт подсказывает ему, что этот парень, несмотря на своё обаяние, не задумается его прикончить.
