– Это ведь вас ищет полиция, не так ли? – спросил он, – Парни на дороге только про это и говорят.
Проигнорировав его слова, Руди спросил, – Подвезёшь до города?
С ответом дальнобойщик не торопился. Взглянул на меня, улыбнулся и перевёл взгляд на моего похитителя.
– Подвезу. Если дашь полчасика поразвлечься с твоей девчонкой.
Моему отвращению и возмущению не нашлось предела. Однако не успела я испугаться или разораться, как Руди вынул пистолет и направил в лицо водителю.
– А теперь повтори это моему «Глоку», – предложил он.
Водитель побледнел. Воспользовавшись паузой, преступник продолжил:
– Слушай сюда, ты отвезёшь нас в город, и тогда, быть может, я не стану тебя убивать.
Мужчина посмотрел перед собой, по всей видимости, прикидывая шансы уехать быстрее, чем Руди успеет воплотить угрозу в жизнь. Осознав, что шансы на успех катастрофически малы, сказал:
– Да я ж просто пошутил. Мне проблемы не нужны.
– Вот и ладушки, – Руди опустил пистолет и шагнул к кабине.
Дальнобойщик помотал головой, – Вам лучше ехать в кузове. Здесь на дороге много дорожных постов.
– Ты меня за идиота держишь?
– Не-не-не, клянусь. Если я буду один, меньше шансов, что нас остановят.
– Окей, я сделаю вид, что верю тебе, но на всякий случай предупреждаю, – Руди снова поднял пистолет, – В этом дружке бронебойные пули, они запросто пробьют стену кузова и кабины. Вздумаешь сдать нас – и последнее, что ты увидишь, как твои собственные мозги размажутся по лобовухе.
Против такого аргумента у водителя не нашлось ответа. Он выбрался из грузовика и отворил двери кузова, мы забрались к обтянутым плёнкой паллетам с товаром и погрузились в кромешную тьму. Снаружи послышался звук запирающихся засовов. Я отогнала от себя назойливые мысли, что всё это больше походило на ловушку, чем на помощь. Руди зажёг фонарь, любезно одолженный водителем, и огляделся.
– Интересно, пожрать здесь есть?
Поверхностно изучив содержимое паллетов, вынул из ботинка нож и порезал плёнку. Вскрыл одну из коробок и протянул мне сникерс.
– Фактически это кража, – воспротивилась я.
– Не хочешь – как хочешь, – он порвал упаковку и закинул в рот сразу половину батончика.
Меня мутило от голода и усталости. Не в силах больше наблюдать, как Руди расправляется с третьим сникерсом и запивает энергетиком, я спросила:
– А воды здесь нет?
Зажав шоколад в зубах, он взялся за нож, вновь вскрыл паллет и протянул мне бутылку. Я опустошила её за несколько секунд.
– Ну всё, теперь ты сгоришь в аду, – съехидничал бандит.
Я молча вынула из кармана немного наличных и положила на паллет, чем вызвала усмешку у Руди, взяла из коробки сникерс, вскрыла и впилась в него зубами. Сочетание шоколада и орехов подействовали на меня так же живительно, как энергетик на скинхеда. Воспалённый мозг согласился ещё немного поработать.
– Спасибо, что заступился за меня перед этим озабоченным боровом, – проговорила я.
Кузов немного потряхивало, и свет фонаря раздражающе скакал по стене.
– Да мне плевать, что он хотел с тобой сделать, – ответил лысый выродок, – Я лишь выполняю приказ Альфреда, а ты нужна ему невредимой и пока что живой.
Глупо было ждать от преступника другого ответа. Я молча продолжила есть шоколадный батончик.
Он улыбнулся, – Но, судя по тому, как ты печёшься о Рэе, он-то тебя давно уже трахнул.
– Почему всё, что ты говоришь, такая мерзость?
– Все мужики такие, смирись.
– Нет, не все.
– Поверь мне, все, и твой дорогуша Кензи в том числе.
Я вгляделась в его лицо, – Что ты имеешь против Рэя?
– А с какой стати я должен быть за него?
– Вы же работаете бок о бок, спины друг другу прикрываете. Как можно доверять жизнь тому, кого ты ненавидишь?
– А ты всё про всех знаешь, да? – усмехнулся Руди и добавил, – Не я начал эту войну.
Мне не удалось потушить разгоревшееся любопытство.
– Расскажешь?
– Пусть Кензи расскажет. Если выживет, конечно.
– Я хочу услышать твою версию.
Не сразу, но он всё же соизволил ответить, – Рэй едва не угодил за решётку по моей вине. Довольна?
– Мм… нет, хотелось бы узнать подробности.
– Чёрт подери, вы, журналюги, все такие доставучие? – Руди развалился на полу и подложил руки под голову.
Отступать я не собиралась.
– Как это произошло?
Преступник молчал. В возникшей тишине стало слышно, как в кабине играет радио.
– Ладно, – наконец, заговорил он, – Один хер ты скоро сдохнешь, так что чего скрывать… – сел и продолжил, – Как-то Гилсон узнал, что один мелкий барыга покупал у нас оружие и продавал его несовершеннолетним, и отправил Альфреда, Стэна и Рэя разобраться с ним. Я захотел поехать с парнями. Альфред со Стэном были против, а Гилсон дал добро, сказал, мол, мне нужно набираться опыта. Рэй притворился покупателем и договорился с барыгой о встрече в мотеле, я был с ним, играл роль его младшего брата. Всё, что от нас требовалось, – обезвредить того говнюка. Потом должны были появиться парни, прикончить его и обставить это как самоубийство. Короче, всё сразу пошло не по плану. Барыга почуял неладное, напал на Рэя, начал душить. Я набросился на него, но он приложил меня головой о стену. В себя я пришёл, лишь когда услышал вой сирен – кто-то из постояльцев вызвал полицию. Огляделся. Рэй, весь залитый кровью, крючился на полу, рядом лежал барыга с простреленной башкой, Альфред со Стэном суетились вокруг него, то ли пытались подчистить следы, то ли всё-таки разыграть сценарий с самоубийством. Хотя очевидно, что это был дохлый номер: пуля прилетела барыге в затылок как раз в тот момент, когда он пытался придушить Рэя…
Воображение во всех красках нарисовало картину происходящего, и меня передёрнуло от отвращения.
– Парни велели нам с Рэем избавиться от ствола. Мы выбрались на пожарную лестницу, спустились и нырнули за мотель. Рэй протёр пистолет и выкинул его в мусорный бак, а я тем временем заблевал всю подворотню. Это был первый раз, когда я увидел убийство собственными глазами, и организм среагировал соответственно. Нужно было срочно убираться оттуда, но я ничего не мог с собой поделать. Тогда-то нас и заметил один из полицейских. Кензи приказал мне спрятаться и осушить фонтан, пока он отвлечёт внимание полиции на себя. Я видел, как его схватили с кровью убитого на одежде, видел, как легавый достал из мусорного бака ствол, на котором могли остаться его отпечатки, и понял, что с такими уликами его надолго засадят.
Руди замолчал, и в отсветах фонаря я заметила на его лице раскаяние.
– Через несколько дней Кензи отпустили. Как ему удалось выйти сухим из воды, он мне не рассказывал, он вообще со мной больше не разговаривал. Парни говорили, дело передали Отделу по борьбе с незаконным оборотом оружия и Рэй пошёл по нему как свидетель. Но Гилсон в это не поверил. Он решил, что Кензи согласился стать стукачом, и приказал паре громил проучить его. Если бы Альфред со Стэном не поручились за него, Кензи бы тогда точно копыта отбросил.
Мне вспомнились слова Рэя о том, как Коул много лет назад спас его от тюрьмы. Пазл в голове сложился.
– Я равнялся на Рэя, хотел во всём быть похожим на этого высокомерного ублюдка, а он повёл себя, как последняя баба, и не простил меня. Сказал, что я для него умер. В итоге я возненавидел себя настолько, что попытался повеситься. Гилсон нашёл меня, привёл в чувство и избил так, что я месяц не мог ходить.
Руди рассмеялся, и от этого жуткого смеха по спине побежали мурашки. Я ещё раз прокрутила в голове его рассказ.
– В том, что случилось, нет твоей вины, ты ведь был всего лишь подростком. Рэй поступил с тобой несправедливо, – заявила я и поймала на себе его сосредоточенный взгляд, – Но его тоже можно понять, он был ненамного старше тебя. Попади Рэй в такую ситуацию во взрослом возрасте, то повёл бы себя совсем иначе.
– Думаешь? – он оскалился и развёл руками, – Двадцать лет прошло, а ничего не изменилось. Он как был обидчивой бабой, так и остался.
