С целью приблизиться к ответам на эти непростые вопросы было решено провести психологическое освидетельствование преступника. Оно состоялось 25 мая 2006 года в присутствии полицейского офицера. Чон Намгю почти не смотрел в глаза собеседникам, говорил медленно, часто отвечал односложно. «В обычном разговоре неуверен в себе; речь сбивчивая, невнятная. Преображается, когда рассказывает о преступлениях. Не испытывает чувства вины за содеянное», – записано в отчете психолога.
Чон Намгю заставили пройти тест Векслера – один из самых известных в мире тестов для измерения уровня интеллектуального развития. В рамках тестирования человеку предлагаются как вербальные, так и невербальные испытания, в которых проверяются словарный запас и способность к запоминанию, диагностируются уровень простых знаний, легкость оперирования числовым материалом и понятийное мышление, оцениваются двигательная координация и зрительно-моторная скорость, и т. д. Тест Векслера выявил у Чон Намгю средний уровень вербального интеллекта и низкий уровень невербального.
«Замедленная скорость понимания общих вещей и сильно замедленная скорость реакций. Ярко выраженное стремление быть признанным, превосходящее действительные способности. Вызванные этим противоречием острое чувство неудовлетворенности и комплекс неполноценности». Другими словами, тест показал, что безмотивная ненависть Чон Намгю происходила из его неуверенности в себе.
Преступник во многом трезво себя оценивал. Существует так называемый зеркальный тест, служащий индикатором самосознания у животных: в ходе теста выясняется, понимает ли животное, что видит в зеркале собственное отражение. Прибегая к этой метафоре, можно сказать, что Чон Намгю обладал способностью себя разглядеть. Вот что он сказал психологу в ходе беседы: «Я люблю порядок и злюсь, если вещи не на своих местах. Я насиловал, воровал, бросал камни в машины на шоссе… Конечно, я ненормальный».
Также Чон Намгю прошел психодиагностический тест Роршаха, применяемый для исследования психики и ее нарушений. Карточки с пятнами он в основном описывал так: «взрыв», «кровь», «дым» и т. п. Но были и более развернутые ответы. Например, одну из картинок преступник интерпретировал следующим образом: «Выглядит как огромный страшный демон, который хочет убивать и разрушать». Психолог сделал заключение, что мир для Чон Намгю – это место, где страшный демон пытается ему навредить или лишить жизни. Одержимый этой иллюзией, Чон Намгю сам превратился в демона.
«Плохо контролирует чувства; в неприятной или стрессовой ситуации подобно ребенку проявляет первичные (базовые) эмоции. Неопределенность и неоднозначность вызывают сильное беспокойство, из-за чего нередко преувеличивает опасность и пребывает в напряженном и растерянном состоянии. Не имеет возможности прибегнуть к посторонней помощи, в результате чего усугубляется ощущение изолированности от общества, в свою очередь, провоцирующее сознательное уединение». Тест Роршаха подтвердил, что Чон Намгю переполнен негативной энергией.
В десять часов утра 7 июня 2006 года Чон Намгю впервые предстал перед судом.
Из материалов прокуратуры:
«Из-за невозможности жить нормальной жизнью у обвиняемого выработался поведенческий стереотип, известный как “психология жертвы”, а также развился комплекс неполноценности. Насилие, пережитое в детстве, породило в нем болезненное чувство стыда и враждебность по отношению к обществу. Обвиняемый стремился отомстить за свои страдания тем же способом, каким страдания были причинены ему самому. Его жертвами стали дети и женщины…»
Из материалов суда:
«Нетерпелив, агрессивен, игнорирует социальные нормы поведения, не испытывает чувства вины и ответственность за содеянное. Страдает смешанным расстройством личности: шизоидным и диссоциальным…»
21 сентября 2006 года Чон Намгю был приговорен к смертной казни. В постановлении суда говорилось, что освобождение обвиняемого с большой степенью вероятности приведет к совершению им новых преступлений и что целью приговора является защита общества.
Преступник был изолирован навсегда [395]. Однако в сезон сильных дождей сложно бороться с плесенью: она появляется опять и опять. Никто не предвидел, что вслед за процессом над Чон Намгю страну потрясет новая серия преступлений.
В начале ноября Чон Намгю обратился в суд высшей инстанции. В его заявлении не было ни капли раскаяния: «Я хочу, чтобы смертная казнь была приведена в исполнение, как только закончатся все судебные процедуры. Не понимаю, почему в Корее сейчас не казнят. Око за око, зуб за зуб. Такой мести хотели бы жертвы, и я тоже с этим согласен. Продолжу убивать в следующей жизни…» В другом обращении в Верховный суд преступник так высказывался о содеянном: «В конечном итоге сам Бог управлял всем из-за кулис».
Чон Намгю добивался исполнения смертного приговора, повторяя требование Гэри Гилмора, которое тот выдвигал в 1976 году. В США в то время тоже существовал мораторий на смертную казнь, но к моменту процесса над Гилмором она была восстановлена. Американский убийца был казнен в январе 1977 года.
Все эти месяцы Квон Ирён не прекращал думать о Чон Намгю и задаваться вопросами. С каких пор все пошло не так? Июльской ночью 1995 года Чон Намгю пробрался в чужой дом и попытался изнасиловать шестнадцатилетнюю девушку, угрожая ножом. К счастью, проснувшиеся родители помешали насильнику. В свои 26 лет Чон Намгю уже был закоренелым преступником. Брат четырех сестер, он пытался изнасиловать незнакомую молодую женщину.
Очевидно, что тюрьма не повлияла на Чон Намгю должным образом [396]. Как и в случае с Ю Ёнчхолем, заключение лишь усугубило преступные наклонности Чон Намгю и в конечном итоге способствовало превращению в дикого зверя. В книге Нормана Мейлера, вышедшей в 1981 году, о заключенных в американских тюрьмах сказано так: «Трусливые превращаются в подонков и стукачей, бесстрашные становятся жестокими» [397]. Схожим образом произошла и трансформация Чон Намгю.
Размышляя о Чон Намгю, Квон Ирён снова листал «Охотника за разумом». «Наверное, одним из ключевых факторов в формировании личности серийного насильника или убийцы является его фантазия. В самом широком смысле слова». Разумеется, обычные люди тоже фантазируют, но воображаемые ими сцены не занимают мысли надолго. Для большинства фантазии подобны пролетающим мимо птицам. Однако социопат уверен, что птица может свить гнездо у него на голове и прекрасно в нем устроиться. Другими словами, он не различает желаемое и действительное.
Какие фантазии рождались в голове Чон Намгю? Мир, полный демонов? Собственная битва с дьяволом? Почему Чон Намгю не понимал, что сражается вовсе не с выходцами из ада, а с беззащитными женщинами? Квон Ирён не мог постичь темноту, окружавшую серийного убийцу.
Не только Квон Ирён отчаивался понять происходящее. От боли и непонимания страдали выжившие жертвы преступника и члены семей погибших.
В декабре 2006 года газета «Хангёре» опубликовала статью об одной из таких семей:
«Простить? Я не знаю, как такое можно простить»
Во время нашей встречи господин Ким (55 лет) признался, что до сих пор переполнен гневом. В марте текущего года он потерял двух дочерей, погибших от руки «серийного убийцы с юго-запада». Младшая дочь четырнадцати лет осталась в живых, но сильно пострадала от ударов по голове и до июня находилась в больнице. Теперь раз в месяц ее принимает психоневролог. Раньше доброжелательная и спокойная, теперь она постоянно ссорится с младшим братом. Жена Кима (48 лет) после событий страшной ночи сторонится людей и почти не выходит из дома. Самому Киму было так тяжело, что он не мог работать почти полгода. «Месяца три или четыре назад я наконец бросил пить и вернулся к работе. Надо жить дальше и кормить себя и семью…»
Глубокие душевные раны Киму нанес не только преступник. В ходе расследования полиция распространила среди соседей ложную информацию о том, что Ким был приемным отцом девочек. Следствие не скрывало, что Ким подозревается в убийстве ради страховки. Киму с семьей пришлось переехать подальше от осуждающих взглядов и злобных сплетен. С горечью он говорит, что, если бы настоящий преступник не попал в руки полиции, за решетку отправили бы его самого <…>.
