Ресторан «У Винсента» - Соль Чэин

После этих слов совесть окончательно перестала мучить Пинсына. Он старательно записывал данные и зачастую оставлял на полях свои комментарии. Каждый раз, когда он сталкивался с тем, во что было сложно поверить, Пинсын думал: «Это особый случай. Необычный. Просто „интересный образец“. Не надо зацикливаться на нем».

Однако во снах, где все эти «образцы» смешивались в одну неприглядную картину, Пинсын не мог оставаться таким же беспристрастным.

По какой-то причине Мими выбрала именно его. Поначалу Пинсын не поверил ее заверениям о том, что он был избран в силу своего так называемого благородства и чистоты. Однако, день за днем подслушивая из кухни разговоры гостей, он все больше убеждался в правоте нанимателя Мими.

Совершенно обычные люди — те, которые, держась за руки, вежливо улыбались Пинсыну, те, что, украдкой вынимая телефон, не могли скрыть волнения от предстоящего интересного опыта, — как только Пинсын исчезал из поля зрения, совершенно преображались. Они приходили в его ресторан не ради уникального экспириенса — эти людишки хотели явить собеседнику свое тошнотворное нутро втайне от окружающего мира.

Во сне Пинсын сталкивался лицом к лицу со всеми героями своих дневных записей, но после пробуждения чудесным образом все воспоминания об этих людях полностью стирались. Из какого измерения приходили эти сны? Пинсын, обливаясь потом, судорожно листал страницы блокнота. Четыре столика за один раз. Это был уже десятый по счету блокнот наблюдений за поведением гостей. В своих снах Пинсын превращался в каждого из них. Испытывал на собственной шкуре самые мерзкие эпизоды из их разговоров. Он кричал от боли, поносил их грязными словами, брыкался из последних сил — но ничего не помогало. В некоторых снах он неожиданно для самого себя замечал, что держит в руках бейсбольную биту и размахивает ею во все стороны как сумасшедший. Реальность во снах развивалась по множеству сценариев.

Однажды Пинсын впервые почувствовал несправедливость происходящего. Отвратительные людишки, которые приходили в его ресторан выплеснуть свои мерзкие эмоции, не испытывали никаких мук совести, так почему он, простой наблюдатель, вынужден так мучиться изо дня в день? Кто должен принять меры, чтобы разорвать эту ужасную связь?

— Мой наниматель просил передать, что он доволен. Благодаря вам он многое узнал о людях, — сообщила Мими, когда Пинсын с трудом вырвал свое сознание из очередного сна. — Пока он не получил ответа на самый главный вопрос, но мы с вами скоро найдем способ. Я верю в вас, Пинсын. Больше, чем в кого-либо в этом мире.

— А в кого еще тебе верить? — огрызнулся Пинсын.

— Только в вас, — ответила Мими. — Вы ведь человек высшего класса. Я выбрала вас не без причины. Как человеку высшего класса, вам пришлось вынести немало, и вы должны получить вознаграждение за свои страдания. Пинсын, вы мне крайне интересны. Я бы правда хотела встретиться с вами. По-настоящему, как обычные люди.

С тех пор из Пинсына все чаще вырывались обрывки ругательств. Это случалось помимо его воли. Пока он принимал душ, одевался или сортировал мусор. Однажды он излил угрожающий поток сквернословия на сотрудника городской газовой службы, который пришел проверить технику безопасности. Побледневший мужчина выскочил из ресторана, со страху не зашнуровав ботинки, и Пинсын снова выругался. На этот раз намеренно. От осознания того, что только что натворил.

Чон Пинсын был не таким человеком. Определенно не таким. Пинсын верил, что является жертвой, и никогда не сомневался в этом. Если он в чем-то и ошибался, так в том, что имел глупость довериться окружающим. Он должен был верить, что мир, полный зла, так и норовит сбить его с ног: только так он мог подпитываться гневом, чтобы выжить. Он не странный. Просто мир — странное место. Единственной, кто видел его насквозь, кто понимал, была Мими. Она так и говорила: «Вы человек высшего класса!»

А теперь он заинтересовал Мими. Но чем? Пинсын не мог задать ей вопрос напрямую и страдал в одиночку, бормоча под нос ругательства. Сотни, нет, тысячи раз он сожалел о том, что сразу не переспросил, что она имела в виду. Однако каждый раз, когда он осторожно пытался направить диалог в нужно русло, Мими словно нарочно меняла тему.

После закрытия ресторана Пинсын, зажав в руке рукоятку ножа, метался по кухне, как медведь в клетке зоопарка. Он без конца перебирал варианты того, что могло заинтересовать в нем Мими.

Первое — его прошлое. Здесь у него было на что пожаловаться. До сих пор Пинсын знавал только боль. С самого детства у него не было друзей, а те немногие, которым он рискнул довериться, непременно предавали его, причиняя ужасные страдания. Родители? Можно сказать, что их и не было. Говорят, в мире животных работает естественный отбор. Пинсын, по его мнению, смог выжить только благодаря тому, что родился в мире людей. Хотя, возможно, он пришел к этой мысли, потому что целыми днями смотрел документалки на «Нэшнл джиографик», запершись в темной комнатушке. Так или иначе, чертовы людишки не смогли убить его и вместо этого решили мучить всю жизнь. Не зря же в дикой природе родители убивают собственных детенышей, самки съедают самцов и никто не объединяется в союз даже в рамках одного вида.

Если не это, тогда Мими могло заинтересовать, как изменились жизнь и чувства Пинсына после открытия ресторана. Но почему? Пинсын надолго погрузился в размышления, но напрашивался только один ответ: что-то в нем просто-напросто зацепило Мими. Но что? Пинсыну хотелось найти какого-нибудь всезнающего старца, чтобы тот дал ему мудрый совет. Проведя всю жизнь в бедности, Пинсын думал, что все его проблемы решатся с появлением денег. Однако, выиграв в лотерею, он, пусть и перекроил лицо, купил квартиру, открыл ресторан и наблюдал, как каждый месяц сумма на банковском счету растет, все равно чувствовал себя несчастным.

Он не понимал причины. Если бы ему было одиноко, он мог бы пойти и с кем-нибудь познакомиться. Никто не собирался отбирать у него выигрыш в лотерею. Сейчас у него не было ни единого повода для печали. Да, он подслушивает разговоры гостей в ресторане. Но разве это такой уж великий грех?

Так почему каждую ночь он не может найти себе покоя оттого, что завтра снова должен будет этим заняться? В те мгновения, когда голос Мими не звучал в его голове, Пинсын часто думал о том, как все закончится. Тогда ему хотелось схватить Мими, этот загадочный голос из неизвестности, который спутал все его мысли, и закричать: «Да что же я творю сейчас? Ведь все это только потому, что я люблю тебя и хочу твоей любви...» *

Имя: Чон Пинсын. Возраст: тридцать пять лет. Пол: мужской. Рос с отцом, который любил махать кулаками, и матерью, вымещавшей гнев и горечь от побоев мужа на сыне. Еще в детстве у него появился нервный тик, проявляющийся в том, что он часто неосознанно вертит головой до хруста в шее и хмурит переносицу. Рядом с другими людьми в основном молчит, обладает пассивным характером, не любит выделяться. Без чужой указки не знает, как себя вести, поэтому в школе и в армии пытался следовать за самыми сильными, но те его избегали. Лучше бы они над ним издевались, но окружающие чаще всего считали его «зловещим». Непонятно, что именно такого «зловещего» в нем было, но что-то в Пинсыне внушало людям страх. По этой причине ему не удавалось найти не то что приличную работу, но даже захудалую шабашку, разве что иногда его нанимали на фабрику или в сортировочный центр. Летом все его тело покрывалось сыпью, от которой потом оставались шрамы, а зимой кожа трескалась от холода. Временами встречались люди, которые первыми проявляли к нему дружелюбие. Одним из таких был добродушный менеджер в сортировочном центре, уволившийся вскоре после того, как они с Пинсыном подружились. Когда коллега попросил одолжить ему пять миллионов вон на свадьбу, Пинсын только обрадовался, что тот обратился к нему. Деньги никто не вернул, но больнее всего было оттого, что на свадьбу оказались приглашены все работники сортировочного центра, кроме Пинсына.