Безупречная репутация - Джейкмен Джо

– Запишитесь, пожалуйста, в книгу, и я проведу вас к мистеру Ньюхоллу.

Аша завозилась с ручкой, два раза глянула на часы, прежде чем записать время, а номер кемпера выскочил из головы. Мисс Лейн сказала, что это не важно, запыхавшаяся Аша благодарно улыбнулась и пробормотала, что не успела толком выпить кофе.

– Идемте?

Аша последовала за мисс Лейн по широкой лестнице с темно-синим ковром, прижатым латунными стержнями. Когда она была здесь на дне открытых дверей, все вокруг казалось блестящим и новеньким, а теперь она видела: ковер протерся, оконные рамы держатся только на двадцати слоях краски.

Перед кабинетом мистера Ньюхолла было нечто вроде прихожей. Два кресла для ожидающих аудиенции у великого и могущественного Ньюхолла. У стены стоял стол, за которым обычно сидела его секретарша, Мэнди. Сейчас ее не было, а повернутый стул позволял предположить, что она куда-то в спешке убежала.

Мисс Лейн посмотрела на место, где должна была сидеть Мэнди, и поджала губы, так что они побелели. Она постучала в тяжелую деревянную дверь и толкнула ее.

– К вам мисс Деметриу, мистер Ньюхолл. Мне присутствовать?

Аша снова одернула рукава и услышала вздох и приглушенный голос мистера Ньюхолла:

– Нет-нет. Абсолютно никакой нужды. Пусть заходит.

– Вообще-то, мистер Ньюхолл, я думаю, что мне стоит…

Аша видела, как мистер Ньюхолл прислонился к стене у окна, будто ему трудно стоять.

– Уверен, мисс Лейн, у вас есть дела поважнее. К тому же нам с Ашей нужно многое обсудить.

Глава 3

Как и в прошлые разы, войдя в кабинет директора, Аша с восхищением оглядела высокие потолки и обшитые деревом стены. Комната была из тех, в каких всегда пахнет полировкой для мебели. В памяти всплыли воспоминания о доме ее бабушки и деда. Было в школе «Аберфал» что-то потустороннее, будто попадаешь на пару веков назад. Стены украшены написанными маслом суровыми лицами предыдущих директоров школы, среди них – ни одной директрисы. Мистеру Ньюхоллу еще предстояло добавить свой портрет к череде строгих бледных лиц – если слухи верны, ждать осталось недолго.

Перед незажженным камином стоял продавленный коричневый диван. На массивном столе – черный телефон с диском для набора номера. Компьютера нет. Как нет и мобильного телефона, заряжающегося в розетке. Зато рядом с телефоном – стопка промокательной бумаги и пузырек с синими чернилами. Аша не удивилась бы, закури мистер Ньюхолл трубку и достань из кармана часы на цепочке.

Аша оглядела комнату – в общий контекст не вписывалась разве что серебряная полоска таблеток у настольной лампы. Заметив ее взгляд, мистер Ньюхолл открыл ящик и убрал таблетки туда.

– Спасибо, что пришли, Аша.

Можно подумать, что о встрече попросил он.

– Я решила, что будет лучше, если мы поговорим лично, – сказала она.

– Разумеется.

Преодолеть оборону Мэнди, боевой секретарши Ньюхолла, оказалось делом непростым. В конце концов Аша сказала, что в школу придет так или иначе и, если Мэнди не хочет сцены, пусть сообщит мистеру Ньюхоллу о ее приходе.

Дверь распахнулась, и в комнату ворвалась Мэнди, неся на серебряном подносе две чашки кофе. Аша чуть выпрямилась.

– Прошу прощения, – сказала Мэнди, глядя на Ашу. – Не знала, что вы уже здесь. Решила, может, вы передумали. – Она натянуто улыбнулась. – Что-нибудь еще, мистер Ньюхолл?

Она поставила поднос на широкий стол и откинула волосы на плечо.

Ньюхолл посмотрел на поднос и, не обращая внимания на кофе, потянулся за печеньем.

– Мэнди, ты всегда знаешь, как доставить удовольствие мужчине. Закрой дверь, когда будешь уходить, ладно? Вот, хорошая девочка.

«Хорошая девочка», к которой он обращался, была старше Ашиной мамы, и от ее взгляда стакан с водой превратился бы в лед, но Ньюхоллу каким-то образом сходило с рук говорить с ней в таком тоне. Выходя, Мэнди улыбнулась Ньюхоллу так, будто он был непослушным шалунишкой.

– Хорошая погода для начала семестра, – сказал Ньюхолл.

Погода. Самый простой способ растопить лед и заложить основу для более серьезного разговора, которого не избежать.

– Да, – сказала Аша. – Великолепная. Надеюсь, продержится до матча в крикет. Для Кассиуса это будет первый серьезный выход на площадку.

– Юный Кассиус – очень талантливый мальчик. Настоящая находка для всех наших спортивных команд.

– Не знаю, в кого он такой, – сказала Аша. – Ни я, ни его отец спортивными успехами в школе не блистали.

Она сама не знала, почему так сказала. Ведь каким был отец Каса в школе, она не знала. В ее жизни он мелькнул на короткое время, а в жизни Каса так и не появился. Родитель-одиночка – это временами совсем непросто, а уж в «Аберфале»… вообще какая-то аномалия. Ей всегда казалось, что на ее плечах лежит двойная нагрузка, никто не спрашивал ее, почему на горизонте нет отца, но она видела: этот вопрос не дает им покоя. Ну и пусть теряются в догадках сколько угодно. Всех подробностей не знал даже Кас. Она предпочла сказать ему, что он появился на свет в результате случайного секса, и раскрывать неприятную правду не стала.

– Обожаю звук удара биты по кожаному мячу.

Ньюхолл поднялся и достал из-за стола биту для крикета и сделал вид, что отбивает крикетный мяч. Аша увидела: на лицевой стороне биты что-то написано.

– Жена все время говорит, что биту надо убрать в витрину. Но как тогда я буду с ней играть? Или, – он подмигнул Аше, – воспитывать с ее помощью мальчишек.

Аша подняла кофе и пролила каплю на стол. Тут же вытерла ее рукавом.

– А как вы, Аша? Шлепок по заднице – как вы к этому относитесь?

– Что?

– Или вы из тех родителей, которые, чтобы держать детей в узде, предпочитают поощрения?

Аша крепко сжала чашку кофе – как и челюсти.

– Да. Боюсь, я из тех мягкотелых либералов, которые не верят в насилие над детьми.

– Я скучаю по крикету, – заметил Ньюхолл.

Он нежно взял биту в руки – так новоиспеченный отец берет ребенка.

– Подписано каждым членом команды, выигравшей международный турнир в 2005 году. В прошлом году на летнем аукционе выложил за нее кругленькую сумму. Надеюсь, Аша, в этом году вы на бал придете?

– Почти наверняка буду в тот день занята.

– Больше половины наших ежегодных финансовых сборов приходится на этот вечер. Дамы выкладываются и устраивают настоящее чудо. Вы должны прийти.

– Это не совсем по моей части.

– Кажется, в прошлом семестре я ни разу не видел вас на хоккейном матче. И на регби в предыдущем семестре.

– Кому-то приходится работать, – сказала Аша.

– А на пасхальной викторине были?

– Нет.

– Приходите, не надо стесняться.

Ньюхолл снова прислонил биту к стене и, не отрывая от нее глаз, сел. Деревянное кресло под ним скрипнуло, и он потянул себя за мочку уха.

Потом повернулся к ней и сказал:

– Теперь мне спорт противопоказан. Травма бедра. Иногда жутко ноет. Раньше каждое воскресенье – каждое! – по вечерам играл в сквош, но вот уже четыре, а то и пять месяцев не брал в руки ракетку. Так что мы хотели обсудить?

Ньюхолл оглядел свой стол в поисках вдохновения.

– Я пришла поговорить о травле, – сказала Аша. – Перед Пасхой вы сказали мне, что собираетесь что-то изменить. Но на каникулах парня совсем заклевали в сети. Я знаю, что это не во время занятий, но, если дети страдают, школа должна с этим бороться. Вы согласны?

Мистер Ньюхолл нахмурился и посмотрел на Ашу. Наклонил голову.

– Вы пришли не по поводу утренней стычки?

– Какой стычки? Что случилось?

– Понятно.

– Мистер Ньюхолл, что-то случилось и я об этом не знаю?

– То есть мисс Лейн вам утром не звонила, не приглашала прийти?

– Нет, не звонила.

– Хорошо. Ясно. Что ж. – Он снова дернул себя за ухо. – После нашего последнего разговора мы приняли кое-какие меры, чтобы оградить наших учеников от всякого рода нападок. Мы стали гораздо строже относиться к конфликтам между сверстниками. Родители не всегда видят всю картину, и, как ни печально об этом говорить, Кассиус… скажем так, платит той же монетой.