Эдди Флинн. Компиляция (СИ) - Кавана Стив

До вчерашнего вечера.

Дэнни вернулся домой только в третьем часу ночи. Принял душ в нашей ванной комнате и улегся в постель с мокрыми волосами. Я сделала вид, будто сплю. Он встал и вышел из дома еще до того, как я проснулась утром. Вероятно, хотел избежать выяснения отношений.

Когда позже Дэнни вернулся домой, я решила не быть такой сварливой женой и просто как бы невзначай упомянула, что он слишком много работает и что вид у него немного уставший. Вот и все, что я сказала. Но тем не менее заметила вспышку раздражения, промелькнувшую на его лице.

После ужина он стал больше похож на моего Дэнни. Наверное, и вправду просто устал и проголодался. Он настоял, чтобы я отдохнула и налила себе белого вина, пока загружал посудомоечную машину. Когда я устроилась на диване с бокалом в руке, он подошел и положил на кофейный столик передо мной маленькую бархатную коробочку. Сказал, что любит меня и никогда не перестанет показывать, как много я для него значу. Внутри коробочки было два кольца. Одно из розового золота с красными камушками, другое – из серебра с каким-то дымчатым полудрагоценным камнем в центре. Я примерила их. Серебряное оказалось немного тесновато, но все равно подошло. Они были просто великолепны. Дэнни прекрасно знает мой вкус. Я сказала, что ему вовсе не обязательно постоянно покупать мне украшения, что на самом деле мне нужен он сам. Его время и внимание. Мы поцеловались, и он вернулся на кухню, чтобы закончить уборку.

Я включила телевизор и обнаружила, что по «Ти-си-эм»^[195] уже показывают наш любимый фильм. Я заставила его посмотреть этот фильм, когда мы еще только встречались, и он понравился ему так же сильно, как и мне. Это стало нашим общим увлечением. Мои любимые фильмы – «Красотка», «Грязные танцы», «Взморье»[196] (я каждый раз плачу) и вот этот. Потому что он пугает меня до чертиков.

Дэнни вернулся в гостиную, увидел вино и фильм на экране и сказал, что сожалеет, но ему очень нужно ехать на встречу с каким-то клиентом. Сказал, что только что закончил один проект, но уже планирует следующий. Перегнулся через диван и поцеловал меня в щеку. Я сказала ему, что не возражаю. Что все нормально.

Все было далеко не нормально.

Он стал натягивать пальто, а я устроилась поудобней, чтобы посмотреть «Ночь охотника»^[197] с Робертом Митчемом.

Проходя мимо дивана, Дэниел бросил взгляд на экран и пропел своим хрипловатым баритоном знаменитую фразу из церковного гимна: «Л-ле-ежа, л-ле-ежа, лежа в вечных объятьях Христа…»

В фильме Митчем играет пастора и серийного убийцу, который случайно узнаёт, что деньги, вырученные при ограблении банка, спрятаны где-то в доме вдовы грабителя. Митчем заводит дружбу с вдовой и женится на ней, чтобы найти их. Он убивает свою новоиспеченную жену складным ножом, а затем обнаруживает, что один из детей спрятал деньги в своей тряпичной кукле. Лилиан Гиш играет суровую старую даму, которая берет к себе осиротевших детей, чтобы защитить их от пастора-убийцы.

Это моя любимая сцена. Темно, за полночь. Митчем сидит на пне в саду и напевает старинный христианский гимн «Лежа в вечных объятьях Христа», в то время как Гиш – виден лишь ее силуэт – сидит в кресле-качалке перед оградой террасы, держа в руках дробовик. И чтобы показать, что не боится, она даже подтягивает певцу. Но тут один из детей подходит к ней со свечой, осветив ограду, отчего зловещая фигура Митчема теряется в сполохе света. Когда Гиш наклоняется вперед и задувает свечу, Митчем уже исчез в ночи.

С тех самых пор, как я впервые посмотрела этот фильм, я уже никак не могла выбросить эту песню из головы. Здесь был Митчем, хладнокровный убийца, поющий таким красивым баритоном. Причем гимн, ни больше ни меньше. Он и был тем, кто отправлял людей в вечные объятия с помощью своего выкидного ножа. Он был таким наглым, злым и бесстрашным, чтобы сидеть прямо напротив того дома – и петь. У меня каждый раз мурашки бежали по коже.

Я не слышала, как закрылась входная дверь. Не слышала, как открылась дверь гаража или как Дэниел завел мотор своего спортивного автомобиля. Я просто увидела отраженный красный отсвет на экране телевизора. Обернувшись, посмотрела в окно и увидела, как его габаритные огни исчезают в конце улицы, словно два огромных красных глаза, растворяющихся в ночи.

Я досмотрела фильм, заснула прямо на диване на час или около того, и меня разбудил мой телефон.

Пару дней назад я прочла о деле Песочного человека абсолютно все. После появления того копа мне стало любопытно, и теперь на телефон приходили оповещения о появлении новых статей на эту тему. Я открыла уведомление. Там были ссылки на две новости.

Прошлой ночью Песочный человек убил двух женщин в их собственной квартире. Полиция разыскивала свидетелей. Вторая новость была посвящена предыдущей жертве Песочного человека, Маргарет Шарп. Там была ее фотография в летнем платье в красно-белую клетку, с ярко-красной помадой на губах и волосами, уложенными в прическу в стиле пятидесятых годов. Она улыбалась.

Телефон выпал у меня из рук. Я кое-как подобрала его и увеличила изображение Маргарет Шарп, раздвинув прижатые к экрану пальцы.

На ней были серебряные серьги в виде розочек.

Глава 16

Блок

Лейк сказал, что у него есть машина, но она в ремонте.

Обычно Блок не отличалась особой разговорчивостью. Она любила автомобили и переделала свой скромный семейный «Джип» до такой степени, что он в значительной степени стал совершенно другим транспортным средством. В основном это касалось усиления шасси, приводных валов и прочих компонентов трансмиссии, чтобы они были способны работать в паре с недавно установленным V-образным шестицилиндровым нижневальным движком с двумя нагнетателями. Кузов она трогать не стала, так что стоило ей втопить педаль, как челюсть у вас от шока отваливалась до полу, а позвоночник вплавлялся в сиденье.

– А вы на какой машине ездите? – поинтересовалась Блок.

– О, на синей, – ответил Лейк.

Неделя обещала быть напряженной. Забравшись в «Джип» Блок, они направились в Трайбеку. Лейк предложил начать именно оттуда.

– А что там в Трайбеке? – спросила Блок.

– Квартира Лилиан Паркер. Я хочу ее осмотреть.

– Почему именно эту?

– Из-за свидетельницы, которой предстоит давать показания против Кэрри Миллер. Честер Моррис уже мертв. Остается только Тереза Васкес, которая видела мужчину и женщину, околачивавшихся возле здания в ночь убийства Лилиан Паркер. Кроме того, есть еще свидетель по делу Нильсенов, но я пока не готов туда отправиться. Песочный человек явно попытается устранить этих свидетелей, так что он может быть где-то поблизости. Это причина номер один. Причина номер два: мне нужно собственными глазами взглянуть на место преступления, чтобы лучше понять этого типа.

– Собираетесь составить его профиль? – спросила Блок, вливаясь в поток машин. – Вы ведь вроде говорили, будто методы ФБР по поимке серийных убийц в корне неверны.

Лейк улыбнулся ей с пассажирского сиденья – или, по крайней мере, растянул губы в некоем подобии улыбки.

– В современной криминалистике существует целое множество подходов к психологическому профилированию и поведенческому анализу серийных преступников. Но у меня свой собственный.

– И какой же?

– Вы когда-нибудь слышали про Джорджа Метески – Безумного Бомбиста?[198]

Блок кивнула, сворачивая на перекрестке влево. Вся область криминального профилирования и ее популярность среди общественности обязаны своим появлением одному-единственному человеку в двубортном костюме. Это был самый первый случай современного криминального профилирования, ставший примером для подражания на протяжении более шестидесяти лет, и обстоятельства этого дела до сих пор остаются увлекательной темой тех, кто изучает закономерности серийных насильственных правонарушений.