Свадьба. В плену любви (СИ) - Попова Любовь

– Хоть бы лицо виноватое сделала. Ради приличия.

– Вот еще, – проходит мимо по старым деревянным настилам отделения.

– Странно, кстати, почему твой отец и Ремезов старший сюда свои благочестивые руки не засунули.

– Папа все еще обижен, что полиция еле шевелилась. Но думаю, скоро и сюда доберутся, – она точно знает, куда идти, очевидно, была тут не раз. – Здрасте, Дмитрий Сергеевич.

Крупный следователь, который, очевидно, не сильно привык шевелиться, поднимает голову от стола и бумаг, разбросанных по нему. Ну, в принципе, понятно, почему дело особо и не двигалось.

– Привет, Ась, а вы, я полагаю, Демьян?

– Да, добрый день. Так зачем нас вызвали?

– Ася оказалась настойчивой особой, – усмехается он в усы. – Считает, что есть связь между теми убийствами пятилетней давности, нынешним, а так же вашим похищением.

– То есть вы сходств не уловили?

– Не надо ерничать, молодой человек. Если вы пересмотрели детективов, это не значит, что их не смотрел я, – он хохочет, а мы с Асей переглядываемся. Даже сглатываем. Мы реально бы там сдохли. До нас никому не было дела, кроме отцов. Никто не искал связей. – Понял, вам не смешно. В общем, смотрите, я даже специально доехал до морга, чтобы еще раз осмотреть тело.

– Боюсь представить, каких трудов вам это стоило.

– Демьян, – пихает меня Ася. – И что вы узнали?

– Убийцы разные. Пять лет назад ножевые ранения были нанесены очень точечно, словно человеком, который часто это делает. Ни одного лишнего движения. А в этот раз было очень эмоциональное нападение. Девушку, помимо прочего, насиловали, потом нанесли двадцать два ножевых ранения. Действовал дилетант.

Тело немеет от полученной информации.

– А примерно понятно, была ли девушка похищена, или ее где-то держали?

– Нет. Она пропала двадцать третьего, в субботу вечером. Нашли ее утром.

– Сразу после свадьбы, – шепчет Ася, а меня самого мороз берет. – И в этом вы тоже не видите совпадения?

– Ну, я могу допросить Демьяна, ведь именно его приезд стал началом всей этой истории.

– У него алиби, – вздыхает Ася, а я шокированно смотрю на нее. Ей словно жалко, что у меня оно есть. – А волосы. Они обрезаны?

– Нет. Они изначально были короткими. А вот пять лет назад волосы резали.

– Пять лет назад девушек тоже недолго держали?

– Накануне вечером. Но не насиловали, кстати. Так что, ребят, связи я не вижу.

– А что насчет других пар? В той области не было убийств, где были похищения?

– Ни одной молодой девушки не убито, кроме похищенной в паре. Так что и эта теория разваливается. Простите, ребят.

– Не прощаем, – забираю Асю от этого жирдяя, все равно, ничем он нам помочь не сможет.

– А можно скопировать дела? В электронный формат вносят не все.

– Не могу такого разрешить. До свидания. И оставьте эту историю. Столько времени прошло.

Прошло, да. Но никак не отпускает. Поворачиваю Асю к себе, как только выходим за тяжелую дверь.

– Ты, блять, серьезно? Ты подозревала меня?

– Тебя это напрягает?

– А сама как думаешь? Какого хера?

– А что? Ты вполне мог быть похитителем. Разыграть красиво аварию, нанять людей пудрить мне мозги в том подвале, потом аккуратно себя ранить и вызывать подмогу, когда я потеряла сознание.

Рехнуться можно.

– Нахрена?

– Да кто вас богатых извращенцев знает?

– Ты просто, – желание встряхнуть ее невыносимо. Буквально, руки чешутся! – Космос… И что же разбило теорию?

– Остальные пары. Я с трудом, но нашла несколько убитых пар и следы видео, которое никто не сумел убрать из сети. Никто их них не имел богатого папу.

Злит дико. Тот факт, что она вообще могла на меня подумать. Да, в подвале мы, бывало, валили все друг на друга. Но это, скорее, от отчаянья.

Дыхание приходит в норму. Сердце перестает стучать так сильно, а желание удушить эту дрянь немного рассеивается. Появляется чертова жалость, которая Асе не нужна.

– Что?

– Ты уже готова была поверить в то, что я маньяк и убийца, лишь бы перестать меня любить.

В точку. В яблочко. Асин взгляд тут же темнеет, а рука вбивается в мое плечо, чтобы расчистить себе путь. Ей больно, а мне на душе тепло становится. Эту ее любовь даже страх и отвращение не убило. И кажется, ничего уже не убьет. Она собирает руки на груди возле машины, не смотрит на меня, а я, наоборот, вплотную подхожу. Втягиваю запах злости и обиды. На щеках пятна, дыхание частит, а глаза молнии метают. В такие моменты она особенно хороша. Цепляет. Заводит.

– Ну, что ты стоишь, машину открывай, – бесится и тут же в машину лезет, мелькая круглой попкой, обтянутой простой длинной юбкой.

Сам в машину сажусь, вибрирую от желания эту злость в себя впитать, трансформировать в вожделение, которым от нее разит.

– Давай на место преступления смотаемся. Вдруг найдем чего?

Ася удивленно кивает.

– А твои нас во сколько ждут?

– Подождут, – срываюсь с места и следую за точкой, которую в навигатор вбила Ася. Тревога и трепет охватывают обоих, когда съезжаем на лесную тропу.

– Отсюда лучше пешком.

Ася выходит из машины, и мы вместе добираемся до нужной поляны. Тут еще висят ленты, под которые мы заходим, осматриваем примятую траву.

– Ее оттуда тащили. Давай пройдемся, – говорю я, а Ася смотрит на место, где точно лежала девушка. Когда-то могла лежать она. – Ася…

– Да, давай, – вздрагивает она, коротко режет взглядом. – Смотри, тут следы. В прошлых делах следов не было.

– Может, и правда, другой человек? Такое возможно?

– Ты сама говорила, что, когда нас похищали, их, как минимум, было двое. Так что… Смотри… На дереве осталась веревка. – Мы оглядываемся, по телу ползет безотчетный страх.

– Он держал ее тут? Всю ночь?

– И трава примята.

– Неужели она не кричала? Тут же дома недалеко.

– Я тебе даже больше скажу, тут недалеко дом твоего отца, – смотрю по карте. – В четырех километрах.

– Он ушел со свадьбы прямо сюда, по дороге поймав беззащитную девчонку? Почему она не убежала? Если он старик, как мне думается, то она могла убежать.

– А если он симпатичный… Сама знаешь, как легко на такую удочку попасть. Любой.

– Я бы не попала. Я таких подонков издалека чувствую.

Смех рвется из груди… Смешная… Чувствует она.

– Ты еще недавно считала, что маньяк и убийца я. И вот ты здесь, со мной наедине. Не страшно, Ась? – трогаю ее обнаженное, покрытое мурашками плечо. У самого внутри азарт просыпается, дикий, животный. Во рту слюна скапливается, а Ася только злится, заводит сильнее.

– Я же знаю, что это не ты, – бьет по руке. – Прекрати так смотреть!

– Уверена? А может, я привел тебя сюда, чтобы убить и изнасиловать?

– Не в обратном порядке?

– А это как тебе больше нравится, Чебрец.

– Демьян, вот сейчас ты меня пугаешь, – отшагивает она, а я наступаю. Тело наполняется адреналином, пальцы горят от желания прикоснуться к желанной добыче, покорить, сделать своей.

– Ну, тогда тебе стоит убежать, а мы проверим, как легко догнать жертву.

– Демьян! Прекрати! – орет она, когда дергаюсь в ее сторону.

– Поймаю, трахну, – она, наконец, понимает правила игры, разворачивается и убегает. Выкуриваю сигарету, даю ей фору, чтобы, наконец, выйти на охоту.

Глава 20. Ася

Странный, парализующий страх побеждает разум.

Я прекрасно знаю, что Демьян не может быть убийцей и маньяком, но тьма в его глазах приводит в невольный трепет жертвы перед хищником.

Хочется спрятаться от того зверя, что таится на дне его глазных яблок.

Разворачиваюсь на пятках и бросаюсь бежать.

Секунды тянутся резиной, за спиной ни звука…

Пока не хрустит ветка, вынуждая ускориться.

Тяжело дышу, перелетая через бревна…

Главное, добежать до крупных кустов малины с западной стороны. Там можно спрятаться. Посмотрим, сколько он будет меня искать. Но чем дольше бегу, тем больше понимаю, что дыхание сбивает с ритма, заставляет захлебываться воздухом… Его в легких все меньше.