Цикл романов "Все секреты мира" (СИ) - Берри Стив

«На самом деле мы хотим устранить Тана».

– Позаботься о ней, Малоун, – тихо произнес Виктор.

После чего быстро развернулся и навел пистолет на новую цель.

Прямо на Карла Тана.

* * *

Противостояние Виктора с Малоуном начинало надоедать Карлу Тану.

Чего ждет этот дерзкий иностранец?

Выхватив у ближайшего к нему брата арбалет, Тан крикнул:

– Покончи с ним, или я тебя пристрелю!

Виктор развернулся. Когда Тан увидел направленное на него дуло пистолета, у него всплыли все страхи, которые он питал в отношении этого иностранца.

Он выстрелил из арбалета.

Через какую-то долю секунды стрела вонзилась в грудь Виктору Томасу.

Второй монах, почувствовав новую угрозу, также обернулся. Другая стрела погрузилась Виктору в грудь по самое оперение. Тот задохнулся, кашляя кровью. Пистолет выпал на пол. Он вскинул руку к горлу.

У него обмякли колени.

Он рухнул на пол.

* * *

Кассиопея вздрогнула, увидев, как тело Виктора одна за другой пронзили две стрелы. Какое-то мгновение он качался, стараясь удержать равновесие, затем с глухим стуком упал на каменный пол.

Шагнув из тени к балюстраде, Кассиопея навела арбалет на Карла Тана и выстрелила.

* * *

Линь Йон сообразил, что Кассиопея Витт находится в галерее второго яруса, судя по всему, вооруженная. Оба брата выпустили стрелы. Иностранец упал. Малоун сжимал нож, но он находился далеко.

Надеяться оставалось только на Кассиопею.

Она показалась у балюстрады с арбалетом в руке и выстрелила.

Однако Тан, предвидевший это, метнулся вправо.

Стрела ударилась о каменную плиту пола и отскочила.

* * *

Малоун увидел, что Кассиопея промахнулась. У него в руке был нож, но какой от него толк?

Пистолет.

Лежавший рядом с Виктором.

Нужно им завладеть.

* * *

Поднявшись на ноги, Карл Тан бросился к мечу, который отшвырнул Линь Йон. Стиснув рукоятку, он приказал двум братьям схватить Линя.

Он покажет Пау Веню, есть ли у него мужество.

Вскинув меч, Тан двинулся на Линя.

* * *

Линь Йон пытался высвободиться, но братья оказались сильными. Пау Вень отступил назад, ближе к полкам, и спокойно наблюдал за происходящим.

Линь лихорадочно обвел взглядом зал. Малоун стоял на коленях, что-то искал.

Тан был меньше чем в трех метрах, с мечом в руке, готовый вонзить острие Линю в грудь.

* * *

Малоун нашел пистолет.

Боль в плече была невыносимой. Едва ли он сможет метнуть нож. Его правая рука подняла пистолет, указательный палец лег на спусковой крючок. У него мелькнула мысль, не скрываются ли в галереях верхних ярусов другие братья, готовые пронзить его стрелами.

Неважно.

Выбора у него все равно не было.

Коттон прицелился и выстрелил.

* * *

Тан услышал звук выстрела, затем почувствовал, как что-то ударило его в правый бок. Это ощущение показалось ему каким-то странным. Сначала – ничего, затем невообразимая боль, словно по всему его телу разлился разряд энергии, сжигая дотла внутренности.

Остановившись, Тан качнулся вправо.

Переведя взгляд в сторону, он увидел Коттона Малоуна, целящегося в него из пистолета.

Еще один удар, и вторая пуля пробила ему грудь.

Третий выстрел.

После чего Тан больше уже ничего не видел.

Глава 81

Кассиопея была потрясена смертью Виктора. Напротив, смерть Карла Тана вызвала у нее глубокое удовлетворение. Третья пуля, выпущенная Малоуном, разбила ему вдребезги голову, сбив с ног и повалив на пол.

– Никому не двигаться! – повелительно крикнул Коттон, по-прежнему держа пистолет наготове. – Министр Линь, возьмите меч.

Тот повиновался.

– Наконец этот вопрос решен, – спокойно промолвил Пау Вень.

* * *

Линь Йон стоял, сжимая в руке меч.

Повернувшись к Пау Веню, он попросил:

– Будьте добры, объяснитесь.

– Мы с вами долго беседовали у меня дома в Бельгии. Тогда вы решили, что я вам лгал. Однако это было не так. Каждое мое слово было истинной правдой. Китай должен измениться. И вопрос стоял в том, какими будут эти перемены. Возврат к жесткому легизму? Автократия? Или что-то более мягкое? Конфуцианство? Демократия? Признаюсь, вначале, двадцать лет назад, я полагал, что ответом должно будет стать возвращение к легизму. Однако теперь я уже не уверен в этом. Но мне известно, что один и тот же источник может привести государство как к упадку, так и к процветанию.

– Это слова Конфуция, – заметил Линь.

– Совершенно верно. Он был очень мудрый человек.

– Странно слышать такие слова от легиста.

Пау покачал головой:

– Я больше не легист.

* * *

Слушая разговор Линя и Пау, Малоун тем не менее держал пистолет наготове, внимательно изучая взглядом зал.

– Много лет назад, – продолжал Пау, – я забрал все тексты Конфуция из погребенной под землей библиотеки Цинь Ши-хуанди. Его слова должны были во что бы то ни стало сохраниться для потомков. Уничтожить их было бы преступлением. И вот теперь вы вправе использовать их так, как считаете нужным. Быть может, учение Конфуция – это как раз то, что необходимо Китаю для борьбы как с коррупцией, так и с растущим расслоением населения. – Он помолчал. – Товарищ министр, братство «Ба» не принимало участия в этой схватке между вами и Карлом Таном. Мы ни во что не вмешивались, не поддерживали ни одну из сторон.

– Тан был одним из вас.

Пау кивнул:

– Да, он был братом. Однако из этого не следует, что я хотел его победы. Ваше противостояние должно было произойти без вмешательства извне, и так оно и случилось. Вы одержали верх. С этого дня «Ба» присягает вам в верности.

– Почему я должен верить вашим словам? – спросил Линь.

Малоуну также хотелось узнать ответ на этот вопрос.

– Все изменило то, что Тан узнал о неисчерпаемости запасов нефти. Это открытие распалило его честолюбие. Он не смог устоять. И я испугался, что Тан окажется ничуть не лучше тех, кто правил до него.

– Однако он угрожал моей жизни, и вы ничем ему не помешали. Вы допустили, чтобы Тан захватил всех нас в плен.

– И доставил сюда, товарищ министр. Я позаботился о том, чтобы это непременно произошло.

Его слова не произвели на Линя впечатления.

– Вы убийца.

– Да, четыре человека умерли в Бельгии. Но разве это не была необходимая самооборона?

– Нет, если речь идет о том боевике, которого вы пытали, а затем прикончили выстрелом в голову.

– Где Соколов? – окликнула сверху Кассиопея.

– Он в безопасности, – ответил Пау.

Малоун решил пока что промолчать о том, где в настоящее время находится Соколов с сыном. Он еще не был готов поверить в то, что Пау является союзником. Продолжая держать старика под прицелом, Коттон спросил:

– Как будет объяснена смерть Тана?

– Он погибнет в автокатастрофе, здесь, в горах, – ответил Пау. – Он приехал сюда, чтобы очистить голову, освежить душу.

– Ну а пулевые ранения?

– Увы, сорвавшаяся в пропасть машина вспыхнула, и тело сгорело дотла.

Линь молчал, сжимая меч.

Коттон не убирал пистолет, но Пау стоял не шелохнувшись.

– Решать вам, товарищ министр, – обратился к Линю Малоун. – Что будем делать?

– Я ему верю, – наконец промолвил Линь.

– Почему? – подала свой голос Кассиопея.

– Уберите оружие, – приказал министр.

Малоун не знал, какую стратегию действий выбрал Линь Йон, но он отдавал себе отчет, что они находятся в уединенном монастыре в горах, окруженные неизвестным количеством врагов, а из оружия у них ничего, кроме древнего меча и пистолета с несколькими оставшимися патронами в обойме. Решив положиться на суждение Линя, Коттон опустил пистолет.