Цикл романов "Все секреты мира" (СИ) - Берри Стив

– Но теперь, – Малоун указал на камин, – доказательства этому нет. Вылетело в трубу.

– А с ним и переводы, – тонко усмехнулась Элизабет Макгир. – Последнее доказательство, я полагаю, у вас.

Коттон полез в карман и, вынув, подал ей флэшку.

Которая тоже полетела в огонь.

***

Всех своих Малоун застал снаружи, в саду. Элизабет Макгир, сделав дела, ушла. Сюда она приезжала воочию убедиться, что и хроники, и флэшка уничтожены. Да, секрет теперь знали Иэн, Кэтлин Ричардс, Танни и мисс Мэри и теоретически могли о нем разболтать. Но на руках у них не было никаких доказательств, а значит, все их разговоры – просто домыслы и досужая болтовня. Легенды вроде мальчика Бисли и всей той писанины столетней давности от Брэма Стокера.

– Ну что ж, нам пора, – сказал Малоун Гэри.

Мальчики сердечно обнялись, после чего Иэн, повернувшись, поглядел Малоуну в глаза:

– Может, я когда-нибудь загляну к вам в Данию.

– Приезжай когда захочешь. Будем рады.

И крепко, по-мужски пожал парнишке руку.

Мисс Мэри стояла рядом с Иэном, приобняв его за плечо. На ее лице читалась гордость, как будто это был ее сын.

А у Иэна появилась мать…

– Может, пора тебе наконец завязать с уличным житьем?

– Да, наверное, – кивнул паренек. – Мисс Мэри вот хочет, чтобы я жил у нее.

– Вот это действительно здорово.

Подошла Танни и обняла Коттона.

– Очень, очень приятно было с вами познакомиться, мистер Малоун, – с веселым лукавством, снизу вверх поглядела она на него. – Ну и приключение вы нам устроили: хоть книгу пиши…

– А что, и напишите. Ну а если вздумаете снова устроиться на работу в разведку, эдак на полставки, сошлитесь на меня: дескать, Малоун поставил вам «отлично».

– Нет, но мне о-очень понравилось. Такое не скоро забудется.

Пока с сестрами прощался Гэри, Малоун отвел в сторонку Кэтлин Ричардс.

– Что там было? – спросила она тихонько.

– Рукописи больше нет, расшифровок тоже. Официально ничего этого никогда не было.

Насчет своих ночных разговоров со Стефани он не обмолвился, но подтверждение уже пришло.

– Вы восстановлены в АБОП. Приказ с самого верха. Все провинности сняты.

Кэтлин благодарно, с легкой грустью улыбнулась.

– А я уж подумывала, куда мне на безрыбье податься…

– Спасибо за то, что вы там для нас сделали. Мы вам обязаны жизнью.

– Вы поступили бы точно так же.

– Могу я попросить об одной услуге?

– Просите что хотите.

– Не переставайте быть собой. Будьте такой, какая вы есть – во всем, и к черту правила.

– Боюсь, иначе я и не умею.

– Вот это мне и хотелось услышать.

– Но ведь я, это… убила Мэтьюза. Могла выстрелить хотя бы в ногу. Как-то обезвредить.

– Мы оба знаем, что это не сработало бы. Или обернулось против нас. Старый дьявол однозначно заслуживал смерти. Скажу начистоту: будь у меня возможность, я бы поступил точно так же.

Кэтлин медленно подняла голову и посмотрела в глубину его глаз.

– Я вам верю.

– Я говорил ему еще раньше: когда-нибудь ты пережмешь. Перейдешь черту. И он в конце концов это сделал.

Она поблагодарила за все и, отведя взгляд, нерешительно произнесла:

– Может… если я когда-нибудь приеду в Копенгаген… увидимся?

Малоун, нежно коснувшись ладонями, повернул ее лицо к себе, посмотрел глаза в глаза:

– Обязательно. Только дай знать.

Потом они вернулись к остальным.

– Ну и команда у нас, – победным голосом обратился Малоун ко всем. – Спасибо вам за все, что вы сделали.

Какое-то время они с Гэри стояли и махали вслед своим новым, но уже таким близким друзьям, которые сейчас уходили на станцию, чтобы сесть там на лондонский поезд. А им предстоял путь прямиком в Хитроу – можно сказать, прямо от крыльца Хэтфилд-хаус, куда бонусом подогнала машину Стефани Нелл.

***

– Ты в порядке? – спросил Малоун Гэри.

Вчерашние события они еще толком не обсуждали. Между тем Гэри хотя и не убивал Антрима, но, безусловно, его смерти способствовал.

– Гадкий он был человечишка, – глядя в пол, сказал Гэри.

– Не то слово.

В целом жулья, выскочек и подлецов в мире хоть отбавляй. Не зря родители лезут из кожи вон, чтобы оградить своих детей от них и им подобных. Но тем не менее надо смотреть правде в глаза. И незачем ее без нужды утаивать.

– Ты мой сын, Гэри. Во всем. Всегда был и будешь. И ничто этого не изменит.

– А ты – мой папа. И это тоже никогда не поменяется.

– Ты вчера многого наслушался, – запоздало спохватился Малоун.

– Ну так что ж делать… Это ведь всё правда. Мама ее от меня долго скрывала. Но в конце концов правда сама вышла на свет.

– Теперь мы знаем, почему твоя мать скрывала имя Антрима и ни с кем им не делилась.

– Мне надо перед нею извиниться, – с понимающим кивком сказал Гэри.

– Она это оценит. В свое время мы оба – и она, и я – понаделали уйму ошибок. Хорошо, что они теперь разрешились. Во всяком случае, я на это надеюсь.

– А ты считай, что отделался от моих приставаний. Я теперь на эту тему ни разу не заикнусь. Всё.

– Вот и правильно. Только знаешь что? Давай-ка мы с тобой все случившееся будем держать при себе.

– Иначе мама тебя прибьет? – поглядел сын с улыбкой.

– Это как минимум.

В наступившем молчании оба завороженно озирали просторы сада. По траве в поисках букашек с щебетом порхали птицы. Желтовато-зеленые, в пестрых пятнышках стволы деревьев вселяли умиротворенность. А в отдалении стоял толстенный, в лохмотьях облезшей коры, согбенный от старости дуб. По преданию, именно под ним в далеком 1558 году двадцатипятилетний юноша, на ту пору уже двенадцать лет как выдававший себя за принцессу Элизабет, получил известие о смерти королевы Марии. Он был занят чтением книги, когда, подняв глаза от страницы, вдруг узнал, что теперь является правителем – точнее, правительницей – Англии.

И изрек как провидец:

«Что это, как не знак свыше, явленный глазам нашим».

События истекших двух дней проплывали в уме с успокоительной законченностью. Столько всего произошло. Столько свершилось. А у того самозванца в тот день, под этим самым дубом, столь многое открывалось впереди…

Малоун обнял сына за плечо:

– Ну что, поехали домой?

Эпилог

Сегодня

Рассказ Малоуна занял примерно час, который пролетел как минута.

Они сидели за столом на кухне. Пэм слушала каждое его слово.

– А я-то думала, почему от Антрима нет никаких известий, – поблескивая влажными от слез глазами, сказала она. – Я жила в страхе, ежедневном жутком страхе, что он снова объявится.

Мысль все ей рассказать владела Малоуном уже какое-то время. Пэм заслуживала того, чтобы знать правду. Но они с сыном договорились держать все в тайне.

– Я узнал, почему ты вдруг решила мне все выложить, – сказал он. – При той вашей встрече в молле Антрим увидел Гэри и все понял. И конечно же, шантажировал тебя тем, что все расскажет мне. У тебя не было выбора.

Какое-то время Пэм сидела молча.

– Для меня в офисе это было не утро, а сущий ад. Антрим четко дал понять, что в покое меня не оставит. И тогда я решила выложить вам обоим все как есть. Тебе – первому.

Звонок, который ему не забыть никогда…

– Гэри так изменился, когда вернулся от тебя с каникул, – сказала она. – Попросил прощения за то, как себя вел. Сказал, что всем доволен, всё в порядке. Что вы во всем меж собой разобрались. Меня охватило такое облегчение, что я даже ни о чем расспрашивать не стала. Была благодарна уже за то, что все уладилось.

– Это уже по следам того, чем то улаживание для нас едва не обернулось.

Мелькнувшее на лице Пэм беспокойство подтверждало: она понимает, о чем он. Жизнь их обоих – и сына, и бывшего мужа – висела на волоске.