Удивительная Ия - Эпплбаум Кёрсти

— Вот. Я дорисовала, Сара.

Сара посмотрела на мой рисунок.

— Вот это да! — воскликнула она и придвинула его к себе, чтобы лучше рассмотреть. — Потрясающе! Похоже на фотографию.

— Фотография делается быстрее, но поскольку у меня нет встроенного принтера, я не смогу перенести его на бумагу.

— Нет-нет, так хорошо. Это выглядит намного более впечатляюще.

В-впечатляюще.

Я з-закрутила колпачок на фломастере «травянисто-зелёный 3010».

С-сара назвала м-мой рисунок впеч-чатляющим.

— На, — Сара протянула мне фломастер, которым рисовала жабры, — попробуй теперь этот.

«Тёмно-серый 5001». Цвет пола на складе «Дженсон и Дженсон». Также это цвет стен на складе «Дженсон и Дженсон». И цвет потолка на складе «Дженсон и Дженсон».

Я принялась за рисунок.

Нарисовала весь склад — потолок, пол, стены, двери. Я разукрасила их «тёмно-серым 5001», оставив место для всех ста сорока четырёх роботов Андруг-560 модель вторая. Ещё я оставила место для двух инженеров компании «Дженсон и Дженсон» и одно место для мисс Дженсон-младшей.

Я прорисовала каждого Андруга-560 модель II детально, делая различия в коже, глазах, волосах, носах, пальцах и губах.

Двух инженеров «Дженсон и Дженсон» я изобразила в их «изумрудно-зелёных 3008» комбинезонах.

Наиболее детально я прорисовала мисс Дженсон-младшую. Я нарисовала её классический длинный «боб», такой же, как у меня, глаза цвета «серо-голубой 333», изящный жакет на пуговицах, трапециевидную юбку и кожаные балетки.

Я посмотрела на свой рисунок. Освещение на нём было изображено тусклым, но не настолько тусклым, как в реальной жизни. Я снова взяла «тёмно-серый». Заштриховала диагональными линиями всех 144 роботов Андруг-560 модель II и обоих инженеров. Оставила только мисс Дженсон-младшую такой, какой она была. Яркой и ясной.

— Вот. Я закончила рисунок, Сара.

Сара посмотрела на него.

Повертела листом:

— Ну и ну! Что это, Ия?!

— Это склад «Дженсон и Дженсон». Это место, где я была до того, как оказалась здесь. Вот это я.

Я указала на номер восемьдесят третий.

— Если ты увеличишь масштаб, то сможешь разглядеть мой классический длинный «боб» цвета «тёмно-каштановый 14», зрительные рецепторы «бронза 110» и ещё увидишь майку с радугой.

— Мне нужна лупа, — сказала Сара.

— А это мисс Дженсон-младшая.

Я указала на мисс Дженсон-младшую.

— Её показывали по вашему развлекательному центру. В воскресенье.

— Помню. Ты знакома с ней?

— Да. Я знакома с н-ней.

Сара посмотрела на рисунок:

— Очень темно.

— Д-да. Там и-именно так и б-было.

— И всё очень… чётко организовано.

— Да. Там и-именно т-так и б-было.

Снова моя грудная клетка.

Я отправила отчёт об ошибке в «Дженсон и Дженсон».

— И это то место, где ты жила? — спросила Сара. — До того, как оказалась здесь?

— Д-да.

Сара посмотрела на меня. Потом снова на рисунок. Потом снова на меня. Потом снова на рисунок. 54 % вероятности, что почувствовала печаль.

— Где ты жила, Сара, прежде чем оказалась здесь?

— Мы жили в другом доме.

— С Ширли-мамой и Робом-папой?

— Да, конечно.

— Это был склад?

— Нет. Это был дом — такой же, как этот, только чуть поменьше.

— У вас была кухня, развлекательный центр и такая красивая комната?

— Да. Там всё это было. Подожди меня. Я схожу за папиной лупой, чтобы рассмотреть рисунок получше.

— Прости. Я не предусмотрела, что у твоих зрительных рецепторов нет приспобления для увеличения масштаба.

Сара вышла из комнаты.

Я посмотрела на свои рисунки.

Тёмно-серый склад.

Ярко-красная клубника.

Солнце.

Лето.

Я достала толстый фломастер «ярко-красный 1010» фирмы «Колор-и-зи».

Это личная вещь, которая принадлежит Саре.

Я посмотрела на пять радужных коробок фломастеров. Это все личные вещи, которые принадлежат Саре. Есть ещё четыре ярко-красных фломастера.

Я встала и пошла в угол комнаты. Открыла отделение для аксессуаров, расположенное на нижней стороне моего зарядиска. Посмотрела на клубничный фломастер у себя в руке. Вкус солнца.

Я положила его в отделение.

Закрыла дверку.

Села обратно и стала ждать Сару.

Я спустилась за Сарой. Она несла мои рисунки:

— Мам, смотри! Пап, смотри! Смотрите, как хорошо Ия рисует! Смотрите, что она сделала.

Ширли-мама и Роб-папа были на кухне с однофункциональными роботами.

— Мммм? — произнёс Роб-папа. Он вкручивал штопор в пробку, вставленную в бутылку с бордовой жидкостью. Красное вино.

— Рисунки Ии, посмотрите, — Сара помахала рисунками перед их зрительными рецепторами.

— О да! — сказала Ширли-мама. — Прекрасно! Ты только посмотри, Роб! Прекрасно, Ия!

Роб-папа вытягивал штопор. Лицо у него по цвету стало близким к «взрывной ягоде 2008» «Дженсон и Дженсон».

— Это просто математический процесс передачи внутреннего образа на внешний носитель — бумагу.

Хлоп!

Роб-папа вытащил пробку из бутылки красного вина.

— О нет, не скромничай, — возразила Ширли-мама, — ты очень талантливая де… я имею в виду андроид.

— Будучи роботом-андроидом, Андруг-560 модель вторая компании «Дженсон и Дженсон» не может быть талантливым в том смысле…

— Ой, мама, ты опять завела её. Мы знаем, что по-настоящему ты не талантливая, Ия.

— Но она талантливая! — воскликнула Ширли-мама. — Посмотри на рисунки!

— Будучи андроидом Анд…

— Хватит, Ия! Хватит! — голос Сары превысил рекомендуемый уровень громкости. — Мы знаем. Мы всё знаем. Послушайте, мама, папа, мне нужно спросить у вас кое-что.

— Мы само внимание, — сказал Роб-папа.

Включаю быстрый поиск.

Мы само внимание = мы тебя слушаем.

— В следующую среду, — начала Сара, — у нас в школе день «Моей техники».

Роб-папа описал своими зрительными рецепторами дугу, точь-в-точь как Сара, слева направо. Теперь понятно, где она этому научилась.

— В мои годы, — сказал Роб-папа, — мы реально трудились в школе. С реальной доской и реальным мелом.

— И реальными грифельными дощечками, скорее всего, — добавила Сара.

— Поговори у меня! — с угрозой произнёс Роб-папа. Потом он посмотрел на меня, ухмыльнулся и подмигнул мне. Поднял бутылку вина, понюхал её. — Чудесно. Ну, немного выпустили пары, и хватит на сегодня.

Я включаю быстрый поиск.

Обычно из вина выпускают газ.

— Короче, — продолжила Сара, — мисс Пайпер сказала, что в этом году можно принести андроиды, у кого они есть. В понедельник она собирается сообщить об этом родителям. Можно мне взять Ию?

— Ты хочешь взять Ию с собой? — переспросил Роб-папа. — Кто бы мог подумать! Но хорошо, что ты потеплела к ней.

— О да, — сказала Сара. Она взяла меня под руку. — Мы лучшие друзья.

У Роба-папы поднялись брови. 74 % вероятности, что он озадачен.

— Мисс Пайпер правда это сказала, Сара? — спросила Ширли-мама. — Раньше она всегда запрещала андроиды. Ты не пытаешься повесить нам лапшу на уши?

Не похоже, чтобы в ближайшем окружении где-то была лапша. Я включила быстрый поиск.

Ты не пытаешься повесить нам лапшу на уши? = Ты обманываешь / вводишь нас в заблуждение?

— Ширли-мама. Сто процентов вероятности, что Сара честна, когда говорит, что мисс Пайпер разрешила принести андроиды в школу в следующую среду. Её речь полностью соответствует выражению её лица — следовательно, ложь не обнаружена.

Сара наклонила голову и подняла брови.

— Честно, — сказала она.

— О, — ответила Ширли-мама, — хорошо.

— Если уж совсем по правде, — сказала Сара, — некоторым из учителей не нравится эта идея, но мисс Пайпер начальник и не стала с ними считаться. Она сказала только, что каждый учитель может сам решить, пустит ли он робота к себе на урок. Она сказала, что подготовят специальное место для роботов-андроидов, где они смогут подождать, пока мы будем на уроке, если учитель не пустит робота.