Рыжий лис
На полянке рыжий лис
На нос ловит жёлтый лист.
Он летит к нему с деревьев
Ярких, красочных таких…
И, кружась в полёте,
Ветром шепчет радостный привет.
Ослик
По полянке, по травинкам, идёт ослик, не спеша.
Сзади он везёт тележку, где цветочков целый сад.
Улыбается он солнцу, а оно в ответ ему.
Ослик очень-очень счастлив, что везёт он красоту.
Пёсик Шарик
Я сегодня встал с утра, нос подставил солнцу.
В лапы жёлтый лист поймал, что кружила осень.
Мне сегодня хорошо, я такой счастливый,
Что у миски я сижу с косточкой любимой!
Стал собакой я домашней, я нашёл себе семью,
Их люблю я очень-очень и не вою на луну.
Раньше был я псом бездомным и по улицам бродил,
Но упал вдруг листик счастья,
и с семьёй он подружил.
Мне сегодня хорошо, я такой счастливый,
И у миски я сижу с косточкой любимой.
Возле лапок лежит лист, листик мой счастливый.
Шариком меня зовут, пёсиком любимым.
Грустный ёжик
На пенёчке у лесочка сидит ёжик, весь в слезах.
Говорят, его колючки очень колют всех подряд.
Кто сказал такую глупость, нам теперь и не узнать.
Только ёжику так грустно, слёзы капают – «кап-кап».
А наш ёжик очень добрый, он не ранит никого,
И колючками своими он несёт одно добро.
Вот он яблоки цепляет и зайчатам раздаёт,
А корзиночку с грибами очень бережно несёт.
Он бежит, шурша, по лесу, всегда песенки поёт,
И колючками своими только помощь он несёт.
Кто сказал такую глупость, нам теперь не отыскать.
И наш ёжик грустно плачет, слёзы капают – «кап-кап».
Прежде чем сказать о чём-то, нужно думать нам всегда,
Чтобы ёжик – всем помощник – не заплакал никогда.
Евгений Богатырёв
Осень, пряники и коньки
Здравствуйте, дети!
Хочу рассказать вам одну забавную, но вместе с тем поучительную историю из моего детства.
Детство моё прошло далеко от многих из вас. Там, где за Уральскими горами, в любую погоду – в сильный мороз или под жарким солнцем – добывают нефть и газ нефтяники, трудолюбивые и добрые люди. А точнее, в крупнейшем городе этого края – Сургуте.
Мне было всего четыре года, когда мой папа получил должность главного инженера Сургутского хлебозавода и в 1981 году перевёз меня, маму и моего старшего брата из тёплого, обильного и хлебосольного Кубанского края, омываемого Чёрным морем, в этот молодой город, окружённый бескрайним таёжным океаном хвойного леса.
На всю жизнь я запомнил длинную железную дорогу, блестящую на ярком солнце, которую видел впервые в жизни, высунув голову в окно своего вагона.
Осень в этих местах – суровое время. Уже первого сентября, когда начинается учебный год, может падать снег, а лужи покрываются первым прозрачным тонким льдом. Но для детей любая погода нипочём! Ведь снег и лёд – отличный повод для игр и развлечений: горки, санки, лыжи, коньки, снежки, прыжки и многое другое, что может вообразить себе ребёнок.
Кстати, мой папа, начав свой труд на хлебозаводе, решил одну очень интересную задачу.
На заводе пекли не только хлеб, батоны и булочки для всего города, но и пряники, которые вы так любите. Эти сладкие пряники после выпекания, ещё горячие, покрывают глазурью в специальной машине. Но вот незадача: пряникам негде было сохнуть из-за отсутствия свободного места. Ведь чтобы им высохнуть, нужно время, а потому много пряников не изготовить. Из-за этого у детей редко получалось угощаться этим лакомством.
Тогда мой папа построил длинный эскалатор, похожий на тот, по которому люди спускаются или поднимаются в метро. На этом эскалаторе готовые пряники медленно путешествовали вдоль высоких стен хлебозавода и попадали в цех упаковки ровно в ту минуту, когда они полностью высохли. Отныне дети города и соседних рабочих посёлков могли пить чай с пряниками хоть каждый день!
Настоящим приключением для детворы были поездки за грибами и ягодами в таёжный лес. На выходные дни, чаще всего в октябре, когда осенние дожди стихают и солнце снова на какое-то время ярко светит и прогревает землю, работники хлебозавода арендовали автобус, иногда «Урал»-вездеход с будкой для перевозки людей.
Все наряжались в свитера, куртки, вязаные шапки, резиновые сапоги. Брали с собой запас еды: салаты, маринованное мясо, сыр, колбасу, консервы, термосы с чаем и кофе. Обязательно прихватывали фотоаппараты и видеокамеры, чтобы запечатлеть самое интересное. И дружной компанией ехали далеко в лес, чтобы целый день бродить там, набивать вёдра, мешки или просто пакеты дикоросами.
Набрав запасов на зиму и собравшись потом у костра, бросали на землю покрывала, выставляли на них свои припасы и, поедая всё это, делились впечатлениями от увиденного за день, хвастались, кто больше чего собрал, рассказывали, кто каких диких зверей сегодня видел – полосатого бурундука, рыжую лису, пушистую белку, а может, и пятнистого оленя. А потом, уставшие, но довольные, ехали обратно, чтобы завтра начать новый рабочий день.
Забавная история, о которой я обещал рассказать, произошла через год или два после нашего переезда.
Был ноябрь, который хоть и считается месяцем осени, но в Сургуте уже почти ничем не отличается от зимы. Сильные морозы сковывают реки толстым льдом, на землю ложится плотный слой снега.
Мы жили, как сейчас помню, в пятиэтажке на третьем этаже. В нашей кладовке пылились старые коньки из чёрной кожи, с прямым лезвием – для конькового бега. Не знаю, откуда они взялись… Наверное, остались от маминой юности, потому что были мне впору. А из окна нашей кухни, между коробками других пятиэтажек, хорошо был виден краешек школьного катка. Там катались люди.
А я недавно по телевизору смотрел соревнования по фигурному катанию и решил, что тоже буду кататься на коньках. Так же красиво, как там. Напрасно мама и старший брат отговаривали меня:
– Тебе рано, ты не сможешь.
– Нет, я смогу! У меня получится! – упорствовал я.
– Ладно, пусть идёт, – сдалась мама.
Я обул коньки прямо в коридоре и встал, опираясь на пол острыми лезвиями. Слабые детские ножки не могли удержать моё тело на тонких лезвиях, и ступни предательски подогнулись.
Но я ведь уже сказал, что смогу! И открыл дверь на лестницу.
Кое-как я спустился вниз с третьего этажа, держась за перила. Вышел во двор. Добрался до катка – ползком, на четвереньках или ступая по рыхлому, ненакатанному снегу, где лезвия проваливались по ботинки.
