Последние тайны Ватикана - Леконт Бернар

Когда три месяца спустя Пий X в изданной им motu proprio (апостолическое послание папы, направленное по его инициативе без предварительного запроса мнений) обязал всех католических преподавателей принести «анти-модернистскую клятву», в учебных заведениях Германии вспыхнули волнения, поскольку никто не считал возможным выполнить подобный указ. Это привело к тому, что после жестоких и обескураживающих дебатов между немецкой церковью и Святым Престолом последний бесславно ретировался, а государственный секретарь возложил ответственность за разногласия «на лицо, отвечавшее за ватиканскую прессу», то есть на Бенини. Знаменитое «повышение» злостного прелата в 1911 году явилось, скорее всего, наказанием за немецкое дело. Именно так говорили в кулуарах государственного секретариата. Но правда ли это?

Смерть Пия X в августе 1914 года подтвердила апостериори, что Бенини продолжал пользоваться расположением Святого Престола. Его лишил субсидирования новый понтифик Бенедикт XV. Бенини вынужден был уволить некоторых своих работников и самостоятельно оплачивать квартиры представительств Братства Святого Пия X. Напрасно кардинал де Лай письменно заверял о поддержке, которую Ватикан оказывал Братству, — эта поддержка была чисто формальной. Бенини, казалось, не получал больше от папы никаких дотаций. Так ли это? Двенадцать лет спустя в своих мемуарах кардинал Гаспарри задал вопрос: «Откуда же он брал столько денег?».

Август 1914-го: начало конца

Август 1914 года ознаменовал собой начало Первой мировой войны, в ходе которой каждая из воюющих сторон живо обвиняла Бенини, подозревая его в работе на своего противника. Особенно в этом преуспели немцы и французы. Такова участь всех серых кардиналов, тайных франтиреров, двойных агентов и других манипуляторов. Если честно, то поводом для подобных атак послужила приверженность Ватикана к «нейтралитету» при новом папе Бенедикте XV (см. гл. 3).

Бывший субститут делла Чиеза, Бенедикт XV достаточно знал о Бенини, чтобы держать его на расстоянии. В сентябре 1914 года он успокоил кардинала Маффи, архиепископа Пизы, встревоженного ущербом, который причинила всем борьба с модернизмом:

— Время доносов прошло!

Для Бенини наступило начало конца. Тем более что доклад французского монсеньора Миньо, архиепископа Альби, который через несколько недель лег на стол нового государственного секретаря кардинала Гаспарри, разоблачал «тайную, оккультную и безответственную власть, исполнителем которой был Бенини», «череда обвинений, критики и деморализации» которой серьезно скомпрометировала многих епископов. Карьера некоторых журналистов, депутатов, светских деятелей, богословов, преподавателей, епископов была несправедливо сломана «этими безмандатными людьми», «подозрительными» тайными агентами, занимающимися шпионажем и доносами в Париже, Вене, Брюсселе, Милане, Фрибуре, Кельне, Гане, Берлине и др. Взрывоопасный рапорт Миньо остался засекреченным до самой смерти автора в 1924 году. Однако он способствовал тайной реабилитации многих осужденных, сломленных, высланных, дезавуированных при Пии X людей.

Чем сильнее разгоралась в Европе война, тем осторожней действовал Святой Престол. Все это имело неожиданные последствия. Так, в апреле 1915 года оккупировавшие Бельгию немцы в Гане внезапно нагрянули с вооруженным обыском к адвокату Альфонсу Йонксу, директору городского представительства Correspondance Catholique и одному из основных агентов Братства Святого Пия X. Они обнаружили у него ящики с компрометирующими, частью зашифрованными документами, которые позже вывезли с собой в Германию. Не была ли эта подозрительная секретная организация шпионским агентством, работавшим против Германии? Такое подозрение подтверждения не нашло. Комендатура, разочаровавшись в изучении этих необычных документов, не представлявших никакого политического и военного интереса, передала их некому немецкому монаху, который перед смертью переправил их в Голландию в монастырь Рурмонда.

И там один любопытный священник решил показать документы аббату Фернанду Мурре, бывшему экскому адвокату, автору монументальной «Истории церкви». На изучение этих удивительных архивов у Мурре ушло несколько месяцев. В 1921 году он нашел среди них некие мемуары, которые анонимно распространил среди своего окружения. В этих мемуарах говорилось о сети, насчитывавшей в своих рядах до тысячи членов (по мнению историка Эмиля Пула, эта цифра была сильно завышенной) и протянувшей свои щупальца по всей Европе, вплоть до Северной Америки.

Все узнали, хотя и с некоторым опозданием, как далеко в своей ненависти, доносах и интеллектуальном терроризме зашли агенты Бенини. От иезуитов до доминиканцев, от окружения архиепископа Парижа до пресс-группы Ба-хема в Кельне, от либеральных французских католиков до богословов Фрибура агенты Братства скрупулезно и коварно шпионили, преследовали, разоблачали и осуждали того или другого убежденного либо не убежденного «модерниста», пока того не выгоняли из семинарии, университета или газеты. Фраза в журнальной статье, озвученное в проповеди мнение, подозрительное частое светское общение, чтение мирской литературы — все подходило для того, чтобы прослыть «внутренним врагом». Священник мог быть обвинен в модернизме, даже если он просто ездил на велосипеде, что в Братстве расценивали как «малопристойное занятие для церковнослужителей». Все с опозданием узнали и о весьма необычных методах внутренней корреспонденции Братства: секретные коды, тайные псевдонимы, различные схемы и др. Бенини был настоящим параноиком…

В итоге документ Мурре оказался в Риме, где лег на стол кардинала Гаспарри, который прочел его внимательно и не без неудовольствия. Закончив чтение, государственный секретарь лихорадочно набросился на префекта Соборной конгрегации кардинала Сбарретти:

— Займитесь этим, ваше преосвященство, и допросите Бенини!

Однако Гаспарри не желал терять ни минуты. Не дожидаясь расследований Сбарретти в отношении того, кого он публично назвал «отъявленным плутом» и «опасным человеком», он взял перо и собственноручно составил письмо Соборной конгрегации, где от имени папы приказал Бенини распустить Братство Святого Пия X с 25 декабря 1921 года.

«Грех Пия X»

Итак, дело было окончено? Напротив! Именно в этот момент скандал, связанный с Братством, стал достоянием широкой общественности и причиной всевозможных домыслов. Сначала он нашел отражение в сенсационной статье, опубликованной в La Nation belge 11 января 1922 года неким А. Вире — псевдоним бывшего сотрудника La Croix Альфонса Жанна, который вынужден был сменить имя в 1909 году из-за обвинений в модернизме. Следует признать, что в недрах Publications de la Bonne Presse, к которым принадлежала La Croix, свирепствовал отец Сальвьен, монах ордена ассумпционистов и вдохновитель L'Actualité catholique и трех других изданий, один из основных рычагов Бенини во французской прессе. Несколькими месяцами позже по указу апостольского нунция монсеньора Черетти он также был отправлен в отставку.

Этот Вире переслал свою статью Courrier de Genuve, где она и была опубликована 13 января, а 30 января ее опубликовало парижское издание L’Excelsior, а позже — крупная католическая ежедневная газета Амстердама De Tijd [18], бывший главный редактор которой аббат Герц сам пал жертвой антимодернистских выпадов десять лет назад. В итоге эту тему подхватили все европейские газеты и тут же постарались ее раздуть. Однако многие из них за неимением надежной информации с легкостью снизошли до шпионского романа, превратив документы, по выражению Эмиля Пула, в «нагромождение фабул, фантазий и домыслов».

Что же стало с Бенини? В январе 1924 года, когда выборы в Италии принесли победу Муссолини, ему было уже 62 года. Он заявил, что «освободился от прежних своих деяний» и решил идти в ногу с новой властью. Так поступает потерявшийся солдат, ищущий себе нового командира. Бенини создал новое пресс-агентство URBS и выпустил два бюллетеня: Veritas и Romana (дополнительная информация не найдена, однако, она здесь особой смысловой нагрузки и не несет), посвященные антисемитской пропаганде. Он также основал новую организацию под названием Римский союз общественной защиты, которая тайно сотрудничала с OVRA [19], «гестапо» фашистского режима. Его девиз был: «Религия, семья, родина». Это было далеко от начального социального католицизма…