Разница умолчаний (СИ) - Каляева Яна

И Роман разрешил себе ничего пока не решать. Решений ему хватало и по работе.

Лучше — Роман прикрыл глаза — поехать сегодня к Кате. От этой идеи сразу стало тепло — словно он вышел из промозглого сумрака к теплому ласковому свету.

Сноска

* «Эффект Конкорда» (ловушка невозвратных затрат) — когнитивное искажение, которое заставляет человека продолжать вкладывать деньги, время или усилия в убыточный проект, потому что на него уже потрачено слишком много ресурсов.

Эффект назван в честь сверхзвукового пассажирского лайнера «Конкорд». Во время его разработки стало очевидно, что проект не окупится, но объемы вложенных средств стали оправданием продолжения работы.

Некоторые причины возникновения эффекта Конкорда:

— Нежелание принять потери. Человеку кажется, что он не имеет права навсегда отказаться от тех ресурсов, которые он потратил;

— Страх потерять репутацию. Человек может попасть в ловушку невозвратных затрат, если боится, что потери заставят окружающих относиться к нему хуже, чем раньше;

— Излишний оптимизм. Человек может недооценивать препятствия и излишне оптимистично относиться к собственным возможностям.

Глава 16

К юристу Лера приехала на сорок минут раньше назначенного времени — с подмосковными автобусами трудно было рассчитать точно. В крохотной приемной даже кулера не нашлось, только обитая дерматином банкетка, как в районной поликлинике. Из-за двери доносился взволнованный мужской голос:

— Вы поймите! Я впервые за много лет почувствовал себя живым! Мы с женой давно приелись, притерлись, привыкли друг к другу, а тут… Лизоньке двадцать пять, это столько же, сколько я в браке! У нас с Лизой такие чувства — вулкан, ураган, цунами!

Ответы юриста звучали, как «Бу-бу-бу, бу-бу-бу».

В субботу Лера отсняла свою первую свадьбу. Как и предупреждала Тамара, это было мероприятие с густым вайбом мухосранского шика. Невеста в чересчур тесном для нее платье-торте, бухой уже к середине празднества жених, тошнотворные конкурсы от тамады, тосты как соревнование в едва завуалированной пошлости. К бросанию букета друзья жениха наклюкались так, что оттеснили визжащих подружек невесты и устроили кучу-малу. Потом пузатый дядька со свинячьими глазками зажал Леру возле туалета и попытался облапать; она вырвалась, но едва не разбила объектив.

Однако новобрачные хотели получить память о своем главном дне, начале долгой и счастливой семейной жизни — и они ее получили. На фотографиях вся эта вакханалия выглядела если не элегантной, то веселой и даже где-то милой.

Такого плана работа была немыслима для Ромкиной жены, любимой и защищенной. Но жизнь изменилась. Следовало привыкать.

Траченный молью герой-любовник занял двадцать минут из назначенного Лере времени. Когда он наконец вышел от юриста, вытирая пунцовую лысину, Лера еще немного подождала и постучалась.

— Войдите, — ответил юрист и, окинув Леру взглядом, равнодушно спросил: — Разводитесь?

— Да.

Юрист оказался не особо похож на энергичных, подтянутых адвокатов из американских сериалов. У него были мясистый нос с расширенными порами, короткая седеющая щетина и обвисшие веки, придающие взгляду апатичное выражение. Глянув в монитор, он записал на стикере время — 15:25.

— У меня консультация оплачивается по часам, — пояснил он. — Вы можете рассказать мне историю своей жизни и развернуть всю гамму своих переживаний. Так многие делают. Мне-то это на руку. А в ваших интересах все-таки сразу перейти к делу. У вас с супругом есть дети? Заявление на развод уже подали?

— Детей нет, заявления тоже нет, — вздохнула Лера. — Мне… муж изменил. Но это не имеет значения, да?

— Для раздела имущества — ни малейшего, — лениво подтвердил юрист. — Мы не в Америке, прочувствованных речей в суде никто не произносит, только бумажками обмениваются. Раз нет детей, то ничей моральный облик суд не волнует, только имущество. Квартиры, земельные участки? Машины? Банковские счета?

— Счета есть, но я не знаю, в каких банках и сколько там, муж сам этим занимается… занимался. Из существенного только квартира — трешка в новостройке бизнес-класса, ипотека погашена. Есть еще доля в даче и в подмосковной квартире, но это мне от папы в наследство досталось, оно же не делится, так?

— Верно, наследство при разводе не делится. Значит, трешка в бизнес-классе… Документы принесли?

Лера достала из сумочки файлик.

— Понимаете, Ромка… муж мой… бывший… уже почти бывший… он свое наследство в первоначальный взнос вложил. У него дедушка в Челябинске умер, а отец квартиру продал и между своими детьми деньги разделил, вот нам… Ромке то есть… два миллиона на карту пришло.

— Ваш супруг со своим отцом договор целевого дарения заключал?

— Ч-чего?

Юрист вздохнул:

— По какой процедуре вы переводили деньги на первоначальный взнос в ипотеку?

Лера покопалась в памяти. Да, деньги у них тогда лежали на счету в одном банке, а ипотеку они брали в другом, там процент был ниже. Чтобы не платить комиссию, сняли в первом банке наличность, сложили в сумку и отнесли в отделение второго банка — до него было два квартала. Смеялись еще, что они как Бонни и Клайд… Сколько же они тогда смеялись.

Не важно, не отвлекаемся.

Юрист выслушал и кивнул:

— Если договор целевого дарения не оформлялся и на ипотечный счет были зачислены наличные средства, вашему супругу будет трудно доказать происхождение этих денег. Можно, конечно, оформить дарение задним числом…

— В смысле?

Юрист усмехнулся:

— Мол, деньги на покупку квартиры мама подарила, так что разделу она не подлежит… Самое большое количество поддельных договоров дарения денег — это как раз при разделе имущества. В бизнесе поддельные бумажки встречаются реже, честное слово.

— Ромка так делать не будет.

— Поживем — увидим, — философски пожал плечами юрист. — Ну что, начинаем формировать исковое заявление на раздел имущества? Будем судиться за половину рыночной стоимости московской квартиры и половину денежных средств.

— У меня денег практически нет. А сколько их у мужа и где они хранятся, я не знаю.

— Направим в суд ходатайство о запросе у банков информации о движении денежных средств. Это отработанная процедура.

Лера молча теребила в руках файл из-под документов. Юрист покосился на часы и сказал:

— Вам необязательно принимать решение прямо сейчас. Но я бы не рекомендовал терять время. Есть разные способы вывести имущество из-под раздела. Большинство из них можно оспорить в суде, но это существенно затянет процесс. Разве вы не хотите поскорее разделаться с этой историей?

— Не знаю, — проблеяла Лера. — Как-то это… неправильно. Это же на самом деле Ромкина квартира и Ромкины деньги, он заработал это все.

— Знаете, чего я вам скажу, — юрист заглянул Лерины документы. — Валерия Витальевна. Я тут сижу и почти каждую неделю наблюдаю, как некогда любившие друг друга люди ржавой пилой пилят нажитое для счастливой жизни добро. С энтузиазмом размахивая в процессе грязным бельем. Один клиент, к примеру, всерьез требовал присудить ему колеса от старой «Тойоты» бывшей супруги. А другая дачные мусорные баки в исковое включила. И это у вас еще детей нет… В том месяце один деятель заявился к бывшей жене на работу и поставил руководству условие: или жена отказывается от взыскания алиментов, или он задолбает контору проверками. Женщины, впрочем, ничем не лучше, тоже любят детьми шантажировать… Сволочизм от пола не зависит потому что.

Видимо, этот пыльный дядька в глубине души все-таки мечтал о прочувствованных речах, и раз уж они не были нужны в суде, произносил их здесь, в кабинете. В оплачиваемое клиентами время, между прочим.

— А я еще блог про все эти дела веду, сейчас без самопродвижения никуда… Так там сотни комментов под каждым постом: фуфуфу, изменщики, хапуги, обнаглевшие мужики, меркантильные бабы — мы-то, мол, не такие, мы никогда… А я все думаю: если вы поголовно такие красивые стоите в белых пальто — почему у меня столько работы? Давайте возбуждать производство, Валерия Витальевна. Будьте уверены, любой бы так поступил на вашем месте. Это на словах все нравственные и бескорыстные, а на деле от законной возможности что-то урвать не отказывается никто.