Год 1994-й. Крах Гегемона
Часть 113
31 января 1992 года, 12 :05 мск. Околоземное космическое пространство , линкор планетарного подавления «Неумолимый», императорские апартаменты
Капитан Серегин Сергей Сергеевич, великий князь Артанский, император Четвертой Галактической Империи
Канал в следующий мир разблокировался ровно в тот момент, когда Джордж Буш-старший поставил подпись под Актом о Капитуляции и принес мне Вассальную Присягу. Видимо, мой Патрон считает, что оставшуюся работу по устранению недоделок и остаточных явлений вполне возможно проделать параллельно с деятельностью в новом мире. Не желая терять даром ни секунды, наша Магическая Пятерка раскрыла просмотровое окно, и Луций Спурий смог получить через него сигналы точного времени: ноль часов, пять минут семнадцатого октября тысяча девятьсот девяносто четвертого года. Воистину это полночь человечества, когда без нашего появления в окутавшей мир мгле не имеется ни одного просвета, будущее неопределенно до полного его отсутствия, а прошлое стирается и затуманивается потоками лживой депрессивной демобилизующей и деморализующей пропаганды.
Люди, нуждающиеся в моей помощи, имеются в этом мире в достаточном количестве, а также там присутствует немало таких деятелей, кого я по должности Божьего Бича обязан убить и захоронить в безымянных могилах. Давосскими миазмами от этого мира даже через просмотровое окно несет, как от трупа, неделю пролежавшего на жаре. И в то же время совершенно непонятно, как подходить к выполнению этой задачи. Девяностые уже в разгаре. Власть Ельцина и его прихвостней, укрепившаяся после разгона Верховного Совета, необычайно сильна. Просоветская оппозиция его правлению разгромлена, унижена и проходит у местных либеральных властителей дум под лейблом «красно-коричневые», а деятели новой государственнической формации, впоследствии ставшие опорой президенту Путину, еще не сформировались и не осознали себя как явление.
Чтобы в России естественным путем образовались силы, которые вытащат ее из либеральной трясины, страна должна пройти через Первую Чеченскую войну, Хасавюртовские соглашения, дефолт, нападение банд Басаева на Дагестан, означавшее начало Второй Чеченской войны, и взрывы домов в Москве и Волгодонске. Но таких событий в этом мире еще не было, и допускать их повторения я не собираюсь. Разъяренная сущность Божьего Бича требует от меня снести до основания ветхую лачугу, построенную Ельциным на зыбком либеральном болоте, осушить хляби, вбить в грунт бетонные сваи, и уже на них возводить тысячелетнее здание новой русской государственности. И в то же время Защитник Земли Русской внутри меня говорит, что такая деятельность может обойтись великому русскому народу даже дороже естественного хода событий. Когда рубят лес, неизбежно летят кровавые щепки, а вместе с грязной водой нечаянно можно выплеснуть множество младенцев.
Да и вообще, меня прислали в тот мир, чтобы остановить его сползание к инферно и зарубцевать язвы, а не затем, чтобы я до небес разжег в нем пламя Смуты. В девяносто первом году, когда Беня Цин формально был одним из многих республиканских вождей, свалить его на основании сговора в Вискулях можно было безо всяких проблем и последствий. Умом страна жила еще в советские времена, а потому переворот, который сохранил национальное единство и привел к власти Второе Временное Правительство, народ, в самом широком смысле этого слова, воспринял как исполнение своих самых затаенных желаний.
В девяносто четвертом году все уже по-другому, и я это знаю совершенно достоверно по информации, собранной в искусственных мирах двадцать первого века. Советский Союз тут уже забыт окончательно и бесповоротно, история Беловежского сговора в умах людей стала преданием седой старины, а господин Ельцин на посту президента по факту олицетворяет Россию, какая она есть, в соответствии с конституцией, принятой на референдуме. Одно дело — живой человек со своими достоинствами (которых очень мало) и недостатками (коих превеликое множество) и совсем другое — президент как символ российской государственности. Выбей эту скрепу — и все осыплется прахом, как это случилось в семнадцатом году после свержения династии Романовых. При этом созванная год назад первая Государственная Дума обладает только частичной легитимностью и никакой работоспособностью, потому что созвана на два, а не четыре года, и к тому же является результатом политического давления со стороны президентской власти, а не свободного выбора народа. Во-первых, предвыборная кампания (по сути, формирование новой политической системы) проходила в самые сжатые сроки сразу после силового разгона Верховного Совета. Во-вторых, самые антиельцинские и антиреформаторские силы (Фронт национального спасения, Русское национальное единство, Российская коммунистическая рабочая партия, Союз офицеров и иные левые и радикальные движения) от политического процесса были отстранены. В-третьих, оппозиционные средства массовой информации находились под прямым запретом или давлением Минпечати — в частности, был заблокирован выпуск трех крупнейших левых газет: «День», «Правда» и «Советская Россия». В-четвертых, избирательная кампания велась в условиях чрезвычайного положения и ограничения массовых демонстраций и собраний. И все это гопа либеральных демократов и демократических либералов, а также их западные покровители назвали самыми честными и справедливыми выборами в России. Однако, несмотря на все усилия младореформаторов, первая Дума получилась оппозиционной и неработоспособной, потому что сколько в ней было политических сил, столько и мнений, а четверть мест заняли политические одноклеточные, именуемые независимыми одномандатниками. Опираться на такое рыхлое, и в то же время липкое образование можно с тем же успехом, что и на кучу навоза. Устоять на ногах при малейшем толчке не получится, но перемазаться можно с ног до головы.
Что именно нужно делать в такой непростой обстановке, которую по степени деградации можно сравнить только с временами Смуты (даже в восемнадцатом году было проще), я решу в ходе Большого Совета, собирать который требуется немедленно. Думаю, что мой Патрон не зря изо всех сил поторапливал меня с началом новой кампании: возможно, в самом ближайшем будущем в России или мире произойдет некое событие, о котором я просто не помню (а потому не могу спросить), после чего выполнение моей задачи невероятно усложнится.
«Т-с-с-с, Серегин, — сказала энергооболочка, — одно такое событие и в самом деле должно произойти уже очень скоро. Семнадцатого октября в двенадцать часов пятьдесят пять минут на своем рабочем месте в редакции газеты „Московский комсомолец“ в результате срабатывания мины-ловушки, установленной в кейсе с якобы компрометирующими документами, был взорван журналист-расследователь и военный корреспондент Дмитрий Юрьевич Холодов, тысяча девятьсот шестьдесят седьмого года рождения, беспартийный, холостой, образование высшее инженерное, срочную службу нес в морской пехоте. Впрочем, об этом случае я тебе уже рассказывала недели три назад. Гражданин Холодов писал о современной ему российской армии, при этом он побывал во многих горячих точках: в Абхазии (где стал свидетелем массовых убийств грузин абхазами), в Чечне, Азербайджане, на таджикско-афганской границе. Еще он был известен своими публикациями о коррупции в российской армии. В своих материалах неоднократно подвергал критике министра обороны Павла Грачёва, обвиняя в причастности к коррупционному скандалу в Западной группе войск. Кстати, именно на основании его материалов ты смог вывести на чистую воду и до конца раскрутить гражданина Бурлакова. Еще он обвинял некоторых сотрудников ГРУ, ушедших в отставку, в подготовке наёмных убийц для организованных преступных группировок и сепаратистских движений, что тоже является святой истинной правдой, записанной на скрижалях судьбы. Очевидно, в ходе своих расследований он вот-вот должен был выйти на самых набольших людей в тогдашней России, ибо все эти мерзости творились с их ведома и по поручению, за что его и убрали».
