Не желая связываться с медлительным и неэффективным американским правосудием, Эдвард Гюллинг лично участвовал в допросах пленных и очень быстро всплыло имя заказчика этой акции — Джон Пирпонт Морган. И сразу после этого в Гельсингфорс были посланы шифрованные телеграммы. А чуть позже и самого Динни Михана отправили в княжество.
На нашу торговлю продовольствием с Францией и Великобританией Морган положил свой глаз ещё в прошлом году. Даже пытался выкупить у нас заключенные контракты на урожаи прошлого и этого года, предложив три миллиона долларов отступных. Из-за чего и был послан лесом в сторону «Вулдворд-билдинг» — самого высокого здания в мире на тот момент. Наша компания зарабатывала эти три миллиона на торговле продовольствием в месяц, только с Францией. Еще столько же приносили поставки зерна, мяса, рыбы и консервов в Англию с Ирландией.
После этого Морган попытался перекупить контракты у наших региональных поставщиков. И кое-где это ему удалось. Но вовремя поданные иски в суды и поддержка проплаченных конгрессменов, позволили нам вернуть часть контрактов, а остальные заблокировать на время судебного разбирательства. А теперь, и это нападение. Морган, явно рассчитывал уничтожить нашу базу и тем самым вывести нас из игры.
Поэтому, на экстренном совещании в узком кругу своих друзей и соратников, было принято решение об устранении проблемы путём уничтожения Джона Моргана и его наследника. Благо, что у Артура Усениуса уже была готова группа боевиков для работы в США. Но вот итальянского банкира в том списке, утверждённых нами целей — не было. Вот парням и стало интересно, а почему нам это выгодно.
— Выгодно по одной причине, — усмехнувшись, начал объяснять Артур. — Всю вину за покушение власти города свалили на итальянскую преступность. Какой-то умник в полицейском управлении Нью-Йорка сделал вывод, что покушались не на Морганов, а на владельца «Bank of Italy» Амадео Джаннини. В прошлом году одна итальянская банда пристрелила главаря другой банды. Так называемого «Короля маленькой Италии» в Нью-Йорке, Джозу Галлуччи. После тщательного допроса доставленного в Гельсингфорс Динни Михана, нам стало известно, что Галлуччи отмывал преступные деньги в банке у Амадео Джаннини. А после того как мы проредили состав ирландской банды «Белая рука», вялотекущая война между итальянскими бандами прекратилась. И они нацелились на территорию, которую раньше контролировали ирландцы. Кроме того, по сведениям нашей агентуры, глава сицилийской каморры Энрико Альфано попытался договориться с Джаннини о хранении денег банд в его банке. Но тот отказал. После чего последнему подкинули отрезанную лошадиную голову. Что у итальянских преступников означает — смертный приговор. Вот все теперь и думают, что Морганы — это случайная жертва. К тому же, наши боевики оставили на месте своё оружие. А это итальянские винтовки. Что ещё сильнее указывает на итальянцев. В Нью-Йорке полиция уже проводит аресты всех, кто по их мнению может быть причастен к покушению.
— Боже! Артур! Как ты запоминаешь эти чудовищные имена, фамилии и названия? — воскликнул Микка, как только Усениус закончил рассказ.
— Да как-то оно само получается, — пожал плечами наш безопасник. — Но нас сейчас не итальянцы с американскими делами должны волновать, а готовившееся покушение на Матти.
— О! — выдавил из себя Микка.
— И кто на этот раз? — ехидно спросил Эдвард. — Опять кто-то из недовольных парламентариев?
— Мне тоже интересно. Не тяни, рассказывай, — кивнул я Артуру Усениусу.
Глава 5
Июнь 1916 года. Город Туусула, Нюландская губерния.
— И кто из них кто? — спросил я у Артура, рассматривая через односторонние зеркала группу людей, которые готовили на меня покушение.
— Видишь, твоя идея с односторонним зеркалом — вполне рабочая, — вместо ответа на заданный вопрос похвастался мой безопасник. — Только совсем недавно установили. Зато теперь мы можем наблюдать за всеми заключенными сразу.
В прошлом году Артур по моему указанию перенёс основную базу нашей секретной службы из Гельсингфорса в пригород. В небольшой городок Туусула который ещё десять лет назад был селом. Двадцать пять вёрст расстояния в нынешнее время было не таким и великим, зато полностью снимался вопрос с безопасностью тренировок личного состава и содержанием потенциальных заключенных.
Новое десятиэтажное здание официально значилось как управление транспортной компании. И имело пять надземных и пять подземных этажей. А запущенная в эксплуатацию гидроэлектростанция на реке Туусуланьйоки, на месте бывшей лесопилки, полностью обеспечила энергией не только ведомство Усениуса, но и теплицы местного пионерского отряда.
Посещая достроенную базу безопасников, я и обратил внимание Артура на то, что неплохо было бы использовать «зеркала Гезелла» в качестве контроля за обитателями камер. И хотя на тот момент таковых и не было, Усениус серьёзно отнесся к моему совету.
Североамериканский психолог Арнольд Гезелл, ещё в 1903 году получил патент на подобные зеркала, которые стали применять в заокеанских психиатрических лечебницах. Но действие его патента истекло год назад, а продлевать его, изобретатель не стал. Я же обратил внимание на эти зеркала в первую очередь, как на возможность создать солнцезащитные очки для наших пилотов. И в этом году на оптической фабрике в Николайштадте уже выпустили первую опытную партию зеркальных очков. Которые привели авиаторов в полный восторг.
— Так всё-таки, кто из них кто? — ещё раз напомнил я свой вопрос Артуру, разглядывая через три односторонних зеркальных окошка троих человек, которые находились в своих камерах.
Один из них в этот момент корчил мне, а вернее зеркалу, рожи, рассматривая свои, не очень здоровые и чистые зубы. Ещё один лежал на откидных нарах и, кажется, спал. А третий сидел на нарах и читал газету.
Когда Усениус упомянул о готовившемся на меня покушении, мы все засыпали его вопросами. На которые он ограничился предварительным отчётом, заявив, что пока были задержаны и допрошены не все участники. И предложил поехать вместе с ним, чтобы поприсутствовать на допросах. От чего Микка и Эдвард сразу отказались, сославшись на массу важных дел. Пришлось мне составлять компанию Артуру Усениусу, хотя дел у меня было никак не меньше чем у друзей.
А по дороге в Туусулу Артур ввел меня в курс дела. Как оказалось, он не хотел раскрывать все подробности готовившегося на меня покушения при парнях. И был полностью уверен, что они откажутся участвовать в допросах.
— Там всё не так просто, как кажется. Сообщение о подготовке покушения на тебя мои люди получили непосредственно от некоего Якова Фюрстенберга. Этот господин заявился в отделение нашей охранной компании в Копенгагене и попросил передать письмо на моё имя. В котором и говорилось про предстоящую акцию против тебя.
— Один из твоих осведомителей? Или просто доброжелатель?
— Нет. Мы проверили это человека. И он оказался… Ты не поверишь! Главой скандинавского бюро РСДРП.
— Ничего себе. Это он, что, своих сдал? — искренне удивился я.
— Именно так. И не просто сдал. А сделал это в попытке спасти свою компанию, доходы от которой финансируют их партию как в империи, так и вне её.
— Это что же за дело такое? Подожди, подожди. Если спасти, то мы, выходит, тоже причастны к деятельности этой компании?
— Умеешь ты суть сразу уловить! — заулыбался Артур. — Этот Фюрстенберг в документах охранки проходил как Яков Ганецкий. Кстати, один из организаторов покушения получил документы именно на эту фамилию. Видимо, рассчитывал создать неприятности для своего руководителя.
