Начать сначала. Трилогия (СИ) - Свадьбин Виталий

Во вторник, первого июля, к Юрику с утра заскочил Мишка Егоров. Юра ещё спал, но своего недовольства высказывать не стал, из‑за того, что его разбудили.

– Привет, Миха. Как в Москву слетал, с толком? – спросил Юра, зевая и заваривая чай, чтобы взбодриться.

– Нормально слетал. Два десятка «пластов» привёз, много нового, – ответил Мишка.

– Я аппарат добыл, как обещал, – похвалился Юрий, указывая на музыкальный центр.

– Отлично, не забывай, что с «винила» пишешь копию, а уже с неё остальные записи. До меня пробежимся, я тебе с десяток «пластов» отдам. Сначала пиши то, что будут хорошо брать в поездах.

– «Хеви‑метал» привёз? Может для «Кузнеца» что‑то записать, если есть новые концерты, он точно возьмёт? – спросил Юрий.

– Не стоит с ним пока крутиться, выгодней для поездов писать. Сегодня ты встречаешь поезд, как я понимаю?

– Ага. С Рашидом вечером сгоняем в «отстойник» поездов, там и порешаем все вопросы. Я пятьдесят кассет накрутил, музыка твоей сестры, – сообщил Юра.

– Не торопись отдавать, если кассеты не все проданы, с прошлой партии. Да, с зарубежной эстрадой надо подойти более конкретно. Нужна обложка на кассеты, а не просто надпись фломастером.

– У меня фотоаппарат есть, можно цветные фотки сделать, конверты от пластов сфотографируем, – предложил Карпенко.

– А ещё можно обратиться к Ленке Суховой, она за три червонца сделает нормальную обложку, плюс фотки с конвертов, – подсказал Мишка.

Юра согласился. Оделся вытащил свою «вешнёвку» из‑под лестницы. Они с Мишкой проехали к Егоровым домой, где Миха отдал десять «пластов» зарубежной музыки. Вечером, уже с Рашидом, Карпенко съездил к поезду. Парамонова продала все кассеты, передала пакет с деньгами, получилось очень хорошо. От четырёх тысяч Рашид вообще глаза вылупил, но расстроился тому, что нужно как‑то придумать, чтобы легализовать деньги перед отцом.

– Что‑то из зарубежной эстрады приготовили, есть чем нас порадовать? – спросила бригадир поезда Парамонова.

– Через неделю будет, пластинки только вчера подвезли. Но все концерты новые, у нас таких в городе нет. Мы ещё над обложкой для кассет подумаем, чтобы выглядело солидней, – ответил Юра, передавая пятьдесят следующих кассет.

– Вы и для этих сделайте обложку, действительно будет посолидней. Ладно договорились, до встречи, мальчики, – улыбнулась Парамонова, и они распрощались.

Друзья решили сразу заехать к Мишке Егорову, чтобы отдать деньги и поговорить о делах. Миха был дома, они прошли в его комнату.

– Миш, ты на сколько времени уезжаешь? – спросил Рашид, когда они устроились у Егорова в комнате.

– На месяц. Парни кассеты у вас есть пока. Во второй половине июля будет контейнер. Привезут нам японские кассеты, сразу говорю, что не знаю какие. Надо готовить деньги, вы свои тоже постарайтесь в кучу собрать. Кассет будет много, я один выкупить не смогу. Тем более заказал аппаратуру. Привезут музыкальный центр и два‑три магнитофона. Сестре нужно для работы, вот и стараюсь, – сообщил Михаил.

– А мне музыкальный центр можешь заказать, я бы взял? – спросил Юра.

– Я бы тоже взял кассетник, например, как у Юрки, – подал заявку Рашид.

– Хорошо, я позвоню и закажу. Доставку сделают через мою тётку, но моя мама будет знать. С ней же вы и расчёт будете проводить. Да, кассет много, не знаю сколько тысяч получится, но точно дешевле, чем мы сейчас берём. Отгрузим их в наш гараж, я с отцом договорюсь. Парни, я серьёзно, деньги приберегите, чтобы зарабатывать, надо порой вкладываться. Я улетаю завтра, но смогу звонить домой. Если что надо от меня, передайте через Катю, – оставил инструкции Егоров.

Друзья посидели ещё немного, затем покинули квартиру Егоровых. У каждого в кармане лежала тысяча рублей, купюрами по десять рублей, что очень даже радовало обоих.

Добравшись домой, Рашид сходил в сарай и спрятал деньги в тайник, который он оборудовал под поленницей дров. Их каркасные дома по‑прежнему топились печами, а горячей воды и в помине не предвидится. А вот Юра не знал куда спрятать деньги. Отец узнает, начнёт выпрашивать на водку. Получку‑то у него мать забирает, оставляя на пропой совсем немного. Порой Юра думал, что не будь отец водителем, что сдерживает его от пьянки, то точно бы спился. Под лестницей на второй этаж барака, где Юрик ставил мотоцикл, в нише стоял ларь под картошку. Юрик решил, что отодвинет ларь, выпилит половую доску, там сделает тайник. Если никто не увидит, то сроду не догадаются, что Карпенко там прячет деньги. В этот же вечер, как приехали от Егорова, а Рашид уехал домой, Юра вышел во двор, прогуляться и проветриться. Дворовые девчонки играли в волейбол. Костик Лугаев, как обычно, сидел на лавочке и страдал по девичьим телам. Хотя был старше Юрки на год, но до сих пор не пробовал с девочками близости.

– Страдаешь? Так и подохнешь девственником. Но ничего, когда подрастёшь и решишь жениться, приглашай меня, я научу тебя, как развеселить невесту, даже покажу, – грубо пошутил Карпенко и присел на лавочку рядом с Костяном.

– Да пошёл ты. Сам только языком болтаешь, а ни с кем не дружишь из девчонок. А с тобой точно хотят ходить, сам слышал, как наши девки болтали, – отмахнулся Костик, не обижаясь на «хохла».

– А куда мне с ними ходить? Что, они собачки, чтобы их выгуливать? Да и дружить рано. Я можно сказать, только жить начинаю, познавать сладкие моменты природы. Тем более, на сборищах рокеров, всегда хватает доступных девок, – чуток приврал Юрик, так как сам, с девчонками у «Космоса», пока дел не имел, но зато много слышал от других рокеров.

– Я сколько с тобой просился, но ты ведь не берёшь, – обидчиво произнёс Костян.

– Ты, Костик, странный. Ну привезу я тебя туда, склею девчонку, повезу кататься. А ты что, рядом побежишь? Вообще‑то у тебя велосипед есть. Приезжай туда на велике, может какую доступную девочку покатаешь на раме, своего железного и педального коня, – заржал Юрик.

Как ни странно, Костик не обиделся. Он вообще был парень неконфликтный и незлобный. А на Юрку вообще обижаться бесполезно, если только в морду дать. Трусом Костя не был, но и драться не любил.

– Сегодня Саня Волков приезжал на своей «Хонде», про вас с Рашидом спрашивал, – озвучил новость Костя.

– Ну и где он, чего ждать не стал? – спросил Юрка.

– Ленка Першина уговорила его скататься на озеро Балтым, примерно полчаса назад укатили.

– Першина? Странно, что она внимание на него обратила, она ведь старше нас на два года, десять классов закончила, – удивился Карпенко.

– Да не на Саню она внимание обратила, а на его «Хонду», – произнёс Костик и сплюнул, доставая сигареты, чтобы покурить.

Девчонки закончили партию в волейбол и сели на лавочки отдохнуть. Здесь же была Лена Сухова. Юрик сразу вспомнил, о чём говорили с Михой, чтобы делать обложку на кассету. Юрка достал сигарету, но прикуривать не стал, дворовые девчонки не любили, когда рядом с ними курят. Карпенко убрал сигарету в пачку и подсел к Суховой.

– Лен, ты же хорошо рисуешь? Так мне Миха Егоров сказал, хвалил тебя.

– Допустим, а чего надо? – спросила Лена, повернувшись к Юрке лицом.

– Вставки к компактным кассетам нарисовать, название группы и всё такое. Можно с конверта перерисовать, конверты фирменные, я покажу, – объяснил Юра.

Карпенко нравился девчонкам, так как был парнем привлекательным, к тому же весёлым. Лена Сухова не исключение во дворе, кто хотел бы встречаться с Карпенко. Юрка сходил домой, вынес конверт от пластинки и кассету, показал размеры вставки в кассету.

– С одной стороны фото с конверта, а с другой красиво написать название альбома и группы, естественно на английском языке, – объяснил Юрик, что он хочет.

– У папы хороший фотоаппарат. Увеличитель, делать фотографии, у нас тоже есть. На другой стороне могу готическим шрифтом надпись сделать, в виде рисунка получится, – соглашалась Лена.

– Готов платить за каждую штуку пять копеек, а мне надо сотнями, – предложил Юра, хотя сам понимал, что предлагает мало.