По дороге он обратился к будущему «Железному Шурику»:
- Мало принять правильные решения на Совещании по итогам Финской войны… Нужно ещё проследить за их выполнением. Вы согласны, товарищ Шелепин войти в Комиссию по контролю над выполнением постановлений Совещания?
Тот было опешив:
- Товарищ Сталин! Я учусь на последнем курсе исторического факультета…
Крепко сжав его локоток, Иосиф Виссарионович улыбнулся:
- Ничего страшного! Я тоже в своё время не закончил семинарии.
Шелепин правильно поняв довольно призрачный намёк, ответил - как выдохнул перед прыжком в ледяную прорубь:
- Согласен, товарищ Сталин.
- Тогда уже прямо сейчас начинайте присматриваться к товарищам комсомольцам, участвующих в этом… Хм, гкхм… Мероприятии! Собирайте себе команду, одним словом. Ну а мы с товарищем Берией, поможем если что словом и делом… Поможем товарищу Шелепину и его комсомольцам, товарищ Берия?
- Что, а? …Конечно поможем, товарищ Сталин.
Через полчаса или даже раньше они вышли на Красную площадь, на которой уже были выстроены полки «Отдельной мотострелковой дивизии особого назначения (ОМСДОН) имени Ф. Э. Дзержинского» войск НКВД.
Завидев «процессию», к ним подбежал комдив Артемьев с хорошо заметными следами бессонной ночи на лице.
Косясь на Берию, он доложил Вождю:
- Товарищ Сталин! Ваше задание выполнено: Штаб Московского военного округа занят, маршал Будённый и Командир Пролетарской стрелковой дивизии комбриг Биричев задержаны, Кремль оцеплен под предлогом репетиции Первомайского парада. Исполняющий обязанности командующего войсками Московского военного округа и коменданта Москвы…
Сталин закончив за бывшего комдива, перескочившего одну ступеньку в воинской иерархии28:
- …Командарм 2-го ранга Артемьев!
Окинув взором строй войск, Сталин приложил руку к козырьку фуражки:
- Продолжайте «демонстрацию», а мы с товарищами в Кремль.
Зайдя всей толпой на территорию Кремля через уже контролирующийся бойцами Власика Никольские ворота, они встретили возле Арсенала растерянного Коменданта Кремля - комбрига НКВД Николая Кирилловича Спиридонова с большой группой вооружённых бойцов и командиров Полка особого назначения.
Сталин подойдя к нему почти вплотную, первым протянул руку:
- Здравствуйте, товарищ Спиридонов!
Тот, осторожно пожав сталинскую руку:
- Здравствуйте, товарищ Сталин.
- Наверное, Вы хотите спросить у меня и у товарища Берия «Что происходит»…?
И не дав открыть рот, сам ответил:
- …Заверяю Вас, что ничего не происходит такого, что требует нахождения здесь ваших людей. Дайте команду разойтись.
Тот было заменживался, но Берия грозно прикрикнул:
- Вам что, товарищ Спиридонов? Одного устного приказа товарища Сталина мало? Письменное распоряжение требуется?!
Тот тут же «взял под козырёк» и, громогласно рявкнул на своих подопечных:
- Разойдись! Командирам подразделений увести личный состав в места расположения.
Вытерев платком выступивший холодный пот на лбу, Сталин:
- Товарищ Шелепин! Подежурьте пока здесь, а мы с товарищем Берия сходим побеседуем по душам с товарищами из Политбюро. Товарищ Власик, Вы тоже с нами.
Нащупав пистолет Коровина в кармане, он подумал:
«Мало ли, что – соратнички тоже не с пустыми карманами ходят».
Главный охранник мельком глянув на окна корпуса, спросил хриплым от волнения голосом:
- «Прикреплённых» с собой брать?
В отличии он него, Сталин был само спокойствие:
- Возьмите парочку на всякий случай.
Поднявшись на третий этаж, пройдя через приёмную и секретарскую с невозмутимым Поскребышевым во главе, он поинтересовался:
- Все в сборе?
- Все здесь, товарищ Сталин, кроме товарища Микояна. Он звонил и передал, что пока занят в Наркомате. Если что-то срочно, просил перезвонить – он немедленно приедет.
Почти с восхищением подумав про Наркома внешней торговли СССР:
«Вот это «чуйка» – словами потомков! Недаром те про него говорить будут: «от Ильича до Ильича – без инфаркта и паралича».
Он буркнул с одобрением:
- Но хоть кто-то в этой стране кроме нас с Вами, работает… Пусть трудится, вызывать не надо.
Затем:
- Товарищ Власик! Располагайтесь с бойцами пока здесь, если понадобится – позову.
***
Соратники по Политбюро вовсю пользовались кабинетом Сталина в его отсутствие для решения каких-либо, не терпящих отлагательства вопросов. К примеру в 1933-м году, когда он отдыхал на юге, они собирались здесь двадцать один раз. В таких случаях вёл заседание и принимал посетителей обычно Лазарь Каганович, хотя Вячеслав Молотов все же имел более высокий статус.
В этот раз всё было не так, как всегда.
Столпившиеся у окна соратники так были увлечены происходящим снаружи, что не заметили их прихода. Усевшись на привычное место за столом, дав знак Берии, располагаться по правую руку, Вождь подождал немного и облокотившись на поставленную на стол руку, задумчиво произнёс:
- Вы ещё не видели, товарищи, что на улицах Москвы творится…
Когда все обернулись на его голос, «слегка» нагнал жути:
- …Прям хоть сейчас переодевайся бабой подобно Керенскому и беги куда-нибудь в Мексику.
У них вырвалось хором:
- Коба, что происходит?!
Показал жестом:
- Садитесь, в ногах правды нет.
Затем, он жёстко:
- Происходит то, товарищи, что обычно бывает - когда правительство страны заводит её внутреннюю и внешнюю политику в тупик. Народные волнения, за которыми должна последовать отставка правительства.
Они изумлённо переглянулись и самый брутальный из всех – Вячеслав Молотов, по сути являющейся главой Советского правительства - слегка заикаясь (это врождённое, а вовсе не со страху), спросил:
- Ты это про что только что?
Сталин кулаком по столу и уставившись на совмещающего должность главы правительства (Председателя Совнаркома) и руководителя внешнеполитического ведомства (Наркомат иностранных дел) своими несколько жёлтыми, тигриными глазами, зарычал:
- И он ещё спрашивает! Третья пятилетка буксует и вряд ли будет выполнена в срок, на международной арене мы в изоляции.
Переведя взгляд на Наркома обороны СССР маршала Ворошилова:
- Красная Армия фактически не выполнила поставленной перед ней задачи, а стало быть как бы мы с вами не хорохорились – война с Финляндией позорно проиграна.
Показывая пальцем за окно:
- И теперь у нас налицо народные волнения и военный заговор, прямо как у царя Николая в феврале семнадцатого года.
Члены Политбюро так и ахнули:
- Ты это серьёзно?
Сталин кивнув на Берию:
- Он не даст соврать.
Лаврентий Павлович кашлянул, снял с переносицы свои круглые – знаменитые в будущем очки, протёр их носовым платком и вновь водрузив на нос, утверждающе кивнул:
- Положение серьёзное, товарищи. Очень серьёзное!
Несколько похолодев внутренне, Вождь мысленно ахнул:
«Он ещё не мой! Стоит двум-трём соратникам проявить твёрдость и он… И тогда всё пропало!».
Поняв, что с главы «кровавой гэбни» - словами потомков, не выдавишь больше ни слова и, придётся «работать» самому Сталин процитировал Учителя и Основателя:
- На лицо революционная ситуация, когда «верхи не могут, а низы не хотят».
После гнетущего молчания, тот же Молотов первым:
- Мы выполняли твои решения, Коба!
Сталин зло прищурился:
- А в соответствии с чьей информацией я принимал решения? Вы ж меня по сути изолировали от информации об обстановке в стране и мире! Вы ж мне навязывали своё видение ситуации!
И затем, как будто гвозди в черепа молотком вбивая:
- Кто меня убеждал, что в Финляндии, Красную Армию встретят хлебом солью? Кто утверждал, что Красная Армия будет в Хельсинки через три дня? Кто говорил, что империалисты нам спустят с рук попытку её захвата и советизации?
