Барышня-кухарка для слепого князя (СИ) - Семина Дия

— Надо же, кажется, я начинаю понимать, почему это мой сын игнорирует требования вернутся в столицу.

— О, госпожа, я к этому не имею ни малейшего отношения. Попала сюда случайно вчера. Вам ужин подать в комнату или в столовую?

— Распорядись подать в столовую на втором этаже, я хоть и устала, но хочу ужинать в компании моего любимого сына.

Мы уже поднялись, за мной идут две камеристки княгини, и с большим отставанием Нинель, уж не знаю её чина, да мне и всё равно, кем бы она ни была по чину, по сути, она хамка. Очень странно, почему её терпит княгиня. Эти вопросы меня уже не волнуют. Останавливаемся около комнаты, в хозяйском крыле, и я пытаюсь улизнуть. Чтобы не нагнетать лишнюю нервозность. У нас и без того весь день сплошные скандалы.

— Матушка!

Вдруг слышим приятный, ласковый голос князя, даже не думала, что у него есть такие интонации. Он идёт по коридору, намеренно громко постукивая длинной тростью по стенам, лишний раз напоминая о своём недуге.

Хитрости в князе не меньше, чем ума.

— Ах, дорогой мой! Вы, как я посмотрю, здесь не скучаете, проводите время в приятной компании! Обнимите меня, три месяца разлуки, как три года!

Я уже ретировалась за служанок, отступила и позволила Нинель пройти, не задев меня. Она переключилась на свою слепую жертву, расплылась, как сливочное масло по сковороде, и пролепетала с придыханием:

— Ваше Сиятельство! Как я рада…

— Графиня? Что вас привело в мою скромную обитель? К чему такие немыслимые жертвы, оставить столицу в такое насыщенное событиями время? Однако благодарю за компанию матушке. Дорога была не слишком утомительной?

Пользуясь полумраком второго этажа, осторожно спускаюсь по ступеням на кухню. Какие бы они ни были, но ужин сделать надо. Слышу, что кто-то крадётся за мой.

— Арина? Ты как здесь оказалась? — шиплю на неё, мало того, что эта Нинель меня обхамила. Нет желания портить настроение ещё и сестре, не хочу, чтобы графиня её увидела.

— Мне скучно, и хочу посмотреть, как ты будешь готовить ужин. Надеюсь, в омлете останется скорлупа? — вот это она выдала, маленькая хулиганка.

— Нет, мы просто завтра утром уедем. Они останутся без моей стряпни и тем будут наказаны.

— Воистину, аминь! — оказалось, что Арина не такая уж паинька, какой выглядит. Да, собственно, что я от неё ожидаю, девочка сама собралась и приехала, практически на авось. Что-то мне подсказывает, что у меня с ней будут ещё проблемы.

— Ох! Пошли, научу тебя делать вкусный омлет. Придётся готовить на двух сковородках, каждому отдельно. А после просто пожарим глазунью для камеристок и кучера и лакея Её Сиятельства.

— Могу помочь, только что-то простое! Или посолить! Насолить!

— Хорошо! Посмотрим, на что ты способна, — улыбаюсь, понимая, что она в этой ситуации скорее помеха. Делать заказ нужно максимально качественно и быстро.

К великому сожалению, печь уже остыла, пришлось начинать всё с самого начала. Через полчаса мы соорудили приятный ужин, заварили вкусный малиновый чай, и Арина отдала «заказ» одной из камеристок княгини. А мы пошли мыться в купель. Этот насыщенный день нужно тщательно с себя смыть, вместе с запахом кухни.

Сестра очень удивилась, что я затеяла поздно ночью сложный моцион.

— Умыться, обтереться и спать. Разве нет?

Оказалось, что девушки ходят в баню один раз в неделю, иначе кожа станет красной и с пятнами от мыла…

— Боже мой, из какого захолустья ты свалилась на мою голову? — ворчу под нос, собирая вещи для омовения.

— Из Мухина! — обиженно, не понимая моей иронии, ответила сестра.

— Мухосранска! Пошли, научу тебя женской гигиене, чудо ты. А ещё замуж собралась!

— Гигиене? — прошептала сестра, повторяя страшное слово.

— Да, я же ведьма, а гигиена — это обряд, позволяющий приворожить любимого мужчину раз и навсегда.

— Правда? Пойдём! Но это не больно?

— Это приятно!

Вздыхаю от усталости и веду свою юную ведьму-напарницу на вечерний ведьминский обряд, подозревая, что если Ариша откроет рот и расскажет об этом кому-то постороннему, то либо меня отправят на костёр, либо её поднимут на смех.

И какое счастье, что графиня Нинель, этими обрядами не пользуется. Но ими пользуется кое-кто другой…

Глава 17. Напряжённая обстановка за ужином

В торжественной гостиной несколько месяцев не зажигали свечи и не подавали обед, не то, что поздний ужин. Тося, когда-то давно прислуживала в замке, и, приехав со своей госпожой, мгновенно приступила к обязанностям. Сервировка стола, свечи в массивных канделябрах, свежие салфетки.

Всё готово. Господа вот-вот войдут, а еды нет.

Пришлось женщине спуститься на кухню и очень удивиться, эта девушка, что назвалась баронессой, умело орудует кухонной утварью, быстро и очень красиво оформила пышный омлет с ароматом буженины и свежей зелени.

И про слуг не забыла. Сказала, что можно прийти и взять свои порции, как освободятся. После еды посуду осторожно опустить в таз с водой, завтра Марфа утром отмоет всё.

— Слушаюсь, а вы правда баронесса? Ой, простите, моё любопытство, но очень уж вы бойко…

— Да, правда. Или вам есть еду, приготовленную кем-то знатным, религия не позволяет? — задорно рассмеялась и продолжила колдовать над сковородками. — Еда как еда. Через минут десять всё будет готово, Арина принесёт вам.

— Да нет, нету такого запрета, кажется. Ну я пойду. Благодарю.

Тося, несколько обескураженная, ушла наверх ждать поднос с тарелками, и сообщить господам, что ужин подадут через десять минут. Тихо вошла в покои княгини и не выдержала:

— Я в удивлении, Ваше Сиятельство!

— И по какому поводу? Пока рассказываешь, помоги сменить верхнее платье на домашнее. Устала ужасно, пыль, жара, и эта Нинель как шарманка под окнами. Не закрывая рот, болтает и болтает, и не прогнать, зачем я ей сказала о поездке?

Вместо того чтобы выслушать, княгиня посетовала на свою нелёгкую судьбу. Да Тося и сама знает, сидела в экипаже и «слушала» столичные сплетни раза три по кругу.

— Девица, что назвалась баронессой, она на кухне сама готовит ужин. И так живо! Наша кухарка так не умеет зелень крошить.

Княгиня подняла голову и посмотрела на свою верную камеристку.

— М-да. Тут два варианта. Она – аферистка, и соврала о своём происхождении, а второй вариант, она нищенка, мещанка, выскочила замуж за старого барона, и… Хотя кто её знает. Даже гадать не хочу. Надо спросить у сына, что вообще происходит в поместье, оно запущено, такой неприглядный вид, словно здесь не князь живёт, а свора сброда.

— Но Его Сиятельство слепой, он не видит, а слуги ленятся, а девица-то деловитая, может быть, и правда, решил экономку нанять, чтобы всё привести в надлежащий вид.

— Может, и так.

В этот момент в коридоре послышался тихий голосок Арины: «Будьте любезны, заберите поднос, пожалуйста!»

Пришлось прервать важное совещание и идти в гостиную, пробовать, что же там такое приготовила «знатная кухарка».

Быстрее всех прибежала Нинель, уже присела за стол, и рассматривает какой-то старый каталог, изо всех сил стараясь произвести впечатление абсолютной незаинтересованности, она словно случайно здесь оказалась, как романтичная бабочка, сбежавшая из пожара светской жизни.

Впрочем, её поза говорит о кокетстве, которому в этом поместье грош цена, кроме уставшей княгини, никто позёрства больше не увидит и не оценит.

— Ах, эта прошлогодняя мода, такие милые воротнички, и так быстро канули в небытие. Теперь в моде абсолютно иной крой, моей портнихе пришлось перешить совершенно новое платье…

Тося, слушая изрядно надоевший голос графини, быстро расставила тарелки с тёплым омлетом. И с позволения княгини сразу разлила чай по белоснежным чашкам.

— Ещё раз добрый вечер, приятно, знать, что вы, матушка, рядом. Снова ужин. Я, пожалуй, повторю, меня же не обделили?

Князь не спеша, чтобы не запнуться о небрежно отодвинутый графиней стул, прошёл к столу и сел на своё место, напротив дам.