Криминалист 10 (СИ) - Тыналин Алим

Табличка «Федеральное бюро расследований, районный офис», золотые буквы, и одна «И» в слове «расследований» сидела чуть криво, кто-то клеил по одной и не выровнял. Я открыл дверь.

Сбоку в начале комнаты приемная. За столом сидела женщина лет тридцати шести, волосы собраны в узел, очки в роговой оправе, и печатала на машинке «Ройал ФБМ», не глядя на клавиши, быстро и ровно.

Она подняла глаза на меня, перевела взгляд на Кассию, увидела стоячие уши, серьезную морду и снова посмотрела на меня.

— Агент Митчелл?

— Да.

— Бетти Коул, администратор офиса. — Она встала и подала руку. Рукопожатие оказалось крепким, без церемоний. — Рэй Хоббс будет к девяти. Он сейчас у дантиста, давно собирался туда.

— Понял.

Бетти снова посмотрела на Кассию.

— Это служебная собака?

Я подумал мгновение.

— Личная.

Она кивнула, без всяких комментариев, будто переведенные агенты каждый понедельник являлись к ним с доберманами.

— Кофе будете? У нас «Максвелл Хаус», машина старая, но варит.

— Буду. Спасибо.

Она налила из стеклянного кофейника в старую чашку с эмблемой Бюро на боку, с трещиной по ручке и поставила передо мной. Я взял чашку и сел на стул у стены. Кофе был так себе, но горячий.

За окном лежал зимний Спрингфилд, серое небо, голые деревья вдоль улицы. За углом виднелся край той самой вывески «Автосервис Харлоу», что я разглядывал из такси утром.

В девять ноль пять пришел Рэй Хоббс. Лет пятидесяти двух, грузноватый, в коричневых брюках на подтяжках и коричневом пиджаке, с лицом одновременно добрым и усталым. Лицом человека, который давно перестал ждать от службы сюрпризов и притерпелся ко всему.

Он посмотрел на меня, на Кассию и снова на меня. Щеку с одной стороны он придерживал ладонью, дантист, видимо, поработал основательно.

— Митчелл. — Он подал руку, чуть пришепетывая замороженной стороной рта. — Добро пожаловать в Спрингфилд. — Молчание. — Надолго к нам?

— Не знаю, сэр.

Хоббс кивнул, будто другого ответа и не ждал. Подошел к окну, посмотрел наружу, на ту же вывеску «Автосервис Харлоу», которую только что разглядывал я.

— Тихое место, — сказал он. Без иронии или горечи, просто называя вещи своими именами. — Здесь все тихое. Самое громкое дело за прошлый год когда угнали трактор из округа Грин, нашли через два дня в соседнем штате. — Он чуть улыбнулся замороженной половиной рта. — Тебе после Вашингтона тут поначалу скучно покажется.

Я пил кофе и смотрел на вывеску за окном.

Тихое место. Здесь все тихое.

Пока что тихое. До того как не явился я.

Второй агент появился без стука.

Дверь приемной открылась в половине десятого, вошел человек лет сорока четырех, высокий, сухой, с лицом, будто вырезанным из дерева, без единой лишней черточки и без следа мимики. Клетчатое пальто «Пендлтон», шляпа «Стетсон» в руке.

Он остановился на пороге и посмотрел на меня, без враждебности, но и без приязни. Так смотрят на новую мебель, которую кто-то поставил в кабинет, не спросив его согласия.

— Митчелл, — сказал он. — Если не ошибаюсь.

— Совершенно верно.

— Дакетт. — Руки он не подал. Кинул шляпу на вешалку, прошел к своему столу и сел. — Слышал, вас сослали к нам из Вашингтона.

Хоббс укоризненно подал голос из своего угла, не оборачиваясь:

— Лерой.

— Что Лерой? — Дакетт выдвинул ящик стола. — Человек взрослый. Сам знает, откуда приехал. — Он посмотрел на меня. — Вы не обижайтесь. Просто у нас тут тихо, и мы к этому привыкли. Последний раз, когда из Вашингтона прислали помощь, мы потом три месяца расхлебывали, что он тут наворотил за два дня.

— Я приехал не помогать, — сказал я. — А работать.

Дакетт посмотрел на меня. Потом перевел взгляд вниз, на Кассию, лежавшую у моих ног.

— Это что такое?

— Собака.

— Вижу, что собака. — Он не моргнул. — Зачем она в офисе ФБР?

— Не оставлять же в мотеле.

Дакетт перевел взгляд на Хоббса. Тот развел руками, мол, я тут ни при чем.

Дакетт хмыкнул, достал из ящика термос, отвинтил крышку и налил в нее кофе. Свой, из дома. Казенный «Максвелл Хаус» он, судя по всему, не пил из принципа.

— Ладно, — сказал он. — Главное, чтоб в мои бумаги не лезла.

Бетти, не поднимая глаз от машинки, заметила ровным голосом:

— Кассия умнее некоторых здешних сотрудников. В чужие бумаги она не полезет.

Дакетт не ответил и шумно отхлебнул кофе.

Хоббс разложил на столе текущие дела, стопку тонких папок и показал мне.

Ничего серьезного. Угон скота в округе Кристиан. Мошенничество с почтовыми денежными переводами. Жалоба на нарушение гражданских прав из городка Ава. Я молча листал папки, одну за другой.

— Скучно? — спросил Дакетт, наблюдая за мной поверх крышки термоса.

— Нет.

— В Вашингтоне, поди, каждый день Уотергейт и перестрелки.

Я посмотрел на него.

— Иногда бывает.

Дакетт хмыкнул не зло, скорее с тем любопытством, которое он явно не хотел показывать и потому прятал за усмешкой.

— Здесь другая работа, Митчелл, — сказал Хоббс, откладывая бумаги. — Медленная и размеренная. Люди тут знают друг друга по сорок лет. Чужак долго получает ответ на простой вопрос. И то если повезет.

— Понял.

— Это вряд ли, — сказал Дакетт. Помолчал. — Но посмотрим.

Около одиннадцати я встал налить себе еще кофе из старой машины «Максвелл Хаус» у окна. Глянул на улицу, машинально, просто потому, что стоял у окна.

По Сент-Луис-стрит медленно ехал «Кадиллак Де Вилль» семьдесят второго года. Темно-синий, хром сверкал даже в серый февральский день, белобокие покрышки «Файрстоун» чистые, без единого пятна, хотя по обочинам лежал грязный талый снег.

За рулем пожилой мужчина, пассажирское сиденье пустое. «Кадиллак» катил неторопливо и вальяжно, так едут люди, которым некуда спешить, потому что дорога принадлежит им.

— Чья это машина? — спросил я.

Дакетт даже не повернулся к окну. Знал и так.

— Рой Харлоу.

Хоббс молча отложил бумаги.

— Кто это Харлоу? — спросил я.

Дакетт посмотрел на меня теперь иначе, прикидывая, сколько стоит рассказать новичку за один присест.

— Сеть авторемонтных мастерских, — сказал он наконец. — Заправки вдоль шестьдесят шестого шоссе. Жертвует на церковь, дружит с судьей Уорреном, знает всех шерифов в трех округах поименно. — Небольшая пауза. — Шестьдесят два года. Ни одного обвинения за всю жизнь. Ни единого.

— Но есть кое-что, — заметил я.

— Но его заправки стоят ровно в тех точках, где удобно остановиться, если везешь груз, который не хочешь показывать на постах. А в его мастерских меняют номера на машинах быстрее, чем управление транспорта успевает занести их в реестр.

— Лерой, — предостерегающе сказал Хоббс.

— Что Лерой? — Дакетт не повысил голоса. — Человек только приехал. Пусть знает, на что тут смотреть.

Я проводил «Кадиллак» взглядом, пока он не скрылся за углом, проехав мимо вывески «Автосервис Харлоу».

— Он один такой?

Дакетт налил себе еще из термоса.

— Харлоу это еще культурный вариант, — сказал он. — Вор-джентльмен в перчатках. Есть еще Эрл Диллард, этот попроще. Ветеран Кореи, живет в холмах к югу от города. Его люди варят амфетамин в пещерах и держат скот для отмывки денег. — Он отпил кофе. — К Дилларду одному лучше не ездить.

— А третий?

Дакетт посмотрел на меня. Видно было, что он удивился.

— Почему вы решили, что есть третий?

— Такие типы редко уживаются в одном аквариуме. Обычно нужен кто-то еще чтобы создать баланс.

Дакетт чуть склонил голову.

— Братья Мерфи, — сказал он. — Эти ходят в костюмах. Контора на Колледж-стрит, юридические и финансовые услуги. Посредники. Самые опасные из всех троих, потому что самые умные. Харлоу и Диллард пачкают руки, а Мерфи только бумаги подписывают.

Я записал в блокнот все три имени. На чертил полоски получился треугольник.

Дакетт смотрел на мою руку.