Пепел и тьма 3 (СИ) - Барчук Павел

Запах стоял такой, что дышать приходилось через раз. Осторожными глотками, едва пропуская воздух сквозь сжатые зубы. Это была гремучая смесь из протухшей воды, паленой резины, мазута и того самого сладковатого, липкого гниения, свойственного мертвецам

Здесь, на этом пятачке смерти, сословная иерархия Нева-Сити наконец сдохла. Гвардейцы в драной, когда-то парадной форме, наемники в камуфляже без опознавательных знаков и пацаны из уличных банд сражались плечом к плечу.

Это сложно назвать «великим союзом». Не было во всем этом ни благородства, ни верности идеалам человечества. Типа, все мы такие молодцы, что даже забыли о разногласиях.

Просто мертвякам, которые пёрли из каждого подвала, из каждой подворотни, было абсолютно фиолетово на статус, цвет повязок, нашивки или что-то еще. Они просто жаждали человеческой крови. Для легиона нежити все эти люди превратились в единую живую, копошащуюся массу — теплый, кричащий корм без имен, званий и титулов.

— Нам нужно вон туда, — Тень ткнула длинным когтем в сторону баррикад, сложенных из искореженных металлических болванок, бетонных блоков и ржавых контейнеров. — Прямо через этот хаос. Если застрянем в переулках — нас просто задавят числом. Их слишком много.

— Там…, — произнесла вдруг Лора. — Знакомые.

Ее голос звучал… Черт…хреново он звучал. Хриплый, надтреснутый, будто наждачкой водят по стеклу. Но еще больше меня напрягали эти внезапные проблески разумности. Девчонка будто включалась на какие-то минуты, а потом снова уходила в себя.

Я с опаской покосился на Лору. Ее кожа в нервном отблеске пожаров казалась серой, почти прозрачной. А вены на висках отливали нездоровой чернотой.

Как же погано, что я до сих пор не могу понять: ее состояние хоть немного стабилизировалось, или сознание моей подруги окончательно растворяется в сущности Лича? Этот вопрос волновал меня очень сильно. Если Лора утратит связь со своей человеческой сутью, уже вряд ли смогу ее спасти.

Я обернулся в, ту сторону, куда смотрела девчонка. Прищурился, пытаясь разглядеть в месиве человеческих тел что-то знакомое. Кого она там увидела, интересно?

За перевернутым мусоровозом, который служил центральным опорным пунктом защиты, было столько людей, что не разберешь, кто есть кто.

— Гризли, — добавила Лора, чем добила меня окончательно. Как она смогла опознать вожака «Грозы» в таком месиве из человеческих тел?

Действительно, это был Гризли. Он выглядел скверно даже по меркам происходящего звездеца. Щетина, на щеках — грязь, куртка залита кровью и мазутом, в руках — старый, видавший виды «Калаш». Гризли сжимал его с такой силой, словно это была последняя соломинка, удерживающая его над бездной.

Рядом с ним сражались парни из других банд, отчаянно отбиваясь от наседающей толпы мертвяков.

— Не проскочим, — Рик поморщился, а потом с громким хрустом, дернул свою вывихнутую руку, вправляя сустав. Его лицо даже не дрогнуло, только челюсти сжались сильнее. — Нас просто затопчут в этой каше. Либо мы сейчас очистим весь сектор, либо застрянем тут до второго пришествия.

Я посмотрел на толпу нежити. Сотни существ, движимых только голодом и чужой, злой волей.

Внутри завозилось мерзкое чувство. Ощущать всю эту толпу мертвецов было тошно. А я их ощущал. Каждого по отдельности и всех вместе. Вот такая у некромантов отличная работа.

Это вообще не походило на могущество слуг Серой Госпожи, которым столетие пугали простых людей. Это было мерзкое, материальное ощущение, будто тебя в череп через уши, нос, глаза заливают холодную, склизкую жижу. Каждое движение мертвых, каждый скрип их костей отдавались в моих висках тупым, монотонным стуком.

— Не будем драться, — решил я. — Драка — это потеря времени. А у нас его нет. Поступим иначе.

Я закрыл глаза, абстрагируясь от грохота выстрелов и мата защитников. Внутри заворочалась тяжелая, тёмная Сила. Я представил Врата в доках как гигантскую, всепоглощающую магнитную воронку. Не просто портал, а единственный смысл света для тех, в ком еще теплится искра нежизни.

«Там… покой… Серая Госпожа зовет… вон отсюда…»

Я буквально выталкивал эти мысли из своего сознания, направляя их в толпу нежити. Бил ими, как невидимым тараном.

От напряжения меня чуть не вывернуло наизнанку. Жилы на шее вздулись, во рту появился отчетливый металлический привкус крови. Похоже, прикусил щеку.

Я чувствовал, как сотни пустых, примитивных сознаний на площади дернулись, поймав мой импульс.

Мертвяки замерли. Это выглядело жутковато, если честно. Толпа нежити, которая застыла, уставившись в одну сторону.

Грохот мгновенно стих. Слышалось только хриплое дыхание людей на баррикадах.

Сотни полуразвалившихся тел синхронно издали какой-то стон — звук, исходящий из пустых грудных клеток. Он пронесся по площади как ледяная волна. А потом мертвецы начали разворачиваться, спотыкаясь и толкая друг друга, и побрели прочь, в сторону доков.

На баррикадах воцарилась оглушительная тишина. Люди опускали оружие. У многих на лицах появилось выражение недоверия. Они не могли понять, что заставило нежить уйти.

В этот момент нашу скромную компанию заметил Гризли. Его взгляд наткнулся сначала на Лору, потом переместился ко мне. Он не стал орать или размахивать руками, чтоб подать нам сигнал. Просто вручил свое оружие какому-то пацану и, пригибаясь, бросился к нам, перескакивая через трупы и горы мусора.

— Малёк! — Вожак остановился в пяти шагах от меня. Его глаза расширились, когда он снова посмотрел на Лору. — Твою мать… Лиса выглядит… она вообще живая? Что с ее лицом?

Старое прозвище Лоры царапнуло мое сознание, как укол ядовитой иглы. Лиса. Веселая, живая, с хитрой улыбкой. Я посмотрел на то, что от нее осталось, и внутри всё сжалось от ярости на этот чертов мир, на Леонида и на себя самого.

— Уходи отсюда, Гризли, — коротко бросил я. Из моего носа начала сочиться тонкая струйка крови, быстро вытер ее рукавом. — Уводи людей. Сейчас здесь будет очень жарко. Эти мертвяки ушли. Но… Им на смену могут прийти другие. Более опасные. Те, с кем вы сражались — это самая низшая ступень. У них нет ни разума, ни реальной силы. Думаю, скоро появятся Гули или Стрыги. С ними вы не справитесь.

Гризли подошел ближе, почти вплотную. Тень предупреждающе рыкнула. Вожак «Грозы» даже глазом не повел. Его рука, покрытая грязью и гарью, вцепилась в мое плечо.

— Послушай меня, Малёк, — голос Гризли упал до свистящего шепота. — Я знаю, что был скотиной. Знаю, что сдал вас с Лисой Гончим, когда жареным запахло. Думал, они нас не тронут тогда, и мы сохраним банду. Ошибся. Прости… хотя я бы на твоем месте себя не прощал.

Он сглотнул, оглянулся на замерших защитников, которые наблюдали за нами со стороны баррикад.

— Но сейчас слушай внимательно. Не верь Безымянному. Ни единому слову. Раньше он был просто теневым хозяином, но сейчас… я видел кое-что. Вернее, слышал. Его разговор с той белобрысой сучкой. С Мирой. Она делает все, как он скажет. Безымянный ждет, когда ты зачистишь город. Ждет, когда полностью выложишься и станешь уязвимым. У него есть такие штуки… Типа наручников, но с магией. Блокируют силу некроманта. Это старые приблуды, которыми пользовались Гончие. Я видел их.

Я напрягся. Слова Гризли звучали не таким уж бредом, как это могло показаться. На самом деле, они идеально ложились в рамки расчетливой, холодной логики, которую я мельком заметил в глазах Безымянного.

— Он хочет нацепить на тебя поводок, — продолжал Гризли, сильнее сжимая мое плечо. — Сделать из тебя станок для армии рабов. Ему не нужен мир без нежити. Ему нужна управляемая нежить. Он хочет, чтобы ты сначала уничтожил всю это срань, потому что от этой нежити нет толку. А потом поднял новых — послушных. Тех, кто заменит живых рабочих на заводах. Мне показалось… По крайней мере, он сказал что-то подобное…Это его сделка с Родами. Ты для них — просто ресурс. Инструмент. Понял?

Я несколько секунд смотрел Гризли в глаза. Молча. Похоже, он не врал. Вожак «Грозы» по-настоящему боялся. Боялся Безымянного большего, чем армию скелетов, которую мы только что отогнали.