Не тот год II (СИ) - Баковец Михаил

— А кто командир?

— Майор Ковалёв. Хотя ему вроде в конце июня обещали дать старшего майора. Может уже и дали. Сейчас он в Москве. А здесь мы напрямую подчинены генерал-лейтенанту Ершакову, — он чуть помолчал, потом продолжил. — Ещё мы присматриваем за тем, что творится на передовой и в штабах. смотрим, слушаем, запоминаем и передаем Ковалёву. А он напрямую все наши данные сообщает туда, — парень мотнул головой вверх.

— Ясно, — не удержавшись, хмыкнул я. Сразу вспомнилось знаменитое «ошибаться можно, врать нельзя». Выходит, проблема с приписками и ура-рапортами с одновременным скрытием всего негатива существовала и почти сто лет назад, до СВО. Иначе не было бы группы Панкратова. Интересно, а Ершаков случайно не специально ли отослал гебистов искать аэродром, чтобы те меньше совали нос в дела армии? И понимает ли Панкратов это? Хотя, чего это я? Конечно понимает, только сделать ничего не может. А непосредственного командира, который мог бы прикрыть, рядом нет. — И в такую команду взяли меня? Контуженого с непонятным прошлым?

— Ты наш и это главное, — уверенно ответил мне собеседник. — Ты спас Серёгу. И мне с Сашкой плевать, как это у тебя получилось. Да и нас ты так подлатал, что в санбате даже зелёнкой не стали мазать, хех. А если бы ты был с нами с самого начала, то мы бы не потеряли ребят. Сейчас Сашка отыщет твои документы в архиве, тебе восстановят звание и официально зачислят в наше подразделение.

— Вот у тебя как просто выходит, — вздохнул и чуть заметно поморщился.

— Чем ты недоволен? — удивился он. — Чего бурчишь-то?

— А если я из Пинска или вообще Бреста? Там же все документы и остались.

— В архиве должно всё быть. Мы не какая-то контора «Рога и копыта», — широко улыбнулся он мне. — Или ты просто боишься не оправдать доверие?

— И это тоже, — вновь вздохнул я.

— Да хватит уже, Андрей, — ещё шире улыбнулся парень. А затем полез под свою кровать. Оттуда был извлечен на божий свет сидор, в котором что-то глухо звякнуло. Справившись с завязанными лямками, Виктор достал из него обычную металлическую флягу в тканевом чехле. — За знакомство и за удачное выполнение задания… и за ребят, — он слегка потряс емкостью, и та издала бульки.

Во фляжке оказался медицинский спирт, в меру разбавленный водой. Пили из гранёных стаканов, наливая примерно треть. Опасаясь наклюкаться с непривычки и на фоне нескончаемого стресса что-то высказать из своей эпохи, я привычно произнёс заговоры. Один на лечение от ядов, второй на укрепление организма.

— После первой не закусывают, — провозгласил Витька, лихо опрокинув внутрь примерно шестьдесят-семьдесят грамм крепкой жидкости. После второй порции он всё из того же «сидора» выудил две высоких банки тушёнки без привычной мне бумажной этикетки, но с чёрными надписями что с чем и по чём. К ним присовокупил вытянутую бумажную пачку с надписью «военный поход» и грубым изображением чёрного танкового силуэта. В пачках оказались вполне себе обычные и знакомые мне пшеничные галеты. Твёрдые и безвкусные. Виктор ими зачерпывал тушёнку прямо из банки и с хрустом откусывал. Я же предпочёл смочить их водой, ненадолго отложить в сторону, а потом сверху накладывал тушёное мясо. Глядя на меня, немного погодя и он стал сооружать подобные маленькие и всё ещё чуть хрустящие бутерброды.

К моменту возвращения в нашу маленькую компанию Панкратова фляжка со спиртом нами была полностью уговорена. Виктор к этому моменту был заметно подшофе. Говорил связно и логично, но на ногах стоял с трудом. Я же чувствовал себя хмельным настолько, насколько это возможно после употребления трёх-четырёх бутылок пива с закуской.

— Заканчивайте пьянку, — недовольно высказался он. То ли был поборником трезвости, то ли обиделся, что мы начали без него и ничего не оставили. — Андрей, завтра в шесть будь готов как штык. Буду ставить на довольствие.

— Буду готов, — кивнул я в ответ, ответив на неформальное обращение в таком же тоне. Тем более что старший лейтенант совсем недавно уже разъяснял порядок отношения внутри нашего крошечного коллектива.

Я обзавёлся полным комплектом, который обязан иметь любой военнослужащий. От обмундирования до мыльно-рыльных принадлежностей. Дошло дело и до получения оружия. Тут мне хотели вручить ППД. Особых вариантов-то и не было. «Мосинка», пехотный «дегтярь» и вот этот пистолет-пулемёт. Ну, винтовка, если она не в снайперском варианте, в разведдиверсионной группе вообще не нужна. Нам предстоит быстро бегать, а не пулять на полкилометра. Да чтобы пуля пробивала пятерых фрицев, стоящих в ряд. Ещё и тратя по пять секунд на перезарядку после каждого выстрела. Наоборот, требовалось засыпать врага накоротке облаком горячего свинца и удрать подобру-поздорову. С пулемётом ситуация, в принципе, такая же. Главную роль играет его собственный вес и вес боеприпасов. Он только для больших групп от отделения и крупнее. Автомат же для маленькой группы идеален. Но вот лично у меня не лежала к нему душа. Будь «калаш» — это было бы совсем другое дело. Или хотя бы тот самый СКС, который Иванов забрал со всеми моими вещами, кроме одежды, надетой на мне в тот день. Интересно, его уже изучили? И что по нему приняли? Решат пустить в производство или посчитают, что это не рентабельно и не ко времени? Эх, а ведь СКС именно сейчас, на этой войне представляет из себя ту золотую середину, которая сыграет только здесь и сейчас. Он проще, легче и удобнее в эксплуатации, чем существующие СВТ и тем паче АВС.

«Хм, кстати про 'светку», — подумалось мне, и я посмотрел начала на «оружейника», а затем на Панкратова. — Товарищ старший лейтенант, а можно мне СВТ?

— Ты умеешь ей пользоваться?

— Да, — кивнул я в ответ и потом вырвалось. — Я с ней такие дела творил… — и мгновенно прикусил язык.

— Где?

Я пожал печами и со вздохом ответил:

— Не помню.

— Контуженый что ли? — вклинился в нашу беседу капитан, который выдал мне автомат и журнал для росписи в получении.

— Ага, на всю голову, — усмехнулся я. — И даже справка имеется.

Помолчав несколько секунд, Сашка произнёс:

— Пока носи ППД, всё равно он по всем документам уже за тобой числится. С СВТ потом что-нибудь придумаем.

Пришлось молча кивнуть, проверить номер на оружии и расписаться в получении. К автомату мне дали три диска. Один уже был подсоединён к оружию, два других находились в полукруглом брезентовом подсумке.

Этот же капитан вручил мне несколько пачек с пистолетными патронами для моего автомата. Снаряжал я диски уже в нашем доме под руководством Витьки. Ещё по крепости помнил насколько это нетривиальная задача.

«Товарищ Шпагин, придумайте вы уже коробчатый магазин для своего автомата. Заодно и товарищу Дегтярёву его покажите», — про себя обратился я к знаменитому советскому оружейнику. И тут меня в очередной раз осенило. А зачем мне ждать, когда кто-то соберётся и дотумкает? Я же и сам не лаптем щи хлебаю, хе-хе.

Нет, я не планировал лично взять в руки напильник и встать за верстак, для этого есть более сведущие и рукастые люди. Нужно только их найти.

Так как мои новые боевые товарищи считались номинально ранеными после боевой операции, и группа понесла серьёзные потери, то у нас у всех образовалось море свободного времени. Сашка, как командир, вечно пропадал то в штабе, то с командирами разведчиков или других подразделений, собирая всю доступную информацию, включая слухи. А вот наша парочка изнывала от скуки, если так можно сказать. Вот я и стал уговаривать Виктора помочь мне с поиском хорошего слесаря и вообще мастера на все руки. И таковой быстро отыскался. Недаром есть поговорка про то, что кто ищет, тот всегда найдёт. Только одни на пятую точку приключения, а я своего мастера.

Искомый служил в рембате, где чинилась всяческая техника. От броневика БА-6 до командирской «эмки».

— Здорово, боец, — обратился я к указанному мне человеку.

Это был невысокий и худой, даже щуплый, мужчина с обветренным очень худым лицом, на котором зависло грустное или безразличное выражение.