Тут он заметил Ангелину и вопрошающе кивнул.
— Она со мной, — сообщил я.
— Тогда, мил-сударь, необходимо не один, а два пропуска!
— Да твою ж… — проворчала Ангелина. — Вот такие сойдут?
Поставила чемоданчик на землю, смело схватилась за край топика и задрала наверх.
Не то, чтобы она мне нравилась, но в этот момент я, признаться, пожалал, что она стоит ко мне спиной. Однако, какой же тупой приём! Явно позаимствованный из каких-то бульварных фильмов — но он неожиданно сработал. Несчастный престарелый вдовец успешно загипнотизировался на пару секунд, мы со Светланой за это время перемахнули через турникет. А на прощание Ангелина подхватила чемоданчик и демонстративно замахнулась, закидывая на плечо.
— Это ты зря, — прокомментировал я
— Да я ж его не ударила.
— Я не про это. Не стоило мещанке первой категории оголяться.
— Это самое надёжное средство, проверенное.
Нам оставалось всего каких-то сорок метров до нужного контейнера. Контейнеры стояли в чём-то в форме ступенчатой пирамиды, и он стоял во втором ряду, а с первого вела лестница. Мы уже шагнули на неё, но тут я увидел свет фонарей со второго яруса. И голоса.
А следом нас из темноты дёрнула чья-то рука.
Я инстинктивно саданул локтём в темноту, попав в живот, замахнулся снова, но услышал сдавленный голос Станислава.
— Тише… это я. Там этот… не надо туда. Я эту даму туда отвёл, а потом…
Я спрятал их всех, а сам всё-таки высунулся. Да, там был тот самый, второй воин. И ещё там был Антон Замойский, который тащил за волосы ту самую пьяную женщину с покера.
— Эта сучка должна мне денег! Ещё и спряталась у моего ненаглядного Джанни.
— Она что, пьяна? — услышал я голос воина. — А ну говори, сука, где выпивка? Где⁈
Сложно было разглядеть, но, возможно, всё это сопровождалось ударами. Я должен выйти и поговорить, решил я. Пусть она пьяная и немолодая, но это женщина в беде. Типичный случай. Никто не имеет права ударить женщину в моём присутствии. Никто.
— Я должен выйти и поговорить, — сообщил я своим и едва не шагнул вперёд, прежде чем они меня едва ли не втроём не схватили и не затащили в тёмный угол обратно.
— Идиот!
— Куда нам теперь!
— О нас подумай!
Ладно, сказал я себе. Пожалуй, действительно — это будет меньшее из зол. Оставалось на время загнать свои принципы куда подальше и подумать, как поступить.
Пока думал, зрение привыкло к темноте — и я обнаружил, что мой чемоданчик открыт, а Ангелина уверенным шагом направляется к ревизору.
— Извините, вы не это ищете? — сказала она, потрясывая бутылочкой игристого. — Я… у меня привычка, знаете, бегать по вечерам по палубе, полезно… а тут смотрю — кто-то то ли обронил, то ли припрятал.
Вот дура, куда попёрлась! В этот момент я едва не рассвирепел. Мало того, что это моя бутылка, которая стоит не так уж дешево. Так ещё и подвергает себя и нас риску.
— Это чего? Игристое⁈ — послышался голос солдата. — Ты кто? Откуда?
— А. Эт Ангелина, — послышался снисходительный голос Замойского. — Сенная девка этого… Сашки. Красивая жа, да? Скажи?
— Угу. Так может это она сама пьянствует, — буркнул солдат. — Ну-ка, дыхни вот сюда… ладно…
Значит, у них никакой не эликсир и элеменаль-ищейка. У них технологии, газоанализатор. Значит, вариант с лошадью изначально был проваленным.
Надо продумать «план Б».
Ангелина меж тем продолжала убалтывать.
— Да, кстати, я вот вчера пробежку делала, и показалось, что вот в одном контейнере что-то звенит… пойдёмте… вон там, я покажу.
Отвлекает, значит. Я воспользовался моментом, когда они завернули за ряд контейнеров, подхватил заветный чемоданчик, схватил в охапку Станислава и Светлану, и погнал их от укрытия к укрытию, обратно в будке.
А из будки уже вылезал оскорблённый Ангелиной дед. С дробовиком наперевес.
— Да я вас щ-щас!
Он уже нацелился на нас, как вдруг Светлана посмотрела наверх, замычала, заголосила.
А затем упала в объятия брата, чуть не потеряв сознание.
Я тоже посмотрел.
Из холодной балтийской измороси, с низкий облаков спускался протуберанец. Здоровенный такой рукав, который я принял за сгусток тумана, но потом с замиранием сердца понял, что это вовсе не так.
Это был гигантский элементаль воздуха. Огромная, похожа на полупрозрачного дракона тварь, которая нависла над кораблём, буквально над самым верхним рядом контейнеров. Ширина морды всего раза в четыре была меньше поперечника корабля, а нос был в аккурат посередине между мной и ревизором. Чудовище длиной в пару сотен метров уровняло свою скорость со скоростью корабля и смотрело на меня с высоты в десяток метров, а я на него. У дедка-вахтёра подкашивались ноги от страха, а ружьё уже готовилось выпасть из рук.
Где-то позади загудела сирена.
— В будку! — скомандовал я Станиславу, и он потащил еле живую сестру.
А сам же я попросту выхватил дробовик из рук дедка и саданул из обоих стволов куда-то вверх, почти неглядя. И ещё кто-то издалека поддал.
Не знаю, была ли угроза для жизни и корабля. Не знаю, что бы было, если бы я не сделал этого, возможно, сущность спокойно удалилась бы и без меня. Но возможно, что нас всех спас мой адреналин.
Морда поморщилась, даже как-то смешно, примерно как нашкодивший кот, в которого брызнули из пульверизатора. Повисела ещё пару мгновений над площадкой, а затем втянулась обратно в облако, оставив нас в покое.
— Вот же срань, что это было⁈ — послышался окрик ревизора, а вместе с ним я увидел фонарь, направленный в нашу сторону. — Я здоровяка такого размера только по телеку видел.
— Н-ничего, сударь, мы со всем разобрались! — сказал вахтёр. — Этот юноша нас всех спас!
— Похвально, — буркнул солдат, и свет фонаря ушёл куда-то в сторону.
Я вручил дробовик обратно вахтёру и шепнул:
— Услуга за услугу. Я никому не расскажу о том, как вы испугались исполина и не выстрелили в него, а мы забудете про досадное недоразумение с моей подругой, пропустите нас и ничего не расскажете о тех двух моих друзьях этому джентльмену в броне.
— Это неверно… Это… не по правилам, — заворчал дедок. — Спасибо, конечно, вы нас спасли, но правила — есть правила…
Я вздохнул.
— Ну, ещё есть вариант, что я дождусь прихода ревизора и скажу, что вы употребляете алкоголь, и именно потому не были в состоянии отпугнуть исполина. У меня тоже есть правило — не оговаривать хороших людей, но если придётся…
— Ладно…
Я подхватил спрятавшуюся за будкой Светлану, помог вместе со Станиславом ей подняться — она уже кое-как могла идти.
— Что ж ты так испугалась не вовремя, девица.
— Она не испугалась, — хмуро сказал Станислав. — Это она его призвала.
Тут я просто не нашёлся, что сказать. Вернее, я вспомнил и мог сказать очень многое. Например, спросить про её алхимический ранг, учитывая, что понятия не имел, может ли даже обычный магистр призывать Исполинов. Да ещё и безо всяких эликсиров. Было не до разговоров, поэтому я просто помолчал.
Ноги вели меня куда-то вниз по лестницам в глубины второго класса, мимо удивляющихся матросов и прохожих.
— Исполин, девочке стало плохо, — прокомментировал я, когда один из них попытался нас остановить.
На одной из лестниц нас нагнала Ангелина. Признаться, я до сих пор негодовал, поэтому мгновенно выдал «корректирующую обратную связь»:
— Ты же понимаешь, что будешь мне должна за ту выходку? Ты нас всех подвергла риску. И потратила моё имущество. Больше так никогда не делай, пожалуйста.
— Ага. Они сейчас упакуют ту несчастную женщину и спускаться будут. Их надо спрятать. Я знаю куда. Ещё ниже на уровень, и дальше в коммерческую зону…
Мы как-то совсем внезапно оказались под вывеской «Шашлычная у Али». Зал был небольшой, всего четыре столика, и, по счастью, пустой. А в окошке для выдачи заказов показалась голова Рустама, затем щёлкнула дверь, и он затащил нас внутрь, в тесную кухню, вкусно пахнущую готовящимся мясом и специями.
