Хозяин вернулся 2 (СИ) - Максимушкин Андрей Владимирович

— Да уж, — прозвучало в трубке. — Уели, Николай Аристархович.

Одно дело сделано. Николай с чувством выполненного долга положил трубку и насвистывая марш вернулся к своему докладу по планам Управления. Вот в этом вопросе в каждом абзаце приходилось утихомиривать фантазию. Молодому управленцу хотелось все и сразу. Увы реальность не позволяла. Дело даже не в финансах и не в отсутствии на этой планете кадров требуемой квалификации.

Ключевая проблема в том, что люди не мушки дроздофилы. Люди косны, любое человеческое общество страшно инертно. При всем желании и при любых ресурсах нельзя разом поменять людям прошивку в мозгах, перепрограммировать подсознательное, переключить рефлексы. Нет, это все можно, но работать приходится долго и настойчиво пока не сменится два поколения.

Николай оторвался от клавиатуры, еще раз пробежал взглядом последние пункты на экране. С губ князя сорвалась эмоциональная матерная фраза. Князь рывком оттолкнулся с креслом от стола и заложил руки за голову уставившись в потолок. Все что он так старательно расписывал по сути полная чушь. Все красивые схемы, планы, графики годятся только лишь для бурной имитации деятельности. Работа ради работы.

Николай и раньше понимал, что нельзя что-то спланировать не понимая, что именно ты делаешь. Нельзя прийти к результату, не зная, какой именно итог ты хочешь получить. Пока же все очень и очень мутно. До молодого администратора дошло, что первым что ему придется заняться, это банальная разведка и сбор материалов для аналитиков, которых еще нет. А будут ли? В стране не так много толковых специалистов по социальным процессам к западу от Буга. Если на Китай еще можно натянуть типичную схему обычной восточной тирании с идеологией, сгинувшей в небытие Германской Социалистической Республики, то условный западный мир, это вообще нечто непознанное и небываемое.

Князь издал тяжелый полный скорби вздох и вернулся к столу. Набрав номер второго своего товарища господина Яшина и попросил подготовить краткую выжимку по идеям культурных марксистов, их трансформации и реализации с 30-х годов по настоящее время.

— Подготовим, Николай Аристархович, — Анатолий Германович не удивился запросу. — Только не быстро. Надо копать материалы. Это все есть, но разрозненно.

— Я не гоню. Работайте. Учтите, это нам всем пригодится.

— Работаем против Евросоюза?

— Анатолий Германович, учтите на будущее: наше Управление не работает и не будет работать против. Мы всегда работаем за.

— Понял. Работаем за Евросоюз.

— Кстати, на счет кадрового вопроса. Анатолий Германович, дайте поручение внимательно приглядеться к мигрантам переселенцам из Федерации и выморочных республик. Особое внимание к блогерам и людям, имеющим опыт ведения пропаганды в интерсете, сотрудничавших с правозащитными организациями и все такое. Вы понимаете.

— Понимаю. Только такие персонажи продадут нас же за тридцать серебряников. На работных узлах о таких навыках чаще молчат.

— Проявите смекалку. Ищите через знакомых и наших профильных специалистов. Подготовьте от моего имени запрос в МВД, Корпус Жандармов и Третье Отделение. Сразу запишите, мне нужен человек, который оформит на себя соответствующее агентство.

— Подрядчик для особых случаев?

— Подрядчик с особым персоналом. Так будет точнее.

— Последнюю задачу решу быстро. Такие люди есть. А вот мясо… — господин Яшин замялся. — Тоже будем искать.

Владимир молча листал документы, иногда недоверчиво хмыкал. Николай спокойно ждал в кресле напротив. Если не спрашивает, значит и не надо подсказывать.

— Плохо. Все неправильно, — император с недовольной гримасой на лице отложил в сторону стратегический план работы Управления.

— Я принес это для обсуждения.

— Коля, мне нужно чтоб ты уже сейчас понимал, что именно будет делать твое Управление. Ты должен дать цели, к которым мы можем и хотим прийти.

— Хорошо. В чем моя ошибка? — держался Николай хорошо. Хоть и неприятно было. Князь рассчитывал на менее холодную реакцию.

— Ты не видишь картину в целом, — император понизил голос на тон. — Ты рассчитываешь программу исходя из этого дурного мелкого конфликта с европейскими социалистами. Забудь про них. Год другой и их снесут их же граждане. Или зарежут мигранты. Мне без разницы. Мне сейчас нужно видение на десятилетия вперед.

— Я понял тебя. Прости, но у меня не хватает способностей задать цели на десятилетия. Пока вижу проблему с Евросоюзом и крылом глобалистов в Штатах.

Владимир раскрыл распечатку со схемой конфликтов и решений, затем дважды перечеркнул ее ручкой.

— Задумка хорошая. Есть понимание некоторых проблем. Ты даже понял, что нам противостоят два отдельных полюса: глобалисты и обновленный Коминтерн. А все в целом очень плохо. Попробуй еще раз разложить и выразить наши цели и интересы на ближайшие двадцать лет. У тебя получилось нечто сиюминутное, но с растянутым на два поколения решением.

Кроме указанных противников, Николай в записке упомянул как отдельную силу традиционные деспотии Восточной Азии, ослабевший, но еще не растерявший до конца жирок и амбиции Китай, набирающий силу, уже во всю поигрывающий мускулами, демонстрирующий во всей красе прелести черного расизма негритюд. Владимир не счел важным обратить на них внимание. Значит считает второстепенными факторами.

— Хорошо. Скажи хоть, куда мы идем? Какой мир вокруг нас ты хочешь видеть? — в голове князя лихорадочно щелкали реле и крутились шестеренки. Сейчас он задал именно тот вопрос, за решением которого и пришел.

Вместо ответа император подошел к окну и сделал приглашающий знак.

— Видишь этот парк? Сейчас начало зимы, но представь себе лето. Представь себе бесконечное яркое солнечное лето. За парком лежит уютный городок. Люди на улицах, машины, мальчики и девочки держатся за руки, молодые дамы гуляют с детьми, какой-то сорванец залез на дерево чтоб сорвать самое спелое и сладкое яблоко для вон той девочки. Представил себе?

— Это должно быть вокруг нас. Не только у нас. Так?

— Теперь понимаешь. Мы можем задавить конкурентов, превратить половину мира в наши колонии, периферию. Один вариант. Ты сегодня принес начало этого плана, — Владимир открыл окно, в кабинет ворвался поток холодного насыщенного сыростью воздуха. — Месяц назад я тоже к нему склонялся.

— Что повлияло?

— Ты повлиял, — царь так и смотрел в окно, он полной грудью с наслаждением вдыхал свежий воздух. — Глюксбурги повлияли. Та девочка из Германии. Помнишь, она мне написала, что хочет, чтоб наши страны подружились? Простые американцы из глубинки повлияли. Те самые реднеки, рабочие и промышленники, что сейчас сносят режим Демократов. Наши с тобой сограждане. Они тоже не хотят, чтоб из-за речки тянуло лопнувшей канализацией.

— Второй вариант, помочь этому миру подняться на ноги.

— Не помочь, а дать встать самому. Не этому миру, а тем, кто может и хочет. Остальным дать возможность жить в гармонии с природой в естественной среде обитания.

— Я надеюсь, что понял, — князь опять интуитивно нашел нужное слово. — Мне нужно все делать заново.

— Я этим занимаюсь регулярно. Не спеши. Завтра у меня совещание с начальниками спецслужб и разведок. Тебя тоже пригласят. Послушаешь. Затем я попрошу поделиться с тобой работой по демографии.

— Внешняя?

— Разумеется, до управления внутренней тебе еще расти и расти. Не обижайся.

На последнюю фразу Николай молча пожал плечами. Есть люди на чьи слова обижаться смешно, на Владимира же глупо. Он сказал именно то что есть.

— До Катаклизма у нас это направление держал МИД.

— Часть работы. Еще политическая разведка, Третье отделение, Минздрав и МинНарПрос вели свои направления. Все старые концы обрублены, все запускают заново. Вот ты и соберешь все в одно целое.

— Целью служит ухоженный парк, а не бестиарий за границами? — вопрос риторический. Оба это прекрасно поняли.

— Владимир, надеюсь, ты понимаешь, что мне только разобраться в вопросе и наладить работу год не меньше потребуется?