Экстрасенс в СССР 4 (СИ) - Подус Игорь

— В город отвозить придётся. Там в доме быта большая телемастерская. По гарантии могли бы сделать, но у Лукьяна гарантийная пломба вскрыта, так что пришлось бы платить. Думаю, рублей в пять-десять обошлось, если бы он согласился недельку обождать.

— Знаю я, как в той телемастерской чинят, — отмахнулся я. — Если надо, чтобы хорошо сделали, купюру в пять рублей телемастеру придётся сверху выдать. За срочность тоже доплата положена.

Паша кивнул, соглашаясь, а в это время у него в мозгах начали прокручиваться правильные шестерёнки.

— А я сам телевизор привёз, сам нашёл проблему, потом целый час запчасть подбирал и из микросхемы извлекал. В итоге оперативно всё сделал и после пяти часов помогу Степану его в грузовик загрузить. А потом ещё и Лукьяна придётся неделю вылавливать, чтобы он трёшник отдал.

— Ну вот ты сам всё понял. Паша, нельзя так работать. Ведь этот Лукьян, если что-то опять сломается, даже не связанное с тем, где ты ковырялся, скажет, что ты виноват, и потребует починить бесплатно.

Судя по тому, что я прочитал в мыслях Паши, подобное уже не раз происходило и ему приходилось чинить знакомым всё за просто так.

— Ладно, для своих близких друзей или родни можно всё чинить за так или по цене деталей. А просто знакомым, которых у тебя всё село и ближние населённые пункты на тридцать вёрст вокруг, надо твёрдые тарифы на ремонт установить. Разумеется, их стоит до разумного порога повысить.

— И на сколько повышать?

— Выезд посмотреть аппаратуру — от рубля до трёшника, в зависимости от расстояния. Если надо привезти сюда или забрать, пусть сами с транспортом заморачиваются. А сам ремонт считай в зависимости от стоимости запчасти и затраченного времени. А это не меньше двух-трёх рублей в час. Если так, тебе этот Лукьян не три рубля должен, а червонец. Столько с него и проси.

— А если никто не согласится столько платить? Скажут, что я жмот.

— Пусть тогда в город везут. Там такой же ремонт с дорогой и надбавкой за срочность рублей в двадцать пять обойдётся. Первое время твои знакомые начнут бурчать. Будут за глаза говорить, что Паша скурвился. А потом пару раз кто-то в город аппаратуру отвезёт — и всё на свои места встанет. Народ снова начнёт радиотехнику к тебе тащить и нормальную цену платить. А ещё они начнут тебя серьёзно воспринимать.

Паша был не дурак и понял, к чему я клоню. А ещё он в уме сразу посчитал, сколько заработает на своих обычных семи-восьми ремонтах в неделю. Сумма выходила в два раза больше, чем он имел с дубликатов билетов.

Вот только я не собирался на этом останавливать ликбез.

— А теперь насчёт билетов. Понимаю, смоленского киномеханика, чтобы он нормальные фильмы выбивал и привозил, надо финансово заинтересовать. Тот местный парень, что музыку крутит на дискотеках, тоже святым духом не питается. Да и твоей зазнобе кассирше Наде на помаду надо лишние деньги хоть иногда выделять. Ты с этих левых билетов больше двух третей им всегда отдавал. Это можно продолжать делать, но по уму.

Паша искренне удивился тому, что я отказался от требования прекратить мухлевать с билетами.

— И как это делать по уму?

— А просто. Выбирай раз в неделю самый кассовый день в кино и дискотеке. Смотри, чтобы именно в этот день кто-то приезжий в клубе не объявился, и делай деньги на билетах. Только не продавай два комплекта с одинаковыми номерами в один день. Сразу оговорюсь: эта схема сработает только если ты перестанешь на сеанс и на дискотеку по пятьдесят человек бесплатно запускать. А эти массовые заходы друзей любой проверяльщик сразу заметит. Кстати, те, кого ты не пускаешь в клуб бесплатно, наверняка на тебя уже не одну кляузу куда следует написали.

— Местные пацаны, с которыми я рос и в школу ходил, меня не поймут, когда я перестану их пускать, — пробурчал Паша.

— Все эти местные пацаны уже давно в армии отслужили, мужиками стали и сами работают. Свои семьи и дети у половины. Так чего они тогда на тебя сели, ножки свесили и за кино и дискотеку не платят? Паша, пора эту дикую вольницу гасить в зародыше, иначе она в нечто плохое выльется.

Рязанцев крепко призадумался, а я решил продолжить давить примерами.

— Ты думаешь, почему я своим гостям сам билеты покупаю, хотя могу как завхоз, тебя попросить их за так в клуб пускать?

— И как мне перестать всю родню и друзей за так пускать?

Паша тяжко вздохнул.

— Скажи, что больше по-старому нельзя, иначе в случае проверки и обнаружения нарушений, тебя под зад коленом из директоров вышибут. На руководство сельсовета и Жукова укажи, которые всегда билеты себе покупают. Настоящие друзья и тем более родня всё поймут и сопротивляться не станут. А вот к тем, кто продолжит давить и настаивать, советую присмотреться. Настоящие ли они друзья? И не хотят ли тебя просто использовать? Ну как те городские музыканты из ВИА «Песня-песня», которым ты по доброте душевной инструмент в вечное пользование выдал.

Последний аргумент заставил Пашу разозлиться и качнул весы в нужную сторону.

— Если устраивать подобное, то всё одним днём. Сегодня же попробую — пообещал он.

— А я рядом на контроле билетов стану и помогу особо непонятливых граждан обуздать, — пообещал я.

Я понимал, что это переведёт стрелки на меня. Все решат, что это я так плохо влияю на молодого директора сельского клуба. Вот только я как раз к этому готов. Прошлая жизнь показала: для всех хорош не будешь, а грамотное противоборство любому внешнему давлению приводит к рождению определённого авторитета.

— Интересно, с чего ты в этом всём так разбираешься? — спросил Паша Рязанцев, ещё раз показав, что не дурак.

— Учителя хорошие были, — уклончиво ответил я. — Чем больше у клуба дохода будет, тем меньше вопросов возникнет у всяческих проверяльщиков к тебе. Но несмотря на это, на одноразовую взятку всё равно надо рублей сто или двести в сейфе держать, но это в самом крайнем случае. Да и не каждому можно в СССР взятку сунуть. В остальном сельский клуб — это настоящий золотой прииск. При правильной организации работы можно будет постоянный доход иметь сразу с десятка направлений.

— Есть ещё что-то? — удивился Рязанцев.

— Да куча всего. Про ансамбль современной музыки, который ты хочешь создать, я буду молчать, пока инструмент не верну. А в остальном направлений движения куча. Начиная с самого простого — организации народной ярмарки на площади с блинами, песнями и плясками. Под её прикрытием ты можешь устроить реализацию деревянных поделок, которыми забит весь склад секции резьбы по дереву. Да там одних расписных деревянных ложек и резных табуреток с ларцами — тысячи на три. Если половину вырученных средств отдать Фёдору Кузьмичу на развитие кружка и выдачу детям за работу на мороженое, то вторая половина денег считай твоя.

— Ты думаешь, будут покупать медведей резных с орлами? Ведь этого добра в каждом доме хватает.

— Это тебе так кажется. Если Петухову отдать всю организацию художественной части и он справится, то всё обязательно получится. Пара-тройка ярмарок, возможно с выездом в город, — и всё будет реализовано.

— А ещё что-то предложишь? — спросил заинтересовавшийся Паша.

— Прямо на входе в клуб справа и слева два окошка, а за ними помещения. В левом, самом маленьком закутке — билетная касса. А в правом что-то вроде киоска. И он почему-то закрыт. Я заглянул внутрь: там прилавок, ящики с пустыми бутылками.

— Там ларёк «Пиво-воды» сделать предполагалось. Точка общепита колхозу принадлежит. На балансе вместе со столовой. Но оказалось, что нельзя продавать пиво во время дискотеки. Участковый Панфилов в первый же день лавочку прикрыл.

— Так если точка общепита на балансе есть, не обязательно там спиртное продавать. Невеста Степана Наталья стряпухой в столовке трудится. Знаешь, какие она вкусные пирожки с повидлом и беляши делает? А ещё я однажды пробовал её пирожные «картошка». Если прибавить к этому привозной лимонад, граждане, пришедшие после рабочего дня на просмотр кинофильма, будут сметать мигом всё, что выложат на прилавок. А это тоже доход для всех причастных. К тому же собственное мини-кафе привлечёт внимание аудитории.