Атомщик. 1939 (СИ) - Емельянов Антон Дмитриевич

— И на Антонова постоянно наговариваешь, — согласилась с ней Аня. — Если ты все-таки собралась пойти на его проект, то стоит, наверно, относиться к нему не как к злодею.

— И не как бука, — хихикнула Таня, отчего у нее на щеках появились еле заметные детские ямочки.

Как же не будешь тут букой… Ирка вздохнула про себя. Одна блондинка, вторая — с ямочками, как тут чувствовать себя спокойно? Впрочем, для дела будет только полезнее, если ее и Антонова не будут считать союзниками. Она же тут не развлекается, не ради удовольствия… Ирка рассмеялась в ответ и на свои мысли, и на слова подруги. Сегодня они были уже свободны, но завтра Флеров сказал, что снова будет их ждать, чтобы довести до конца расчеты и отвезти на завод первые задания по прокату труб для будущей системы.

Ирка прошла через темный двор перед домом и впервые не вздрогнула при этом. Просто забыла, просто было не до того.

Глава 14

Вчера засиделся у Флерова и чуть не забыл зайти к Попкову. Спасибо агенту Романовой: та нашла меня по телефону, чтобы убедиться, что сегодня ночью я вернусь в общежитие, а я обрадовал ее задачей встретиться с председателем Ленгорсовета и вместе проследить за доставкой нашего груза. Не идеально, но хотя бы о проблемах я так точно узнаю. А еще выпала пара свободных часов. Сначала думал заглянуть в гости к Курчатову, закрепить, так сказать, знакомство, но Жора расстроил, что тот еще не вернулся из Академии наук. Что ж, у меня тогда оставался еще один должок, который стоило закрыть.

Четыре дня я в этом мире, три ночи в общежитии — формально две, но то, что я сам не пришел вчера, вовсе не отменяло условий сделки… Саныч подкармливал меня, как и обещал. А я в свою очередь давал слово, что не вылечу и верну долг. Вот и пришло время. Помня о проблемах с электричеством и закрытыми магазинами на Лесном, я решил закупиться в ближайшем продуктовым прямо рядом с институтом. После того, как во время поездки по центру города я видел шикарные стеклянные витрины «Главрыбы» и «Главмяса», я чего-то подобного ожидал и от других магазинов.

Увы, внутри обычного дома барачного типа меня ждали такие же деревянные полки, весы с гирями и не очень дружелюбный взгляд женщины из-за прилавка.

— Пока не отгружаем товар, — сходу огорошили меня.

— Почему же? — я оглядел витрины, с которых, собственно, и нечего было отгружать.

Двойственность ситуации с продуктами в Ленинграде уже не первый раз меня удивляла. Где-то они были всегда, где-то появлялись наплывами.

— Приемка товара, — продавщица поджала губы. — Или ждите минут сорок, или идите, куда шли. Вы же студенты вечно куда-то спешите.

Я на самом деле собирался уже покинуть это столь гостеприимное место, когда в глубине подсобки мелькнула знакомая фигура. Сразу стало немного интереснее. Усмехнувшись, я обошел магазин, и действительно за ним стоял старенький, но аккуратный ЗИС, с которого выгружали ящики с продуктами под присмотром вчерашнего знакомого из Еврабзема. Оказывается, их щупальца дотянулись уже и до розничной торговли, вот только…

— Александр Абрамович, — помахал я рукой старшему из колхоза. — Рад вас видеть. Или не рад? Учитывая, что вы здесь, а не у Попкова, то мы не договорились?

Мужчина, еще мгновение назад насмешливо поглядывающий по сторонам, чуть не подпрыгнул.

— Антонов! — он отбросил в сторону недокуренную сигарету, но все-таки взял себя в руки. — Вы тоже не в Ленгорсовете.

— Там есть председатель. Да и куратора из НКВД я отправил. Более чем достаточно людей. А вы?

— Мы тоже. В смысле, отец решил, что с вами будет полезно иметь дело и поехал сам лично обо всем договариваться.

— Вот и прекрасно.

— А вы… — взгляд Хотянова заметался из стороны в сторону. — Тут из-за меня?

— Скорее, просто в магазин зашел, а у них пересменка. Сказали, нужно подождать.

— Так, может… — колхозник просиял. — Я сам вам отгружу, что нужно?

В этот момент та самая продавщица, что отчитывала меня минуту назад, выглянула на улицу и теперь с вытаращенными глазами следила за происходящим. Наверно, для нее лично верхом успеха было бы получить сверток продуктов напрямую от одного из старших колхозников. А вот мне выглядеть бедным родственником никак не стоило. Не из гордости, а потому что в деревне, почти как в Африке, нравы простые. Сильных слушают, сильным готовы отдать свое и бесплатно, а вот со слабыми, даже если выгодно, дел никто иметь не станет.

Так что если и принимать подарки, то так, чтобы Хотянов ну никак не смог почувствовать себя после этого благодетелем. А вот злость пусть чувствует сколько угодно. Ради дела даже полезно будет.

— Прекрасно, — широко улыбнулся я колхознику. — Тогда, чтобы мне не пришлось таскать продукты по городу, завезите их сразу в общежитие. Лесной двенадцать, дробь два.

— А что именно нужно? — Хотянов уже не рад был нашей встрече и своему предложению.

Очень хороший вопрос. Я оглядел запасы, сложенные в кузове ЗИСа — явно на несколько торговых точек. Мясо, консервы, овощи, способные пережить зиму, яйца… Несмотря на последнюю находку, от первой идеи приготовить Санычу шакшуку пришлось отказаться. А жаль, эта ближневосточная яичница могла бы оказаться неплохим напоминанием о молодых деньках в Африке. Готовится легко: просто много лука, помидоров, а потом пара яиц в эту жижу. И есть даже не можно, а нужно прямо со сковородки, как он любит. Но помидоров нет, а если заменять на пасту, то будет совсем не то…

В этот момент мне в голову пришла немного другая идея.

— Александр Абрамович, баранины случайно не найдется?

— Не разводим. Могу поискать курдюк, с лета вроде оставался, а так мы больше по свинине.

— Ничего, свинина тоже ничего. Как вы смотрите на то, чтобы завтра часам к семи заехать ко мне с десятью-пятнадцатью килограммами. Отца тоже берите. И еще кое-что по списку. А с меня готовка и приятная компания.

Я решил, что из обещанного ужина можно сделать нечто большее, чем просто возвращение долга. Тем более, есть блюда, которые по своей сути объединяют людей.

— А не слишком ли это… — Хотянов замялся.

— Что?

— Звать гостей и кормить их ими же принесенной едой.

— Вы, наверно, редко выезжаете из Ленинграда. На востоке, блюдо которого я хочу вам показать, считают, что важно не только что, но и как, а главное, кто готовит. Так вы переломите со мной кусок хлеба?

— Конечно, — решительно кивнул Хотянов.

Замершая в дверях магазина продавщица только взгляд переводила с него на меня да обратно. Кажется, от удивления она даже забыла, а зачем, собственно, выходила. Смешно. Я поймал ее взгляд и прижал палец к губам, мол молчи и дальше, отчего та сразу побледнела и убежала обратно. Даже интересно, какие мысли в этот момент мелькнули у нее в голове. Впрочем, мне было не до того.

Составил Хотянову список продуктов, а потом поспешил в общежитие: первых гостей на завтра я уже пригласил, теперь надо было заняться и остальными.

— Александр Петрович, добрый вечер, — поздоровался я с вахтером, как и в прошлые дни сидящим за кроссвордом. Кстати, только сейчас задумался, а как же давно они появились.

— Антонов, и тебе не хворать, — тот поднял взгляд только на мгновение, просканировал пространство на наличие запрещенки и снова вернулся к своему предельно важному занятию.

— А хотите анекдот про Чапаева? — понизив голос, предложил я.

— Анекдот? — Петрович поднял голову и даже отложил газету.

— Убегают Василий Иванович с Петькой от белых, — начал я без долгих предисловий. — Оторвались немного и решили спрятаться. Петька как более молодой залез на дерево, а Василий Иванович в кусты. Но белые их все равно нашли, вытащили Василия Ивановича и давай бить. Минут десять били, устали, решили отдохнуть. Петьке стало жалко Чапаева, он и говорит: а давайте поменяемся. Я вам помогу наверх залезть, а вы внизу сядете. В общем, они поменялись, а тут белые силушку восстановили, вернулись и говорят. Так, того, что внизу мы уже били, давайте теперь за верхнего возьмемся.