Большая игра (СИ) - Выборнов Наиль Эдуардович

— О делах, — ответил я. — О выборах, и о том, как я могу помочь Рузвельту.

— Ну он тебе что-то хорошее сказал? — спросила она.

— Да, хорошее, — кивнул я. — Очень хорошее.

Однозначно хорошее. Потому что сам факт знакомства с таким человеком как Фарли, был очень удачным. А уж если учесть, что он ко мне позитивно настроен…

Глава 14

И только я приехал в клуб на Малберри на следующий день, как началась суета. Когда Марчелло привез меня, я обнаружил у входа целый грузовик Форд Модель АА, и водителя, который ругался с одним из моих помощников. Водитель говорил, что ему приказали привезти сюда этот груз, а помощник говорил, что ничего не знает.

Когда он увидел меня, то сразу же повернулся и махнул рукой:

— Дон Лучано! Мы звонили вам, но ваша жена сказала, что вы уже уехали. Вот, привезли что-то, говорят нам, а мы ничего не знаем.

Ну да, они в действительности ничего не знали же по поводу того, что нам агитационные материалы привезут. Я никого не предупредил, да и поздно было, клуб уже был закрыт.

— Агитация? — спросил я.

— Да, — произнес водитель, поправив кепку. — Мистер Фарли распорядился, чтобы доставили к вам. А этот говорит, что ничего не знает и разгружать не даст.

— Разгружайте, — сказал я.

— Хорошо. Наконец-то.

Марчелло, подошедший ко мне, сунулся было в машину, повернулся и сказал:

— Дон, мы полдня провозимся. Тут же целый грузовик этой агитации.

Я заглянул. Ну насчет целого грузовика — это он соврал, примерно половина. Но в действительности это много, очень много. И куда я должен это деть, в самом деле, для моих столовых и ночлежек столько не нужно.

Я огляделся и увидел группу мальчишек, которые играли чуть в стороне. Их было человек пять, и они гоняли мячик прямо по тротуару, не обращая внимания на проезжающие мимо машины. Но делали это аккуратно, так, чтобы не лишиться снаряда, который у них наверняка был один на всех.

— Эй, carusi! — обратился я к ним.

Они повернулись, и один из них быстро заговорил со мной на итальянском. Наверное, не так давно переехал сюда из Италии.

— Дон Лучано, — сказал он. — Вам нужна какая-то помощь?

— Да, — кивнул я. — Разгрузите грузовик, занесите все внутрь и сложите аккуратно. Получите по доллару. И по… — я повернулся к помощнику. — Выпечку уже принесли?

— Да, — кивнул он.

— По доллару и по сладкой булочке.

Они переглянулись, после чего тот, что говорил со мной — похоже, вожак компании, сказал:

— Мы быстро справимся, дон Лучано. Только можно будет мячик занести, чтобы не украли?

— Можно, — кивнул я.

Вся компания отправилась к грузовику, хозяин мяча отнес его в социальный клуб, и они достаточно шустро взялись за дело. Вытаскивали коробки и стали тащить их в помещение.

Эксплуатация детского труда вроде бы? Но на самом деле я им щедро плачу, очень даже. Доллар — это для них крупная сумма, на доллар можно позволить себе полноценный обед в кафе. А мальчики выглядели совсем не богатыми. А так смогут себе новый мячик купить — у этого, вон, грыжу видно уже, совсем запинали.

— Далеко пусть не несут, — сказал я. — Нам потом это все равно по машинам загружать. И да, сегодня клуб закрыт, никого не пускать, у нас сегодня слишком много дел.

— А если просители придут? — спросил Марчелло.

— Пусть приходят завтра. Сегодня не до того.

Я вошел в помещение клуба и первым же делом отправился к стойке. Взялся за телефон, поднял трубку, подумал немного, после чего набрал номер офиса Костелло. Тот ответил почти сразу — похоже, что уже тоже был на месте.

— Фрэнк, это Чарли, — сказал я, жалея, что сейчас еще нет определителей номеров, а уж тем более мобильников с адресными книгами. Надоело уже начинать разговор с того, чтобы представляться. Вроде влился во время, а при этом все равно некоторые вещи продолжают бесить.

— Чарли, — ответил Костелло. — Как прошла вчерашняя встреча?

— Отлично, — ответил я. — Договорились о том, что мы поможем им с агитацией, а они помогут нам. Обзвони управляющих наших столовых и ночлежек, пусть приезжают сюда, у нас целый грузовик агитации, и его надо развезти и расклеить. И пусть на машинах приезжают.

— Хорошо, — ответил Фрэнк. Ну, нормально, что я на него это дело свалил, не дону же в самом деле всех обзванивать.

— Да, и мне тут Фарли намекнул на еще несколько вещей. Сказал, что хочет расширить сотрудничество. Если тебе позвонит еще кто-нибудь из демократов — сразу звони мне. Или сюда или домой, я не планирую пока отходить.

— Понял.

— И еще. Пришли кого-нибудь, у тебя ведь тоже социальный клуб. И обзвони тех из «наших друзей», у кого есть социальные клубы. Агитация там лишней не будет.

— Хорошо.

— Все, до связи, — сказал я и положил трубку.

Подумал немного. Ладно, с ночлежками, столовыми и социальными клубами разобрались. Сейчас парни постепенно начнут приезжать, разбирать агитацию, потом расклеят у себя, и обязательства будут выполнены. Но это не все, что я обещал — я обещал еще и помощь с профсоюзами. А значит надо вызвать к себе Лепке, Анастазию и позвонить Мангано. Его я вызвать к себе не имею права, но думаю, телефонного звонка будет достаточно.

Сперва я решил набрать Мангано. Номера не помнил, но посмотрел его в записной книжке, которую постоянно таскал с собой. Сейчас все номера не запомнишь, я только самые важные заучил наизусть.

Набрал номер, и тут пришлось немного подождать. После чего трубку взяли, и в ней послышался голос Винсента:

— Слушаю.

— Привет, Винсент, это Чарли, — сказал я. — Мне нужна твоя помощь.

— Помощь? — спросил он. — Конечно, помогу, чем смогу, Чарли.

— На носу выборы, а у нас есть соглашение с демократической партией. Они готовы помочь нам, если мы поможем им с выборами.

— Да, я слышал, что ты общаешься с ними. Так, а я чем могу тебе помочь?

— Винсент, у тебя есть выход на профсоюз докеров. Можешь намекнуть им, что будет лучше, если они проголосуют за правильного кандидата? За Рузвельта?

— Конечно.

— Если нужно будет, я заплачу, — решил я добавить веса своей просьбе.

— Не надо, Чарли, — ответил он. — Я и так понимаю, что это касается всей Организации. Ты ведь не только для себя стараешься, так что сделаем все в лучшем виде.

— Хорошо, — подтвердил я. — Спасибо, Винсент, рад, что ты готов помочь.

— Всегда, босс, — ответил он. — Кстати, хочешь узнать, что стало с этим ублюдком Скализе?

— Не особо, — сказал я. — Главный вопрос — он больше нас не побеспокоит?

— Сомневаюсь, что оттуда, где он оказался, у него это получится.

— Вот и отлично, — кивнул я. Убили Скализе, скорее всего, самым мучительным образом из возможных. Но судя по тому, что в газетах не было информации о том, как нашли труп одного из влиятельных гангстеров, тело они спрятали. — Спасибо. Да, пришли ко мне человека, у меня тут образовалось немного агитационных материалов. Я буду рад, если их развесят в доках.

— Куда?

— В мой социальный клуб.

— Приедет сегодня.

— Спасибо, Винсент.

— Удачи тебе, Чарли.

Я положил трубку. Потом сделал еще два звонка, вызвал к себе Анастазию и Лепке. И только после этого налил себе кофе и отправился за стол. Сел и какое-то время тупо смотрел на мальчишек, которые заносили коробки с агитацией. Гора все росла и росла. Что-то они реально перестарались, куда мы все это девать-то будем?

Ладно, придумаем что-нибудь. Никто не мешает нам, скажем, расклеить их по той же Маленькой Италии. И для этого можно использовать тех же самых мальчишек. А обмануть они не обманут, потому что знают, кто я такой.

Это вообще достаточно интересное ощущение — смотреть на обычных людей, и понимать, что никто из них не решится никогда тебя обмануть. Просто потому что знают, какое наказание за этим может последовать.

Хотя на самом деле это страшные вещи.

Я позволил себе сделать паузу на кофе и сигарету. Заметил, что подошли несколько стариков, которые, похоже, решили заняться обычным для себя делом — просиживанием штанов и игрой в бриск. Но Марчелло отправил их прочь. Никто ругаться не стал, просто ушли.