Повторная молодость (СИ) - Кобозев Валерий

Пожалуй, в этом плане лучше опереться на «Самоцветы», они и по зарубежным гастролям катаются – там и на английском языке можно будет спеть…

И так, Юрий Маликов, надо с ним связаться и подкинуть ему несколько песен «Модерн Толкинг».

Начал записывать русские тексты и ноты песен, их «переводы» на английский язык. Исполнил на гитаре, пропел на русском и английском, с ним у меня было все в порядке – в прошлой жизни собирался бизнес расширять за границу, свободно общался на нем, преподавательница, которая вернулась из Великобритании, поставила мне правильное произношение. Правда в той жизни мне это не пригодилось, может в этой пригодится?

Мне хотелось бы, чтобы западные слушатели полюбили песни из СССР, но для этого их надо петь на английском языке. Это будет продвигать нашу культуру на Запад, сближая нас. На запись наиболее популярных песен «Модерн Толкинг» ушла неделя, я каждую песню исполнял на русском и английском языках, доводя исполнение до максимального сближения со звучанием оригинала, который звучал в моей голове.

Отдавать эти песни Томскому симфоническому оркестру не хотелось – не та фактура у него. Да и в Европу им не попасть. Поэтому только «Самоцветы» во главе с Маликовым-старшим. Будут ребята валюту зарабатывать для страны…

Тут же в голову прилетело – ФБР получает помощь СССР для компартии США.

Блин, надо эту лавочку прикрывать! Суслов там все деньги тратить на помощь папуасам и «коммунистам» США и других капстран.

Сел за стол, отрыл чистую тетрадь и начал писать биографию члена руководства компартии США, Чайлдса Морриса (при рождении Мойше Чиловский), который с 1952 года был агентом ФБР под номером CG 5824-S.

Вновь завербованного агента привлекают к операции "Соло". Целью операции является вскрытие финансирования из СССР. В 1958 году Моррис едет туда за финансами для поддержки Компартии США. Деньги он получил. За все время (совершил 52 поездки в СССР) около 28 миллионов долларов США. Также бывал в КНР, где встречался с Мао Цзе Дуном. Даже встречался с Фиделем Кастро. Ездил он и в другие социалистические страны.

Каждую купюру фотографировали. Отслеживали на что она пошла. При этом все средства Моррис получал в США у советских дипломатов. Таким образом, ФБР контролировало и советскую резидентуру.

Благодаря Моррису американские спецслужбы знали многое о международной деятельности СССР. Мог рассказать о настроениях в советском истеблишменте. Так как встречался с Хрущевым, Брежневым и другим советскими высшими руководителями тет-а-тет.

Его поддерживал Суслов, с которым он познакомился в 1929 году, когда его отправили учится в Международную ленинскую школу марксизма-ленинизма в Москве. Учили также и шпионской деятельности. Подружился он с преподавателем Сусловым. Тот будет поддерживать его всю жизнь.

- Да, это будет удар между ног Суслову… Врага наживу, однако… - размышлял я про себя. – Но деваться некуда, надо обрезать эту нить.

Целый вечер ушел на этого ублюдка, запечатал тетрадь в конверт и утром отдал сопровождающему меня лейтенанту для передачи Андропову. От него пока не приходило разрешения покинуть Москву, вот я тут и тусуюсь. Сибаритствую можно сказать, питаюсь в ресторане ЦДЛ, только вот по Люсе соскучился… Да и вообще по женской ласке.

«Самоцветы»

Поехал искать «Самоцветы», надо с ними лично пообщаться насчет этих песен, пропеть им. Узнал о их местонахождении через КГБ – оно все знает и обо всех…

Приехал в одно из подразделений Москонцерта, нашел Маликова. Он только что пришел – репетиции у них начинаются с двенадцати часов. Представился, сказал, что написал несколько песен, хочу предложить им.

Маликов оживился, предложил пройти в студию. Там уже музыканты настраивали инструменты к репетиции.

- Внимание товарищи! Нас посетил поэт и композитор Валерий Крапивин, и привез новые песни для нас! – громко объявил Маликов и пригласил меня к микрофону. Я взял гитару, попробовал строй, и начал петь первую песню «Две души два огня», и сразу перешел к английскому варианту You're My Heart You're My Soul.

Когда я закончил, в студии была тишина.

- Я не профессиональный певец, тут еще нужны клавишные, ну и ударные – куда без них – сказал я в свое оправдание, думая, что песня не зашла музыкантам. Может её время еще не пришло.

- Ой, да что вы! Классная вещь! Но настолько непривычно! Берем? – спросил Маликов у музыкантов.

- Берем! – нестройным хором ответили они.

- Ну тут у меня еще десяток песен в подобном стиле, я бы назвал его диско – танцевальная музыка – сказал я облегченно и передал партитуры Маликову. – Песни зарегистрированы в ВААП, исполняйте спокойно.

Маликов взял песни, мы обменялись телефонами, я дал ему телефон как томской квартиры, так и московской – сказал, что у знакомых останавливаюсь.

На этом попрощался и ушел, провожаемый удивленными взглядами музыкантов – такой молодой парень, а уже такие популярные песни написал.

Я вернулся в свою служебную квартиру, выжатый как лимон – встреча с такими знаменитыми музыкантами далась мне не легко.

Через неделю мне позволили вернуться в Томск, видимо еще долго будут переваривать мою информацию. Но позвонил Маликов и пригласил меня на прослушивание моих новых песен. Я приехал, прослушал. От исполнения «Модерн Толкинг» было далеко, я попытался скорректировать его. На мое удивление, музыканты послушно меняли те моменты, которые по моему мнению, не вписывались в композицию. После недели совместных репетиций совпадение с исполнением оригинала было почти стопроцентным, но со своей изюминкой. Я особенно предупредил Маликова, что англоязычную версию надо исполнять именно в такой аранжировке, а вот с русскоязычной версией можно экспериментировать. Музыканты хорошо знали английский, и произношение у них было приличное – пришлось их только чуть-чуть поправлять.

Март 1974

Я пожелал им удачи и улетел в Томск. Надо было наверстывать учебу – уже март начался, а я еще на занятиях не появлялся. Мне позволили пройти лабораторные работы самостоятельно, ну а конспекты лекций я взял у Кости Малашкина, нашего самого усердного студента, переписал их в свои конспекты, писать от руки я теперь могу сутками.

По английскому мне еще на первом курсе поставили автомат, так что оставалось сдать несколько коллоквиумов по вышке и физике, что было сделано в течение апреля.

Неожиданно пришла в голову информация об открытии нефтегазовых месторождений Тенгиз и Кенбай в Западно-Казахстанской области в 1979 году. Сел за описание этого нефтегазового бассейна, хотя там уже открыто несколько месторождений нефти и газа. Информация будет полезна – на несколько лет раньше введут в эксплуатацию эти месторождения. На это у меня ушла целая неделя – много месторождений пришлось описывать.

Потом обратил внимание на Сахалин – там в будущем будет открыто много месторождений нефти и газа, продукция с которых в основном экспортировалась в страны Юго-Восточной Азии:

в 1977 году месторождение Одопту;

в 1979 году — Чайво

в 1984 году — Лунское

в 1986 году — Пильтун-Астохское

в 1989 году — Аркутун-Дагинское.

Подробно описываю эти месторождения, их подробные характеристики, их географические координаты. Указываю на их экспортный потенциал для стран Юго-Восточной Азии и Японии. Это заняло почти неделю – находил на время между учебой.

Вновь прилетело: Нефтегазоконденсатное месторождение имени Владимира Филановского — открыто в 2005 году на шельфе Северного Каспия, названо в честь нефтяника Владимира Филановского. Извлекаемые запасы нефти — 129 млн тонн, газа — 30 млрд кубометров.

Месторождение имени Юрия Корчагина — открыто в 2000 году на шельфе Каспия, названо в честь бывшего секретаря совета директоров «ЛУКОЙЛа» Юрия Корчагина. Эксплуатация месторождения началась в 2010 году.

Восточно-Мессояхское месторождение — расположено на территории Тазовского района Ямало-Ненецкого автономного округа, в 250 километрах от Северного полярного круга. Извлекаемые запасы по оценкам 2024 года — более 477 млн тонн нефти и газового конденсата и более 175 млрд кубометров природного и попутного газа.