Вперёд в СССР! Том 4 (СИ) - Глебов Виктор

— Возле завода «Электросила». Это в Ленинграде. Сейчас скину координаты. И контакты группы, которая его вела. Они ещё там, ждут.

— Значит, у них подробности таинственного исчезновения и узнаем, — сказал я.

Терминал пикнул, оповещая о том, что Дима скинул координаты для перемещения.

Быстро собравшись, мы загрузились в бронированный «панцирь» и покатили, набирая скорость.

— Куда прикажете вас доставить, дорогие товарищи? — обратился к нам Бурундуков. — Самое время пронзить пространство и время, чтобы не тратить бензин. Да и я так понял, что мы торопимся.

Я назвал ему координаты.

— В Ленинград, стало быть… — задумчиво проговорил Бурундуков. — Приходилось мне там бывать, и не раз. Хороший город. Дома с колоннами, скульптуры повсюду. Пространства много. Мне понравился. И недалеко от нас, — добавил он.

В этот момент перед нами открылся портал, и броневик ворвался в сверкающую и переливающуюся фиолетовым, зелёным и оранжевым воронку. Нас окружили пульсирующие вихри, и мы понеслись по извивающемуся тоннелю — как по водным горкам в аквапарке. Только машина при этом словно стояла на месте, и менялось лишь то, что было вокруг.

И вот нас выбросило на другом конце созданной Бурундуковым червоточины. Едва колёса «панциря» вступили в сцепление с асфальтом, автомобиль покатил по широкой улице, по обе стороны которой возвышались «сталинские» дома. Эту архитектуру узнать несложно: монументальные здания этажей по девять, с каменными балконами и фигурными пузатенькими балясинами, а также высоченными арками, созданными словно для того, чтобы сквозь них могла пройти средних размеров яхта. Не знаю, есть ли в Союзе люди, которые могут себе такие позволить, но, по идее, должны быть. Мысль, что этакую роскошь можно приобрести на рейтинговые баллы, меня почему-то позабавила. Хотя почему нет? Разве это не справедливо? В конце концов, чем честный советский человек хуже какого-нибудь олигарха?

— Добро пожаловать! — довольным голосом объявил Бурундуков. — Московский проспект. Правительственная трасса, между прочим. Раньше за передними линиями домов почти ничего не было — трампарк да склады. А теперь застроили, конечно. Любо-дорого посмотреть!

Над девятиэтажками, подтверждая его слова, торчали высотные здания. Некоторые тянулись на две-три сотни метров. Архитектура была разная, но стиль монументализма сохранялся. На многих зданиях висели красные флаги.

Слева от нас показался едущий навстречу трамвай. Бордовый, очень футуристичный, с боковой загрузкой. Он походил на здоровенную гусеницу из металла и стекла. Двадцать девятый номер.

— Достопримечательности, к сожалению, не осмотрим, — проговорил Бурундуков, сворачивая направо и загоняя машину на большую стоянку перед торговым центром. — Хотя — как дело пойдёт. Может, и прокатимся. О, кажется, это наши, — он указал на группу мужчин, стоявших возле двух припаркованных чуть дальше автомобилей.

Бурундуков остановил наш броневик рядом с ними.

— Оставайтесь здесь, — велел я Гаспаряну, шофёру, Курцу и остальным штурмовикам, а сам вылез наружу.

Трое оперативников ждали меня. Выглядели они серьёзно, хотя одеты были неприметно. Видимо, специально ради слежки постарались. Только натренированный глаз мог определить, что под мятыми плащами, ветровками, мешковатыми джинсами, кепками и стоптанными кедами скрываются профессионалы.

— Владлен Громов, — представился я, демонстрируя удостоверение. — Руковожу операцией, частью которой вы стали. Докладывайте, что удалось выяснить про объект и почему упустили.

— Потоцкий, — представился один из оперов, сразу дав тем самым понять, кто в группе главный.

Фамилии остальных называть не стал — в этом не было необходимости.

Потоцкий выглядел удручённым. Извиняться и оправдываться не стал, сразу перешёл к делу:

— На вид — обычный гражданский. Вёл себя спокойно, перемещался без попыток установить, нет ли хвоста. Такие вещи мы сразу замечаем. Человек то перед витриной остановится, но за углом задержится, то в трамвай вдруг запрыгнет в последний момент. Вышинский ничего такого не делал. Даже не обернулся ни разу. Впечатления профессионала он не производил. Мы вели его до торгового центра, — Потоцкий показал большим пальцем назад, где возвышалась сверкающая стеклом и пестрящая вывесками громадина. — И там дошли с ним до кинозала. Он взял билет на «Приключения маленького атомохода». Детский фильм, и выбор показался мне странным. Ленту показывали в одном из залов, я отправил за Вышинским Леонида, — при этих словах Потоцкий указал на высокого, коротко стриженного брюнета справа от себя. — Пришлось потратить пару минут, чтобы билет купить, так что объект вошёл в кинозал первым. Брать его там мы, конечно, не собирались — нужно было дождаться, когда он окажется в безлюдном месте — но и из виду упускать не хотели.

— И что было дальше? — спросил я, уже примерно представляя ответ.

— Он исчез! — ответил Леонид мрачно. — Просто пропал. Наверное, открыл в туалете портал и переместился.

— Мы обыскали все залы и помещения, — кивнул Потоцкий. — Его нигде не было.

— Выходит, он вас всё-таки обнаружил, — сказал я.

Командир ленинградской группы мрачно кивнул.

— Вероятно. Но зачем такие сложности? Почему он просто не переместился? К чему было устраивать спектакль с походом в кинотеатр?

Вышинский, и правда, вёл себя странно. С другой стороны, вероятно, это был уже не человек. И в голове у него могло твориться, что угодно. И то, что группа себя обнаружила — плохо. Очень. Вышинский — внеспектровый портальщик и свалить мог куда угодно. В прямом смысле. Хоть в другое полушарие. Как его теперь искать? Где? И вернётся ли он в Ленинград или ускользнул от нас навсегда?

Конечно, оставался вариант, что Вышинский слежку не заметил и переместился по совершенно иной причине. Тогда можно подождать, пока он объявится на работе. Но что-то сомневался я, что всё так просто. Зачем ему было телепортироваться из кинотеатра, если он не пытался уйти от группы захвата?

Получалось, я напрасно отлучился, да ещё и нескольких сотрудников отдела прихватил?

Нет, Вышинского нужно было найти. Нельзя так просто сдаваться.

Я связался с Аксёновым.

— Как дела, шеф? — быстро спросил зам, едва взяв трубку. — Взяли Вышинского?

— Нет, — ответил я. — Он исчез. Ушёл от слежки. Судя по всему, переместился.

— Значит, зря скатались? — голос Аксёнова звучал разочарованно.

— Пока не факт. Будем искать. Если Вышинский своим побегом себя выдал, и он эмиссар, то упускать его нельзя. Каждая из этих тварей должна оказаться либо в боксе, либо на том свете. Но я хотел спросить, как у вас там дела.

— В полном разгаре, — с энтузиазмом сообщил Аксёнов. — Некроды бьются, как звери, но у нас тоже не слабаки. Ещё и пушки эти с рунами просто чудеса творят! Жаль, вы не видите! В общем, из-за сопротивления часть Башни разрушена, так что учёные наши будут, конечно, недовольны. Они наверняка изучать тут всё стали бы. Но кое-что им всё же достанется. Главное же — удалось захватить командира эмиссаров! Живым, шеф! Его уже поместили в стазис и повезли в штаб.

— И ты молчал⁈

— Виноват, шеф, — смутился зам. — Хотел доложить по завершении всей операции. Да и дёргать вас не…

— Ладно, это отличная новость, — перебил я. — Продолжайте зачистку, только не сметите там всё до основания. Нам нужно установить роль Башни во всей конструкции некродов.

— Понял, шеф! — воспрял Аксёнов. — К сожалению, твари сопротивляются до последнего. Сдаваться они, кажется, не умеют. Из-за этого и разрушения.

— Теперь я сам с тобой свяжусь, — сказал я. — Через некоторое время. Жди.

— Принял.

Зам сообразил, что его звонок может помешать поискам Вышинского, так что спрашивать ни о чём не стал.

Я гордился успехом Спецотдела. Не мне одному принадлежала заслуга. Людей готовила куча инструкторов, настоящих профи, а без рун Курца всё вообще могло повернуться иначе. Но я, как ни крути, тоже руку приложил. Главное же — результат. Вторая успешная операция подряд говорила, что мы на верном пути, и давала надежу на то, что так будет и дальше.