Оборотни Сибири, или Пленница медведя (СИ) - Кац Лира

В уголках глаз скопилась влага, я моргнула несколько раз, чтобы прогнать слезинку.

Папа остановился в двух шагах от Гордея.

Весь клан и гости стоял на площади и в полном молчании следили за нами. Никто не произнесет ни звука, пока таинство бракосочетания не состоится. Помимо общих клятв, согласия и обмена кольцами, существовал еще один ритуал. Древний, как сам мир. Принятый только в этом клане. Поэтому и регистратор из своих. Чтобы не было лишних свидетелей.

— Клянусь всегда защищать тебя и наших детей.

— Клянусь быть твоей верной парой и спутницей до конца своих дней.

Я знала, как будет, но все равно вздрогнула. Гордей взял мою ладонь полоснул по ней когтем, проявившимся на доли секунд. А потом провел по своей ладони и скрепив наши руки воедино, смешав кровь, поднял их вверх.

Все видели, как по обеим рукам потекла тонкая струйка крови.

Ритуал состоялся.

Я стала настоящей женой одаренного.

Главы клана.

Своей пары.

Любимого.

В ту же минуту площадь озарили радостные крики и поздравления. Теперь начиналось веселье. Чуть дальше от арки были расставлены столы, нагреты жаровни. Клан веселился и гудел.

— Ты такая красивая, Аль. — Мариша, обнимала меня сквозь слезы. — Как это было трогательно! Какой красивый обряд.

— Пфф. — рядом фыркнул брат. — Девчонки. Аль, украду тебя для мамы.

Мы подошли к моим родителям, они были счастливы, я видела это по их лицам. Мама обняла меня, всплакнула.

Гости веселились и танцевали еще долго. Гордей, приказав бете следить за Мариной, чтобы никто не причинил девушке вреда, повел меня в дом. Но с безопасностью сестренки отлично справится отец, потому что он уже некоторых парней от нее отвадил.

Сегодня должна состояться наша первая брачная ночь с Гордеем. Не сказать, что я волновалась. Но мы столько времени не были вместе, а потом этот бой, я пролежала во сне Алекса, мы даже не разговаривали толком. Нужно всего лишь потерпеть, как и говорил папа. Скоро всё закончится и все отстанут.

Омегу другого клана я тоже не видела, слышала, ее держат взаперти, и не выпускают.

ГЛАВА 44

— Я к тебе, если не возражаешь. — Радмила присела рядом на ступени. — Вещи собраны. Я лично проконтролировала горничных.

Гордей набрал новый персонал.

Некоторые одаренные уехали из клана, таков их выбор. Кто остался присягнули на верность не клану, а нашей с ним семье. С этого года произошли большие перемены в жизни одаренных. По крайней мере, в жизни одного клана. Старейшины упразднялись. Гордей заявил на Совете, который состоялся на следующий день после свадебной церемонии, что в клане теперь не будет старейшин. Он — единственная власть в клане, и семья главы неприкосновенна. Никто не посмел возразить.

Завтра мы с ним уезжаем в медовый месяц. Настоящий отпуск без кланов, оборотней, врагов и друзей. Мы одни на целом острове.

Самолет отправляется только завтра вечером, а сегодня мы собираемся на семейный ужин. Сестра Гордея приехала на церемонию со своим будущим мужем, главой одного из московских кланов, он оказал поддержку на Совете. Радмила высказала предположение, что возможно взамен поддержки он попросил отдать ему Лину, и та согласилась. В любом случае, она не выглядела несчастной или его пленницей.

Мои родители и брат с сестрой тоже будут присутствовать на ужине. Они всё узнали, Егор и Марина свыклись с миром одаренных быстро, в отличии от мамы. Мама подозрительно смотрела на каждого, и не отходила от отца ни на шаг.

— Как думаешь, Марго нашла что-то стоящее?

Мы говорим о ведьме, потому что она заявила, что у нее есть новости относительно меня. Гордей ждет её до ужина, я тоже буду присутствовать при разговоре.

— Не знаю, теперь уже не имеет значения, но я хотя бы буду знать, кто мог заблокировать мою медведицу.

Как и ожидалось, Марго приехала за два часа до ужина. Гордей, я, мама и отец ждали её в кабинете.

Она рассказала нам о том, что нашла следы ведьмы, которая давала отцу лекарства от оборотов. Они и подействовали на первенца изначально, когда мама забеременела мной, он активно принимал средство. После моего рождения перестал, а потом ведьма увидела, что родилась одаренная, полноценный оборотень, а не полукровка, и она ничего ему не сказала, а провела старинный обряд отречения от звериной ипостаси на младенце.

На этих словах мама ахнула, а Гордей прижал меня к себе в защитном жесте. Теперь мне ничего не угрожает, но маленькой новорожденной девочке грозила опасность. Я ведь могла и не выжить после ее экспериментов.

Отсечения не произошло. Моя вторая сущность ослабла, но цеплялась за жизнь и тогда ведьма дала отцу еще одно средство, уверив его, что он должен поить меня им неделю.

Они ничего не знал. Не понимал, что она на самом деле желала, говорила ему, что это спасет мою жизнь, что я родилась неполноценной одаренной без второй ипостаси, и что долго без нее не протяну.

Он верил. И сделал всё, о чем она говорила.

— Её никто не видел с того времени, я думаю она сбежала в Латинскую Америку, в Бразилии жил её истинный. — Марго сделала паузу. Потом с сожалением глянула на меня и, бросив взгляд на главу, вышла. Отец сидел с каменным лицом, какой груз теперь лег на его плечи, он будет винить во всем себя.

— Пап, ты ни в чем не виноват. Слышишь? Ты ведь не подозревал, что ведьма клана тебя предаст.

— Я не должен был никому верить…

— Аль. — Гордей поднялся. — Оставим твоих родителей, они сейчас нуждаются друг в друге больше, чем в нас.

— Да, доченька. — мама обняла меня. — Я так рада, что у нее ничего не вышло. Я так люблю тебя!

— И я тебя, мама.

Мы обнялись еще раз, а потом я вышла вслед за Гордеем.

— Я уверен, она сможет его успокоить, оборотню важна поддержка пары. — обнадежил меня Гордей, я с беспокойством ходила по нашей спальне. Переживала за отца.

— Он теперь до конца своей жизни будет винить себя.

— Аль, не будет. Он всё правильно поймет. Важно то, что сейчас. Теперь ясно, что на тебя повлияло. Медведицу пытались вытравить, и природа взяла свое. В ней проснулся ген, который практически уже не встречается у оборотней. Быстрая регенерация, сила. У нас с тобой будет крепкое потомство.

— Никогда не привыкну, когда вы там говорите. Словно…

— Словно звери какие-то? — рассмеялся Гордей. — Иди ко мне, я покажу тебе, кто тут самый сильный.

Я ловко увернулась из его рук, но не отбегала, а сама обняла его за шею. Он только попытался снова сложить свои лапищи на моих округлостях ниже спины, как я шлепнула его по рукам.

— У нас скоро ужин, дорогой. Так что нет времени на… шалости.

Быстро поцеловала его в уголок губ и отодвинулась.

— Значит, шалости? — услышала за спиной и, улыбнувшись, вышла в коридор. Я уже слышала, как внизу в гостиной суетится Радмила.

Она так и осталась моей правой рукой, не захотела жить самостоятельной жизнью, предпочла быть рядом со мной. И я очень доверяю ей, и так же сильно люблю. Как сестру и подругу.

Ужин прошел великолепно, на нем не было моих родителей, но Гордей смог меня убедить, что там всё в порядке. Я заглядывала к маме, она с припухшими от слез глазами, уверила меня, что переживать не о чем, на ужин не придет, чтобы не задавали лишних вопросов. Отец мрачный как туча сидел у камина.

Посадил меня на колени, как в детстве, и крепко обнял.

— Папа, ты у меня самый лучший. Ты был со мной в самый важный момент, даже не думай, что я в чем-то тебя виню. Всё что было, уже прошло. Всё. Если зацикливаться на всём, что может произойти или происходила в вашем диком мире, можно и с ума рехнуться.

— Дочка! — нас обняла мама. — Как ты всё это только пережила, я жила и даже не представляла себе, насколько тяжело тебе было. Отец мог бы доверять мне чуточку больше. Рассказать о себе. Тогда я была бы готова всё это услышать и воспринять.

— Настя… — начал отец.

— Что Настя? — не переставая обнимать нас со спины, пробурчала мама. — Я уже пятьдесят лет Настя, ты мне настолько не доверял? Я даже свечки ставила за твое здоровье, ходила каждое воскресенье, когда ты ездил якобы лечиться.