Часовщик 1 (СИ) - Вайт Константин

— Первый раз вижу вживую талант в рунологии! — выдал маг.

Теперь уже я с удивлением смотрел на него. Вроде Максим сказал, что Матвей Фёдорович — известный рунолог и артефактор. Как можно быть артефактором, не имея таланта в рунологии?

— У вас нет таланта в этой области? — не удержался я.

— Нет. Но у основателя моего рода такой имелся. Было это почти два века назад. Благодаря своему таланту он заработал роду Колычевых баронство, — Матвей Фёдорович махнул рукой, демонстрируя кольцо.

— Зачем же заниматься рунологией без таланта? — От его слов мне пока понятней не стало. Рунология — сложная и муторная наука. Понять руну без таланта ужасно трудно и очень затратно по времени.

— Чтобы стать хорошим специалистом в любой науке, надо выбрать специализацию. У меня такая имеется. Мой род все двести лет собирал по крупицам знания. Род Колычевых накопил десяток уникальных рун, которые позволяют мне жить безбедно и цениться как специалисту. Но давай сначала о тебе поговорим!

Маг достал из своего, казалось, бездонного саквояжа тонкую папку с бумагами.

— Ты у нас Максим Андер. Найден без сознания чуть больше двух недель назад. Доставлен в больницу. Родственников не имеется, память потеряна, — он отвлёкся от бумаг и кинул на меня взгляд, — такое случается при магической инициации.

— Откуда у вас эта информация? — Не ожидал, что маг настолько серьёзно будет подходить к экзамену своего будущего ученика и даже соберёт обо мне сведения.

— В современном мире достать информацию на ученика интерната стоит всего десять рублей. Мне достаточно было твоей фотографии, которую я забрал с камеры Михаила, установленной в автосервисе.

— Н-да… — У меня просто не было слов. Никакой анонимности. Похоже, надо привыкать, что технологический мир, кроме плюсов, имеет и немало минусов, — так что вы хотели узнать обо мне?

— Какие руны ты ещё понял?

— Все общедоступные. Холод, тепло, огонь, молния, паралич и ещё штук пять, — припомнил я то, что попадалось из общедоступных в интернете и в магазинах артефактов. Руны простые, слабые и не такие сложные, чтобы возникали вопросы.

— Как? Вот главный вопрос. Как за такое короткое время ты без памяти о прошлом смог понять руны⁈ — Маг с подозрением уставился на меня.

Вот тут он меня, конечно, подловил, нечего сказать. За десять дней понять десяток рун и вправду невозможно.

— Мне кажется, я их просто вспоминал, — по сути, это действительно так и было. Мне не приходилось их заново постигать. Просто вспомнить, ощутить и понять.

— Значит, ты занимался именно рунологией до момента потери памяти?

— Получается, что так, — я развёл руками, — это проблема?

— Не знаю. Не хотелось бы оказаться в ситуации, когда вдруг объявятся твои родственники или прошлый учитель и заявят на тебя свои права! — Он недовольно поморщился.

— Думаю, если бы было кому меня искать, то уже бы нашли, — немного коряво ответил я.

Маг снова одел очки артефактора и взял в руки пластину с обогревом, внимательно всматриваясь в руну.

— Интересно, что ты не использовал руну огня, как сделало бы большинство начинающих магов.

Произнёс Матвей Фёдорович это таким тоном, будто собирался прямо сейчас начать читать лекцию о различии рун огня и тепла. Мне это было ни к чему. Я пришёл сюда за ученической печатью, а не выслушивать наставления.

— Руна огня подошла бы, но с ней пришлось бы поработать. Надо было бы точно рассчитать её размер. Уж очень она своевольна. А вот руна тепла гораздо проще, — таким образом я сразу дал понять, что в этом вопросе разбираюсь на достаточном уровне.

— Н-да… — На этот раз маг с любопытством глянул на меня. — Руна тепла у тебя странная, вроде и напоминает привычную, но что-то с ней не так. Похоже, мои подозрения подтверждаются: ты из семьи благородных, иначе откуда у тебя могут быть подобные знания? Во многих семьях хранятся руны, доступные только им.

— Мне нечего ответить, — я лишь пожал плечами, — но мы с вами уже обсудили этот вопрос. Если меня до сих пор не нашли, значит, или некому, или я просто никому не нужен.

— Наверное, это действительно не так уж и важно, — задумчиво протянул маг, — пожалуй, я готов вручить тебе ученическую печать, но есть определённые условия.

— Кто бы сомневался, — проворчал я себе под нос.

— Стать учеником мага — это честь! — пафосно заявил Матвей Фёдорович. — Ты должен ясно понимать, что это звание накладывает на тебя определённые обязанности.

— Я ещё не решил, стоит ли принимать подобную честь, — хмуро ответил я, — хотелось бы сначала услышать об обязанностях и о том, что мне даёт это звание.

— О, — улыбнулся Матвей Фёдорович, — тут всё стандартно. Я делюсь с учениками знаниями, а ты помогаешь мне в работе.

— Звучит просто, но вы же в Нижнем Новгороде, а я в Подольске.

— С сентября переедешь в Нижний. Там одна из лучших магических школ для рунологов. Расходы на учёбу я беру на себя. Жилье тоже предоставлю. У меня свой дом и флигель для учеников.

— Приемлемо, — кивнул я, — вопрос о помощи в работе: как оплачивается мой труд?

— Оплачивается? — Он изумлённо уставился на меня.

В принципе, я так и думал. Кому в голову придёт идея платить ученику за его работу? С этим я и сам уже сталкивался. Кажется, что это справедливо. Наставник тратит своё время и делится знаниями, а ученик отрабатывает эти знания, помогая наставнику. Правда, чаще всего на уровне «подай-принеси». Но я не уверен, что подобная роль меня устроит. Да и насчёт уровня знаний, которые мне может передать наставник, тоже сомневался.

— Да, оплата. Каждый труд должен быть оплачен. Так я себе это представляю, — лицо моего собеседника начало наливаться краснотой. Похоже, мне удалось вывести его из себя.

— Да что ты о себе возомнил⁈ — Маг всплеснул руками. — Быть моим учеником — огромная честь. Об этом мечтают десятки, если не сотни людей!

— Какое это имеет ко мне отношение? — безразлично парировал я. — Берите их в ученики. Кто вам мешает? — Видя, что Колычев закипает, и понимая, что наш разговор уходит из конструктивного русла, я поднял руки, останавливая грядущий взрыв. — Мне просто хотелось бы обговорить заранее все условия. Заниматься работой «принеси-подай» я не намерен. Мой уровень и знания вы оценили, а я показал вам лишь верхушку, сами понимаете. Если вы даёте мне то, чего я не знаю и не умею, я готов это отрабатывать, но если я делаю то, что стоит денег, и при этом опираюсь лишь на собственные знания и умения, согласитесь, подобная работа должна оплачиваться!

— Так не принято! — Матвей Фёдорович мотнул головой. Но мой монолог не прошёл впустую — дядька стал успокаиваться и задумался.

— Ты думаешь, что в какой-то области меня превзошёл? Я лично в этом сильно сомневаюсь, — он расправил плечи и взглянул на меня орлиным взором, — и даже в этом случае тебе придётся работать под моим надзором, чтобы я был уверен, что ты не допустишь ошибки. Ведь эти ошибки ложатся, в большей степени, на меня и на мою репутацию. Какой с тебя спрос!

— В этом вы правы, — пришлось согласиться мне, — но и рабом на галерах я не буду. Именно поэтому хотелось бы сразу всё обговорить. Начнём с работы в автомастерской. Михаил мне озвучил условия. На мой взгляд, они неприемлемы. Я один делаю всю работу, но получаю, по сути, копейки!

Вот мы и перешли к самому важному — к торгу.

— Копейки? По моим расчётам, ты за каждую руну будешь получать порядка пятидесяти рублей! Это огромные деньги для ученика. Даже если ты за месяц установишь десять рун, это пятьсот рублей. Сам подумай, где ещё ты столько заработаешь?

— Скажите, мастер, за какую плату вы сами поставите руну холода на коробку передач?

— Да меньше чем за тысячу я даже не посмотрю в её сторону, — фыркнул тот в ответ и сразу замолчал, — ах ты хитрец! — улыбнулся маг и вдруг как-то разом весь подобрел. — Ты мне нравишься. Нахальный такой пацан. Умеешь стоять на своём и хитростью не обделён. Ладно, ты, по словам Михаила, хотел сто рублей за руну?