Вперед в прошлое 14 (СИ) - Ратманов Денис

Девчонки поют:

— У младого капитана, все пошло под хвост коту! За коррупцию и взятку он поедет в Воркуту!

Донесся смешок директора — вот про Воркуту, которую я придумал, он понимает!

Следующая сцена: вальяжно прохаживается «мафия» в малиновом пиджаке. Играет музыка из «Марио» — Памфилов таки спас кассету! Выбегает Ян с гаечным ключом и начинает бить Райко. Бам — посыпались пачки долларов. Бам — полетели бумаги. Бам — выпала моделька машины. Бам — полетел на пол игрушечный домик. Райко стоял возле самого покрывала так, чтобы казалось, что все выпадает из него, а не мы выбрасываем.

Девчонки пропели:

— Воровал и разорял, чтоб озолотиться! Вот попробуй ты теперь с Марио сразиться!

Все спрятались. Памфилов надел маску серого глазастого инопланетянина, сверху — парик и очки и явил себя на суд народный. Двигался он боком, ломаными движениями, согнув руки и подергивая кистями.

Взрыв хохота чуть меня не оглушил.

И опять музыка. И снова Марио. Бац! Из гуманоида выпала игрушечная корова. Бац — собака, бац — посыпались куклы.

Перед тем, как запеть девчонкам, я услышал дикий гогот физрука, не удержался, выглянул из-за покрывала: смеялись все учителя, но больше всех — физрук, он аж заливался, топал и смахивал навернувшиеся слезы.

Дав учителям отсмеяться, девчонки запели:

— Долго-долго к нам в село прилетало НЛО, воровало люд, скотину, только все не впрок пошло!

Нас встретили более радостными аплодисментами, чем «вэшек». Памфилов посчитал, что это победа, обернулся покрывалом, будто суперменовским плащом, вскинул руку. Потом вышли все мы по очереди и, грозя гаечным ключом зрителям, туда-сюда пробежался Ян-Марио, собрал выпавшие деньги и бросил в зал.

Можно считать это триумфом? Голосование покажет.

Илона Анатольевна, классная руководительница «вэшек», подняла «девятку».

— Честно, я не все шутки поняла, но если даже мои девочки смеялись, значит, другим детям тоже будет смешно. К тому же оригинально, с фантазией!

Наверное, она бы поставила «десятку», но не хотела обижать своих.

Инна Николаевна тоже подняла «восьмерку».

— И я не все поняла. Но последняя сцена — просто… просто… очень хорошо.

Пока идем ноздря в ноздрю. Интересно, что наша Еленочка поставит, особа молодая и беспринципная.

— Десять! — беаппеляционным тоном заявила она. — Мне кажется, это именно то, что нужно. И шоу, и песни, и даже музыка, не говоря об игре актеров — на высшем уровне.

Я скосил глаза на Памфилова, он сопел, залившись краской, так и не скидывая покрывало-плащ.

— Согласна, — кивнула Вера. — Заслуженные десять баллов. Знаете, ребята, я много смотрю КВН, и то, что вы нам показали — это на уровне крутых профессионалов.

— Вы ведь сами писали сценарий? — уточнила англичанка.

— Конечно сами! — возмутилась Гаечка.

— А я не согласен, — заявил директор. — Клоунада какая-то. Только инопланетянин смешной.

Он поднял «пятерку». Аж зло взяло. Не ожидал от него такой подлости… Хотя чего это я, он судит честно, ему просто не понравилось — бывает! Чувство юмора очень индивидуально. Физрук, вон, вообще с глупости хохотал, чуть не лопнул. Все от него зависит, вдруг присудит нам два балла — из вредности, у нас ведь гимнастов не было.

Виктор Аркадьевич медленно встал и принялся перебирать таблички с оценками, ехидно щурясь, специально издеваясь.

Да, чувство юмора у каждого свое. Вот тебе кажется, гениально пошутил, а они не смеются! Инопланетянина показал стыдного — упали под столы. Илья с Памфиловым из-за него чуть не поссорились. Илья уверял, что это чушь и стыд, никто смеяться не будет, а Ден отстаивал свое детище. И отстоял как капитан команды, который лучше в юморе разбирается.

— Ребята, — наконец заговорил физрук, — я ведь сюда как на пытку шел. Не рассчитывал увидеть ничего смешного, а тут прям — до слез. Не буду вас больше мучить. Десять!

Наши все запрыгали, захлопали, начали обниматься. Физрук продолжил, когда мы немного успокоились:

— И знаете что? Я пойду на ваше выступление, потому что раз вы тут такое выдали, там зал будет хохотать до упаду.

— У нас не было готово приветствие, — признался Памфилов. — Все уже готово, кроме этого. Мы тоже все придумывали только вчера!

— Да, — кивнула Гаечка, — чуть не чокнулись с частушками.

— Взрослые такого не сочинят, — встала на нашу защиту Вера. — Потому что они не понимают, что за Марио, что за мафия, почему из инопланетянина выпала корова.

Я скосил глаза на конкуренток. Аня стояла, гордо вскинув подбородок, и в ее глазах блестели слезы. Она старалась, придумывала, для нее их сценка — самая лучшая, потому что они душу в нее вложили, и ей кажется решение судей несправедливым. Где есть победитель, там всегда есть побежденные, которым больно. И это ведь наши будущие одноклассницы! К тому же, у них есть то, чего нет у нас.

Потому я быстренько собрал наших в кучу, отогнал ближе к доске и прошептал:

— Давайте вэшек к нам в команду возьмем.

— На фига? — возмутилась Гаечка и скрестила руки на груди. — Я против.

— У них есть акробатки. Вы же видели, как многие на них реагировали. И танцовщицы. Они дополнят и украсят наши номера!

— Он прав, — потер подбородок Памфилов и обратился к Гаечке: — Есть что возразить, кроме «я не хочу»?

— Чтобы на базе их не было, — прошипела она.

Парни поддержали меня. Баранова и Лихолетова тоже посчитали, что «вэшки» будут полезными. Саша — умная девочка, потому не стала ставить условие «они или я», а просто смирилась.

— Капитан, иди учителям скажи. — Я подтолкнул в спину Памфилова, и он вышел на середину кабинета.

Учителя уже встали, начали расходиться, а он как крикнет:

— Господа! Товарищи! — Он подождал, пока все посмотрят на него, и продолжил: — Мне очень понравилось, как выступали девочки. Мне кажется, нашим командам надо объединиться, у них есть то, чего нет у нас.

Аня скрестила руки на груди и криво усмехнулась.

— И что же это?

— К… красота, — бесхитростно ответил Ден и покраснел.

Еленочка, математичка и физрук не стали дожидаться, чем дело кончится, ушли. А те, кому мы были небезразличны: Илоночка, Вера и Дрэк — остались.

— Нам надо посовещаться, — сказала Аня и подозвала девочек, что-то прошептала, они закивали.

— Мы согласны, — очень быстро ответила она.

Илона Анатольевна, Вера и Дрэк захлопали, все они смотрели на меня и понимали, что это именно моя идея, а не капитана команды.

Остался последний штрих. Я подошел к Ане, кивком предложил ей отойти и прошептал:

— Пожалуйста, чтобы никаких интриг, хорошо? Капитан команды — Ден. Сценарий у нас уже готов, он классный, его надо только подкорректировать. Если поможешь, будем благодарны.

Она кивнула без раздумий.

— И еще, можешь договориться с классной, чтобы она позволила нам сделать несколько прогонов на сцене в столовой?

— Конечно! — улыбнулась Аня и подбежала к англичанке делиться радостной новостью.

Потом мы все вместе убирали класс под присмотром англичанки и пытались найти общий язык с девочками. После того, как Ден сказал «красота», это стало несложно.

Глава 21

Восемь месяцев

Пока расставляли столы и стулья по местам, Илона Анатольевна взахлеб рассказывала, какой можно поставить замечательный номер, если добавить гимнасток. Наши девчонки споют частушки — покружатся танцовщицы в костюмах, людям такое нравится.

Девочки-гимнастки и танцовщицы особой радости не проявляли, они привыкли к выступлениям, а потусоваться с крутыми парнями им хотелось. Да, всех нас считали крутыми и бесились потому, что на праздник жизни их не позвали. И танцовщицы, и гимнасточки с интересом поглядывали на всех нас, кроме Яна — оценивали, взвешивали, выбирали. То и дело ловил на себе то один игривый взгляд, то другой.

К счастью, девочкам было не особо важно, кто из крутых парней их осчастливит вниманием, главное, чтобы — гарантированно. Димоны стеснялись, Кабанов присмотрел хохотушку Оленьку Воронюк — самую симпатичную, но она с ним играла — то кокетничала, то делала вид, что не замечает его, и у Санька взрывался мозг. Памфилов забыл Лику Лялину и акулой кружил вокруг белокожей черноглазой брюнетки Влады Новак, но это была холодная Снежная Королева. Рамиль работал по площади и одаривал вниманием всех, вокруг Райко вились все — он богатый! В двухэтажном доме живет! Петя это чувствовал, но от гордости раздуваться не спешил — боялся, что мы обидимся и изгоним его, ему с таким трудом удалось влиться в наш круг!