Осенняя жара (СИ) - Стрельников Владимир Валериевич

Кстати, сейчас через Узбой в Арал из Каспия вода почти не поступает, хватает северных вод. Но каспийский водяной сток не перекрывает, опять же, силы прибавилось и возможность позаигрывать со здешней хозяйкой есть.

А вот и она. На свалившемся в воду могучем некогда стволе расположилась сама русалка. Видная особа, надо признать. И очень красивая. Сильное красивое тело в чешуе разных оттенков зеленого, словно в дорогом гидрокостюме, очень красивое лицо, роскошные черные волосы, отливающие в изумрудную зелень. Девица крупная, надо сказать, с хвостом около трех метров, не меньше, если бы была человеком, то под два метра ростом вышло бы.

— Приветствую тебя, о прекраснейшая. — Прохор Прохорович умеет так, голосом. Сплошной мёд и елей. — Позволь познакомить тебя с новым смотрителем доменов, что окружают твое море. Аким Власов, мой вероятный преемник, возможно, через полвека.

— Рад приветствовать, прекраснейшая. — я поклонился. Надо сказать, что эти игры с темой преемственности начинают напрягать. Понятно, что через полвека или падишах помрет, или ишак сдохнет, но все-таки.

Русалка, однако, прищурившись и недобро смотрит на мой посох.

— Некрос? Прохор, ты кого ко мне привел? — Канышь резко повернулась к сидящему на ковре магу, взметнув волосы.

— Некрос, но частично. А так боевой маг-универсал, очень сильный маг, именно как боевой уже архимаг, не меньше.

— И что? Архимаг? Парень, ты так реально силён? Сможешь моё море уничтожить? — Русалка презрительно фыркнула. А зря.

— Могу. Так, больше тысячи кубокилометров. На километр пятьдесят литров антивещества, пятьдесят тысяч литров антивещества нужно. Гарантированно испарит Арал полностью. Но прекраснейшая и вреднейшая, тут взрыв такой силы будет, что планету с орбиты сдвинет. Такой хоккей нам точно не нужен. — Не только русалка, Силантьев в ахуе. А вот нехрен меня преемником обзывать.

— Бля… Аким, ну ты сучара. Расшифровал закл Деникина- Кутепова? — главмаг вытащил из кармана платок, и вытер вспотевший лоб.

— Ну да. Я же его трижды пользовал. Понял, что там портал открывается, и что-то закидывает оттуда сюда. Немного, но крайне убойное. Потом сопоставил, что любимая фишка русских магов — порталы, исчезла примерно в то же время, когда пошли массовые применения этого закла во время Великой Отечественной. Кстати, это была фантастически чистая ментальная операция — заставить всех забыть, как использовать порталы. Благо что пользователей почти не осталось. Потом моя Изенька сквозь мои щиты портанула, потом призрак меня водил порталами. Потом чертов япошка. Изя научила порталам, а уж источник антиматерии сам нашел, воспользовался наработками японца. Если честно — испытывал в космосе, побоялся на нашей планете. Портанул на Луну сто грамм антивещества, все приняли за падение астероида, помните же, на той неделе?

— Твою поперек. — Силантьев резко постарел, потом встряхнулся. — пофиг, у тебя итак допуска «Особая папка», ты почти архимаг и бригадир, молчун ты еще тот, конпирации тебя учить не надо. А Канышь-пери молчать умеет как рыба. Правда, солнышко? — Ласково-ласково обратился старый маг к прекрасной и сильномогучей русалке, которая от этого обращения поёжилась.

— Хватит меня пугать. Прохор, твой преемник что, на самом деле сможет уничтожить планету? — русалка глянула на меня, и чуть подальше отодвинулась.

— Я боевой маг, сударыня. Я дерусь, чтобы с нами, нашей страной и нашей планетой ничего не случилось. И Присягу давал, перед людьми и Богами. — Мир чуть дрогнул, подтверждая мои слова. — а уничтожить планету много ума не надо, тут скорее безумцем надо быть. И право слово, не тебе меня бояться, прекраснейшая. Очень надеюсь, мы подружимся. И позволь в честь знакомства пару подарков преподнести.

Я повернулся в седле, и под заинтересованным взглядом русалки вытащил из переметных сум свежайший торт «Пахта», бутылку «Талмор Дью» и небольшой ларец.

После чего с легким поклоном передал все это русалке. Та аккуратно, но поочередно приняла, чуть коснувшись своими руками моих. Интересные ощущения, тонкая и нежная прохладная чешуя. Как-то в Персидском заливе морскую змею в руках держал, ту, которая в сотню раз ядовитей кобры. Похоже.

Торту русалка явно обрадовалась, отпластав кусочек отросшим когтем, и отправив рот, аж зажмурившись от удовольствия. Умела свернула пробку с бутылки вискаря, прилично отхлебнула, и откусила еще тортика.

— Муррр. Сразу видно настоящего мужчину. Умеешь побаловать женщин. Прохор, ты мне торт прошлый раз принес полвека назад, кстати. — Пери глотнула еще вискаря, и открыла ларец. Замерла, захлопав изумленно глазами, и аккуратно вытащила из ларца черную диадему с большущим бриллиантом. Ну как бриллиантом, черный муассанит.

— Какая прелесть. Черное золото? Никогда такого не слыхивала. — русалка покрутила диадему в руках, наколдовала водное зеркало, и надела её на голову. — Ох. Аким, что это?

— Фактически, довольно неплохой компьютер, работающий напрямую с мозгом. Сейчас он активировался, примерно через сутки отладится связь и взаимодействие, можно будет даже в планетарную сеть выходить, через спутниковые группировки. — я поглядел на ошарашенную русалку. Ну да, на человеке такое испытывать кто бы мне дал. А русалка разумная нежить, точно не помрет. Легкий дискомфорт ей не помеха, а привычное состояние. Нежить постоянно испытывает дискомфорт, любая. Даже личи, но те умеют минимизировать его последствия. — если хочешь, можешь снять, и надеть через сутки.

— Вот еще! Такой у сестер точно нет! Спасибо, Аким! — Меня обняли и поцеловали, в щеку. Ну, ощущение непривычное, но не неприятное. Скорей, прикольное.

— То берегини его целуют, то русалки. — Силантьев фыркнул, и тут ожила его спутниковая станция.

— Травник Центру! Внимание! В саре Барса-Кельмес появилась неустановленная хтоническая тварь, предположительно Царевна-Лягушка. Еще раз, предположительно Царевна-Лягушка.

Блядь! Барса-Кельмес огромное солончаковое болото к западу отсюда, в зоне моей прямой ответственности. Там Хтонь, но малоактивная. Там, мелочь всякая вылазит, но далеко от болота не отходит, пустыня, все-таки.

Но Царевна-Лягушка это та еще тварь. Реально лягушка, но размером с небольшую гору. Метров триста высотой. Кинг-Кинг нервно курит в сторонке, и старается не отсвечивать. Притом еще эта тварюка обладает толстенной шкурой, которую бомба-пятисотка может и не пробить.

— Куда она движется? — Главмаг он и есть главмаг, в жизни видел много всякого дерьма, потоу не теряется.

— К Кунграду. — А вот это нехорошо. Город довольно большой, и недалеко. А хтонические твари любят людей. Есть любят. — На Яки подвешивают тактические ядерные бомбы. Две пары, страховка.

— Летим, Аким. Уебешь тварюга заклом, испытаем в деле. — Главмаг прав, взрывать ядерные бомбы здесь, относительно недалеко от городов, нехорошо. А закл радиационных следов не оставляет.

— Я с вами! — вскочила русалка на ноги. Когда успела перекинуться? — И уселась позади меня, прижавшись крепкой грудью к моей спине. — Ох и давненько меня так парни не катали. Ой как давно, А, Прош? Помнишь, ночь, пустыня, мотоцикл? Какой у тебя был?

— «Харлей» армейский. И не совращая мне парня, он только-только женился. Меня потом совратишь. — Силантьев взлетел, и полетел к той точке, откуда мы влетели в аномалию. — И кстати, дай парню допуск, они хулиганить точно не будет.

— Да дала уже. Жаль, только допуск. — И да, мне на астральную проекцию упала короткая шифрограмма, развернувшаяся в допуск в эту складку.

До хтонического чудища долетели за десять минут, за это время я успел рассчитать закл на те же сто грамм антивещества. Четыре мегатонны на супержабу хватит с гарантией.

— Гони летунов, дядь Проша! И берегите Глаза! Я врубил щиты на максимум, и бросил закл. В пяти километрах полыхнула ярчайшая вспышка, скрывая неторопливо ползущую тушу. И в щиты ударил воздух, спрессованный до прочности стали.

Интерлюдия четвертая

Интерлюдия четвертая