Меченый. Огонь наших сердец (СИ) - Савинков Андрей Николаевич

Прямо сейчас в Италии полным ходом шла подготовка к новым выборам, и чем они закончатся, было совершенно непонятно. Особой пикантности добавляло то, что коммунистическая партия Италии развалилась прямо в момент ведения боевых действий: часть ее членов посчитали, что раз они воюют с коммунистами, то сами коммунистами называться не могут. Другие начали призывать к созданию правительства национального объединения, но при этом от коммунистических идеалов отказываться не захотели, а третьи и вовсе начали вещать о скорой коммунистической революции уже в самой Италии. Короче говоря — тот еще цирк.

Очевидно, что в такой неразберихе понять, какова будет дальнейшая экономическая политика Италии — тем более с учетом наших с Дукакисом договоренностей — не смог бы вообще никто.

— Может сложиться ситуация, что нам придется полностью уйти из СССР, — после того как общее заседание было окончено, я сумел всех успокоить и объяснить, что с нашей стороны резких движений точно не будет, а уж с собственными правительствами все могут разбираться собственными силами, мы с Аньелли встретились тет-а-тет для более углубленного обсуждения уже двусторонних вопросов.

— Я вас предупреждал, что такое возможно. Ваше правительство — то еще сборище клоунов.

— Уж поверьте, господин Горбачев, я знаю это гораздо лучше вас, — Аньелли только пожал плечами.

— Что вы будете делать, если вопрос будет поставлен ребром?

Надо признать, что популярность СССР в Италии — впрочем, и США тоже — после небольшой войны изрядно так упала. Не только США бомбили север Югославии, но и мы тоже очень активно отвечали противникам по НАТО, отрываясь на доступной там территории Апеннинской страны. Конечно же, самой главной целью стал Триест — достаточно крупный двухсоттысячный город, находящийся буквально в десятке километров от границы с Югославией. Особых военных целей там не имелось, но… Короче говоря, город изрядно пострадал; в первую очередь там вынесли систему электрорспределения, а поскольку до трехкратной резервации в капиталистической Италии в отличие от коммунистического СССР никто не додумался, эта часть страны на долгих три месяца оказалась фактически отрезана от благ цивилизации.

— Честно говоря, хотел у вас сначала поинтересоваться, — итальянский промышленник скривился, будто укусил кислый лимон. Как уже говорилось, и до войны экономика Италии отнюдь не блистала, а трехмесячные боевые действия вкупе с фактической импотенцией правительства уже по разным подсчетам обошлись стране в дополнительные 50 миллиардов долларов. В эту сумму подсчитали как затраты на сами боевые действия, вместе с полученным ущербом от советских ракет, так и упущенную в будущем прибыль и все прочие аспекты. Немало, с учетом общего бюджета Италии на 1989 год в 450 миллиардов; было понятно, что кое-кому придется затянуть пояса.

— Мы не собираемся забирать ваше производство. — На этот раз Аньелли прилетел в Ленинград, постаравшись избежать большой огласки, поэтому по городу мы не гуляли, ограничившись «посиделками» за чаем. — Можно попробовать провернуть вариант с продажей компании с опционом на последующий выкуп за ту же цену. Скажем, в течение двух лет. Ну или открыть юрлицо где-нибудь в Сингапуре и перевести право собственности на него. Вариантов много, вы главное не волнуйтесь, мы в отличие от американцев слово умеем держать.

— Это радует, — покачал головой итальянец.

Насколько мне известно, вообще вся история с вводом итальянских войск в Словению была инициативой достаточно узкого круга людей в правительстве, которые фактически поставили всех остальных перед фактом. Сначала направили на ту сторону небольшие подразделения спецназа, потом для их поддержки выдвинули подразделения альпийских стрелков, а потом уже что-то менять было поздно. Пошел информационный накат в стиле «вы что, хотите предать наших солдат» и «за что гибли наши дети». Классика жанра.

— Ну, вам в любом случае — грех жаловаться. Вы, говорят, получили от правительства серьезный заказ на производство техники для армии.

— Если его не срежет следующее правительство. Еще до войны только на обслуживание госдолга было заложено 9% от ВВП. Теперь с поднятием ставок и оттоком капитала из страны будет еще больше. Кому-то придется брать в руки «большие ножницы» и резать расходы.

— Ничего, на армию американцы вам дадут кредит, на это у них всегда найдутся деньги.

— Но ведь и закупать оружие они заставят американское, — Аньелли продемонстрировал, что отлично понимает, как работает западная экономико-политическая система и кто в ней реальный бенефициар.

Вообще вот так в двух словах описать последствия короткой трехмесячной европейской войны было достаточно сложно. Слишком уж многих она зацепила. Например, наши ракеты еще в самом начале конфликта «зашли в гости» на нефтяной терминал в Триесте, который являлся стартовой точкой нефтепровода TAL, идущего через Австрию в Южную Германию, и это вызвало резкий взлет дефицита топлива — ну и его цены, естественно — в указанном регионе. На этом удалось заработать венграм и чехословакам, которые, естественно, быстренько предложили свой товар на замену.

Про наплыв беженцев даже упоминать смысла нет. Даже без словенцев только внутри Италии с места на место временно были вынуждены переселиться больше двух миллионов человек. Бежали в основном в самые первые дни, когда не было до конца понятно, начнется ли полномасштабная война или все ограничится локальной перестрелкой. Паника была такая, что люди начали всерьез разбегаться из больших городов, куда в любом случае прилетит «ядрен-батон».

И тут, конечно, порадовали французы. Это просто отдельный анекдот, с такими союзниками никаких врагов не нужно. В самом начале ноября на прием ко мне напросился французский посол и передал мнение своего президента Ширака о том, что в случае эскалации Париж не будет принимать участие ни в каких действиях, направленных против СССР. Договорнячок, в общем, лягушатники предложили, мол, если вы там будете воевать, то мы готовы занять нейтральную позицию. Умирать за торжество евроатлантической идеи на Елисейских полях почему-то не захотели, поразительное здравомыслие. Оказалось, что достаточно их хорошенько стукнуть, и чувство реальности быстро возвращается обратно на положенное ему место.

Глава 14−1  

О капитализме на пальцах и европейском национализме

12 февраля 1989 года; Москва, СССР

СОВЕТСКАЯ ЭСТОНИЯ: «Таллинфильм»: время прагматичных решений

Советская киноиндустрия продолжает уверенное движение по пути экономической эффективности. Полтора года назад Министерство культуры СССР приняло принципиальное решение: финансирование кинопроизводства — тогда, напомним, реформы требовали сами деятели киносферы — теперь напрямую зависит от зрительского спроса. Этот мудрый курс уже приносит плоды, отделяя подлинное искусство, востребованное народом, от бесперспективных проектов.

Яркий пример — ситуация с киностудией «Таллинфильм». За 40 лет существования она так и не смогла выйти из состояния хронической убыточности. Фильмы на эстонском языке, составляющие основу её производства, десятилетиями не окупались в прокате. Единственная кассовая удача за последние годы — фантастический боевик «Заклятие долины змей» — стала возможной лишь благодаря участию польских кинематографистов, использовавших мощности студии.

Для примера №2 по сборам того же 1987 года полнометражный фильм «Дикие лебеди» собрал всего лишь чуть больше 300 тысяч рублей при производственном бюджете в 640 тысяч. В 1988 году ни одна картина «Таллинфильма» и вовсе не вызвала интереса у зрителя.

Советский народ ясно выразил свою позицию, голосуя рублём: подобные фильмы не находят отклика в сердцах трудящихся. В связи с этим Министерство культуры СССР прекращает финансирование убыточного производства. Однако студия не закроется полностью — её мощности будут переданы «Союзмультфильму» в качестве филиала для выполнения задач центральной студии, без права на самостоятельное творчество.