Хозяин вернулся 2 (СИ) - Максимушкин Андрей Владимирович

— Марксистский проект с выведением новой породы человека во всех вариантах показал удивительно мерзкий результат. Мы сейчас видим и продукт франкфуртского варианта марксизма, слышим и отголоски советского прямолинейного продукта. Результат одинаков, ребеночек получился страшненьким и предельно ублюдочным, бездушным, — высказался начальник разведки флота. Павел Глебович повернулся к князю Николаю. — Николай Аристархович, один вопрос: какой результат вы хотите получить?

— Между «хочу» и «имею возможность» лежит пропасть. В этом случае, разумеется.

— Понимаю. Что вы ожидаете получить?

— На ближайшее десятилетие страны Центральной и Западной Европы будут заняты своими проблемами. Их влияние на мировую политику снизится до уровня Африки. При этом они не превратятся в проблему, но станут нашими покупателями продукции высокого передела, поставщиками технологий.

Полагаю, усилится поток иммиграции в Россию. После переходного периода получим достаточно цивилизованные государства, нейтральные страны в нашей внешней орбите интересов. Разумеется, не все при этом выживут. Конфигурация границ и число европейских стран тоже обсуждаемы. Национальный состав трудно предсказуем.

— Скажите прямо, неизвестны. Но нам это не интересно. Я правильно понимаю, государь? — начальник политической разведки генерал-лейтенант Менделеев бросил взгляд в сторону императора.

Ответом послужил короткий кивок.

— Вы предлагаете сделать ставку на правых консерваторов, центристов. Разумно, — командир ОКЖ Мамантов машинально стряхнул пылинки с рукава. — Я согласен с тем, что засилье левых социалистов к западу от Буга нам вредно. Одни неудобства, поток пропаганды, накачка наших собственных прекраснодушных идиотов оружием, методичками и деньгами. Но может быть действительно рассмотреть вариант: снизить миграционные барьеры, вывезти к нам тех, кто небезнадежен, с другой стороны подключить наших исламских вождей, сбросить туда балласт дикой нищеты из Передней Азии, окончательно превратить Западную Европу в кровесмесительную зеленую помойку? Пусть перебродит и перегниет. Через пятьдесят лет получим пустынные земли для колонизации.

— Я думал над этим вариантом, — Николай склонил голову.

Вопрос земель для колонизации животрепещущий. Все же население растет. Рано или поздно страна столкнется с перенаселенностью. Да уже проблема проявляется. Снизить рождаемость можно. Все технологии для этого есть и отработаны в колониях и на вассалах. Есть рабочие методики в окружающем мире. Все же понимают, что второй демпереход явление искусственное. Однако, результат будет таков, что врагу не пожелаешь.

Прежде всего депопуляция идет рука об руку со фатальным падением уровня развития людей. Да, снижение рождаемости, бездетность, ведут к массовой инфантильности, падению нравственности, деградации личности. Это все проходили. За границами наглядные примеры для тех кому нужна красивая картинка.

И это если забыть про экономику, ей тоже придется плохо. При старении населения промышленникам приходится затягивать пояса и сокращать производство. Лучше стабильный медленный рост. Что до территорий, через пятьдесят лет на планете их будет достаточно. В России уже присматриваются к Китаю, Южной Корее, Южной Африке. Прекрасные благодатные земли. Возможно, уже в этом столетии высвободятся долины Анатолии. В Турции европейские темпы падения рождаемости.

— Очень высокие риски получить постоянную головную боль, — Николай гнул свою линию. — Не думаю, что нам удастся отгородиться стеной от борделя с бедламом. Вся эта гадость полезет к нам, а нам придется вмешиваться, нести расходы и потери, чтоб варево не так смердило, чтоб к нам не летели ракеты и беспилотники.

— Как понимаю, большинство за вариант Николая Аристарховича.

— Не знаю, Павел Антонович. Давайте спросим, — по лицу и интонациям в голосе государя легко читался ответ.

Так и получилось, по стратегии больше вопросов не возникало. Только адмирал Ливнев в короткой речи усилил акцент, уточнил что с точки зрения его спецслужбы порядок у соседей предпочтительнее массовой резни неверных и волны техногенных катастроф.

— Господа, специально если кто надеется на наших муфтиев и имамов, — император решил добавить от себя лично. — Все они в ужасе от европейских и африканских мусульман. Для наших мусульман это все вокруг позапрошлый век, дикость палеолита. Надеюсь, слышали, Саудиты ограничили хадж в Мекку и Медину. Для паломников жесткие ограничения по срокам виз, усилены пограничный и криминальный контроль, апологетов джихада разворачивают без объяснений, «черный список» на сто лет включая всех членов семьи. Союзники считают, что эти мусульмане могут осквернить исламские святыни. Так что сами понимаете.

— Господа, предлагаю сделать акцент на ключевых европейских странах. От успеха с Францией, Германией и Британией зависит результат всей нашей стратегии. Остальные страны рассматриваем по остаточному принципу, — Николай перешел к практически вопросам.

— Мы можем больше, — парировал Гернет. — Есть интересные намеки на Исландию. Впрочем, времени и сил у нас действительно мало.

— С Исландией вопрос решенный, Петр Михайлович. Пока вы плели интриги, МИД решил все в лоб. Ледяная Страна ждет отмашку чтоб перейти в наш лагерь.

— Даже так? Очень рад, ваше величество.

Следующие минут десять главы спецслужб и разведок обсуждали тактику. Все крутилось вокруг методов воздействия на общество и выноса с арены социалистических и леволиберальных движений. Все сошлись во мнении что Польшу лучше не трогать вообще, только в рамках общего воздействия на Европу. Страна с больным прошлым и нереализованными амбициями, фантомными болями. Это лечится, но долго.

— Что у нас с каналами поддержки правых центристов? — в глазах начальника политической разведки сверкнули бесинки. — Хотелось бы отработать аккуратно, чтоб не дискредитировать их.

— А почему бы и нет? — вдруг заявил Николай. — Господа, иногда выгоднее действовать открыто.

— Поясните? — вопрос и просьбу высказал Мамантов, но интерес читался на всех лицах присутствующих. Только Гернет покачал головой, выражая согласие с князем.

— В этом мире для всех адекватных европейцев, христиан именно Российская Империя светоч во тьме и камень в алтаре Небесного Иерусалима. Мы пример и образец справедливого христианского либерального государства. Мы маяк для настоящего созидающего национализма. Простите за пафос, — стеснительно улыбнулся князь Николай. — Нам куда выгоднее не скрывать свои интересы, а прямо открыто поддержать здоровые силы в Западной Европе.

— И тем самым перейти на новый виток противостояния. Мне нравится, — на лице Петра Гернета заиграла улыбка самодовольства

— Тогда надо организовывать встречу, — подвел итог император. — Николай Аристархович, полагаю вы только разворачиваете свои силы. Господа, прошу скоординировать ваши ведомства и все организовать.

— Мы пока не знаем с кем работать в Британии, — политическая разведка имела свое мнение. — Есть интересные подвижки у правительства Стармера. Но при этом он лейборист и в целом выступает с деструктивной программой. Что до адекватной правой или центристской оппозиции, мы действительно не знаем с кем работать.

— Британия, это сложный вопрос, — позиция Ливнева не стала для Николая неожиданностью. — Ни я ни мои аналитики не можем найти в этой стране национально ориентированных дееспособных политиков. Хуже того, не видим такого запроса у национальных элит.

По взглядам и горестным усмешкам собеседников князь понял, что он не одинок в своем мнении.

— Не ищите негра в угольной шахте на Венере, — скаламбурил император. — Я не знаю, как такое получилось. Если у нас в нашем мире британцы хоть и отличались эксцентричностью, но их элиты не отрывались от корней, пусть и сохраняли дистанцию от народа как во времена Плантагенетов. У этих же все куда хуже. Николай Аристархович молод и пока не погрузился в тему, это преходящее. У этих англичан действительно элиты и народ суть разные расы. Думаю, все знают, на Острове четверть населения чужеродные мигранты из Азии и Африки. В стране полным ходом идет исламизация. Лондон не отличить от Могадишо или Дели. Мэры крупнейших городов совершенно чужды Англии и англичанам.