Метод Макаренко. Том 2 (СИ) - Кресс Феликс

Дверь дёрнулась. Кто-то взялся за ручку.

С моей стороны довольно неплохо просматривалась та часть кабинета, где находилась дверь. Поэтому мне не составило труда рассмотреть показавшихся в проёме трёх крепких типов в форме и с автоматами на изготовку.

— Чисто, — бросил один, обшарив помещение цепким взглядом.

Он посторонился, пропуская внутрь невысокого, плюгавого мужичка с блестящим островком лысины на макушке. Управляющий собственной персоной.

Михалыч (кажется так его называл Глеб) остановился в центре кабинета и принялся вертеться на месте, осматривая кабинет.

Я смотрел на него сверху, стараясь даже не дышать. Если он поднимет голову, если заметит криво висящую решётку, если ему в голову придёт идея проверить вентиляцию…

В какой-то момент его лицо исказила недовольная гримаса. Раздражённо дёрнув плечом, он упёр руки в бока и уставился на стол.

— Вот же корова безмозглая! — бросил он с чувством и подошёл к столу. — Сколько раз говорил ей, чтобы не трогала стол при уборке! Нет, обязательно сдвинет… Каждый раз одно и то же.

Он подошёл к столу и рванул столешницу на себя, с грохотом водворяя мебель на прежнее место. Я мысленно выдохнул. Спасибо, неизвестная уборщица. Я должен тебе пирожок.

Охранники молчали. Управляющий ещё раз оглядел кабинет, уже спокойнее.

— Всё в порядке. Здесь никого не было. — Он махнул рукой. — Я по-прежнему настаиваю на ошибке. Сигнализация старая, проводка — говно. Может, закоротило где? Или мышь пробежала. Мало ли.

— Может, — без энтузиазма согласился старший охраны. — Но проверить нужно. Коля, остаёшься здесь. На всякий случай.

Один из бойцов кивнул и отошёл в сторону, а старший вдруг поднял голову. Я почти физически почувствовал, как его взгляд упёрся в решётку. Он смотрел прямо на неё. Потом перевёл взгляд на стол, снова посмотрел на решётку.

Нехорошо. Медленно, очень осторожно я стал отползать от края. Каждый сантиметр давался с трудом. Я ждал худшего развития сценария. Сейчас он скажет что-то типа: «А ну-ка, проверь-ка там…» и придётся шуметь, прорываться с боем.

Но тут послышалось шипение рации, новый голос отрывисто бросил: «понял». Затем тот же голос проговорил уже громче:

— Командир, сообщили, что у ворот заметили движение.

Я не видел говорившего, не видел уже и самого командира. Зато я услышал быстрые шаги и короткую команду:

— Остаёшься здесь. И проверь вентиляцию.

— Принял, — отозвался, по всей видимости, Коля. Дверь закрылась, и шаги удалились.

Что ж, переждать не получится. Двинул вперёд, стараясь не шуметь. Сзади послышался скрежет — Коля открывал решётку. Я ускорился, насколько это было возможно.

Каждый метр давался с трудом. Шахта хоть и была старая, кирпичная, но тем не менее узкая, и дышать становилось всё тяжелее и тяжелее. Локти и колени ныли, а ещё приходилось толкать перед собой рюкзак, который то и дело цеплялся за выступающие швы, и подсвечивать себе путь фонариком.

Впереди показалась развилка. Если память меня не подводит, то мне направо, потом два поворота налево, потом прямо и уже там будет выход. Если ничего не изменили, конечно же. Сейчас я жалел, что мы тогда не продумали этот маршрут детальнее.

Я продолжал ползти, мысленно благодаря свою не самую выдающуюся комплекцию. Будь я в своём теле, хрен пролез бы вообще сюда. А вот тело Егора набирало массу неохотно.

Двигался я так до тех пор, пока впереди не показалась ещё одна решётка — моя остановочка. Подполз поближе и осмотрел помещение. Небольшое, забитое какими-то коробками. Дверь закрыта, людей нет. Вот и хорошо. Приступим.

Отодвинул рюкзак подальше и ощупал обратную сторону решётки. Пальцы нашли пружинные фиксаторы. Я надавил на каждый, стараясь не шуметь.

Один из них защёлкнулся обратно, пришлось поддеть его отвёрткой. Постепенно я освободил все крепления, затем аккуратно вытолкнул решётку наружу. Она чуть застряла, но после лёгкого толчка полетела куда‑то вниз.

Вот чёрт. Замерев, стал прислушиваться. Но никаких последствий падения не последовало. Путь свободен, наконец-то.

Сначала скинул на пол рюкзак. Затем стал протискиваться сам. Повиснув на руках, мягко спрыгнул на пол. Подхватив рюкзак, закинул его за спину и пошёл к двери.

Сейчас был тонкий момент. Если мне повезёт, то за дверью никого не будет, и я спокойно выберусь из здания, а там уже недалеко до лаза, который выпустит меня на свободу. Да и лишних жертв мне хотелось избежать.

Я прижался к стене рядом с дверью. Не повезло. За дверью слышались голоса и не один. Двое, может, трое. Говорили негромко, перебрасывались короткими фразами. Я прислушался.

— … да кому это надо, лезть сюда? Глухо же всё…

— Сказано — сидим, значит, сидим. Начальству виднее.

— Угу, виднее. А у меня жена дома ждёт, между прочим.

Курят. Я уловил сладковатый запах табака, просачивающийся в щели. Значит, расслаблены и не ждут нападения с этой стороны. Это хорошая новость.

Достал пистолет, передёрнул затвор. Выдохнул, успокаивая пульс. Медленно, плавно и без рывков повернул дверную ручку. Потом потянул на себя.

За дверью оказалось небольшое помещение. Что-то среднее между тамбуром и складским боксом. Вдоль стен стояли стеллажи, несколько ящиков, на полу — резиновый технический коврик. Прямо напротив видна массивная железная дверь с табличкой «Аварийный выход. Не загромождать». Метров пятнадцать до неё.

И трое охранников, как я и думал.

Они расположились ко мне вполоборота, курили и негромко переговаривались. Двое сидели на ящиках, третий стоял, опершись плечом о стеллаж. Все в форме, у двоих автоматы на ремнях, у третьего пистолет.

Первый — тот, что стоял у косяка, — увидел меня через мгновение после того, как дверь открылась. Его глаза расширились, рука потянулась к кобуре, а рот приоткрылся для крика. Я не дал ему шанса. Выстрел в бедро. Он закричал и завалился назад.

Второй, который сидел ближе всех, уже вскидывал автомат. Я шагнул вперёд, перехватил ствол левой рукой, задирая его вверх. Очередь ушла в потолок, бетонная крошка посыпалась на голову. Удар коленом в пах. Он согнулся. Я добавил рукояткой пистолета по затылку, и охранник обмяк.

Третий успел схватить автомат, но не успел снять с предохранителя. У него было две секунды. У меня — одна.

Я бросился вперёд, пригибаясь. Он, наконец, сдвинул флажок и нажал на спусковой крючок. Пули взвизгнули над головой, выбивая искры из металлических стеллажей. Я сократил дистанцию, ударил его стволом в лицо. Услышал хруст переносицы, кровь брызнула на форму. Он попятился, нажимая на спуск вслепую. Ещё одна очередь ушла в стену, потом автомат замолчал — магазин опустел.

Выбив оружие из его рук, добавил ногой в коленный сгиб. Он опустился на одно колено, а я довершил серию ударом локтя в висок.

Кажется, всё. Огляделся. Трое в минус. Слышны только стоны первого, который пытался зажать простреленное бедро, но воевать ему уже нечем, я отобрал оружие. Входная дверь была прямо передо мной, метрах в пяти. Свобода.

Я сделал шаг к ней, и в этот момент дверь слева распахнулась и внутрь ворвался ещё один охранник. Крупный, с короткой бычьей шеей, в бронежилете поверх куртки. В руках он держал короткоствольный автомат, направленный в мою сторону. Он бешено вращал налитыми кровью глазами, увидел меня, своих на полу и не стал задавать лишних вопросов. Вместо разговоров он нажал на спуск.

Твою ж… Я рыбкой нырнул за стеллаж. Пули врезались в металл, выбивая искры. Перекатился влево, прячась за какую-то бочку. Ещё очередь и бочка вздрогнула. Из пробитого бока зашипело, потянуло химией.

Наконец, наступила пауза. Охранник перезаряжался, я услышал щелчок сброса магазина.

Мой шанс. Я высунулся и выстрелил дважды. Первая пуля попала ему в плечо, развернув корпус. Вторая угодила в шею, чуть ниже кадыка. Мужик захрипел, выронил автомат и осел по стеночке, оставляя на штукатурке тёмный след.

Я вышел из укрытия. В ушах звенело. Тряхнув головой, перевёл взгляд на дверь. Нужно уносить ноги, пока на огонёк не заглянул ещё кто-нибудь.