Экстрасенс в СССР 3 (СИ) - Яманов Александр

Среди них я заметил пару парней из студенческого стройотряда. В отличие от грузинских шабашников, студенты московского вуза влились в сельскую жизнь быстро. Большинство парней и девчонок в брезентовых курточках с яркими нашивками и значками сейчас находились в зале и смотрели кино. Что неудивительно: многие приехали учиться в столицу из таких же маленьких городков и сёл, как наше захолустье.

Насколько я слышал, без тёрок с местными у стройотрядовцев не обходилось, но до драк дело если и доходило, то только один на один. Участковый Панфилов был на страже и быстро всё решал без тяжёлых последствий. В селе кипела обычная жизнь молодых людей, ещё не обременённых семьями и обязанностями.

Пашу я пару раз видел с парнями из стройотряда. Оно и понятно: директор тянется к приезжим, разбирающимся в современной западной музыке, а студенты — к нему как к человеку, отвечающему за досуг. Ну не может Рязанцев пройти мимо возможности завести новых друзей.

Фильм я раньше смотрел и знал наизусть, из-за этого в зале сидеть не захотел. Выйдя из клуба, заметил знакомый грузовик, из кабины которого появился Степан.

— Выходит, на кино я, как обычно, опоздал. Думал, этого Мюнхгаузена в семь крутить начнут, — произнёс водитель, протягивая руку для приветствия. — Лёха, ты Наталью мою не видел?

— Я ей с Ольгой билеты купил и на лучшие места усадил, — успокаиваю Степана.

— Народу много внутри?

— Битком в два слоя.

— Комедия уже час идёт, так что внутрь не полезу, здесь подожду. Наталья с твоей Ольгой наверняка на танцы захотят остаться, — предположил водитель и закурил.

Забавно, как быстро в селе меня связали с дочкой председателя.

— Стёпа, а что у нас в колхозе нового? — решаю малость поболтать, нам ведь стоять ещё минут тридцать.

— Как говорит Жуков, всё идёт по плану, но с осложнениями. Коровы доятся, урожай собирается, фураж заготавливается, областное начальство, как обычно, напрягается. Короче, всё как у нормальных советских людей.

Прочитав в мыслях Степана упоминание товарища Егорова, я невольно напрягся.

— И какой именно областной начальник председателя напрягает?

— Тот же, что и в прошлый раз, обкомовец с проседью в волосах. Тот, что два месяца назад учил нас жить и правильно ремонтировать технику, — хохотнул водитель.

— Неужели товарищ Егоров снова нарисовался?

Степан утвердительно кивнул.

— После его сегодняшнего звонка в контору Фёдор Михалыч весь не свой ходит. Я в сельсовете слышал, что товарищ Егоров выписался из больницы после операции, вернулся в Смоленск и теперь проверками нас замучит. Зато парторг Романов сразу оживился. Месяца полтора с больничного не вылезал, а сегодня снова в сельсовет явился со свежей информацией. Мы от него узнали, что Егоров в обкоме взял на себя обязательство курировать ремонт дороги и укладку асфальта до нашего села.

Эта новость не обрадовала. Вот значит, как получается. Тот, кто десять лет не позволял даже латать дорогу, мотивируя это отсутствием денег, вдруг возглавил стройку, когда дело сдвинулось с мёртвой точки. Боюсь, с таким куратором всё максимально затянется и, возможно, никогда не закончится. Похоже, придётся снова вмешаться.

Раздумывая о новых вводных, я заметил, как к клубу заворачивает знакомый «жигулёнок» красного цвета. Увидев Волкову, я чуть вслух не чертыхнулся. Сразу вспомнил, как ради соблюдения приличий пригласил её на танцы. А после сегодняшнего визита в гостиницу «Чайка» решил, что акула пера занята в Смоленске. Думал, не явится, а она взяла да приехала.

Подойдя к нам, Анастасия поздоровалась и закурила. Я сразу уловил загадочность, появившуюся в направленном на меня взгляде. Журналистку явно распирало желание о чём-то со мной срочно переговорить.

Стёпа воспринял поведение Анастасии по-другому. В его сознании промелькнули мысли о конкурентной борьбе за моё сердце. Несмотря на простоватый вид, водитель понял, что нам с Анастасией надо поговорить наедине. После нескольких дежурных фраз он отошёл к грузовику, сославшись на необходимость проверить зажигание.

— Настя, я сегодня заезжал к тебе после обеда.

— Мне сообщили. О чём хотел поговорить?

— Это уже неактуально.

— Лёша, у меня как раз всё актуально, — внезапно выдала Волкова, вытащив из своей объёмной сумки свёрнутый листок, и протянула мне. — Вот почитай.

Развернув бумагу, я увидел выписку из личного дела главврача областной клиники для душевнобольных. Сказать, что информация меня удивила, значит, сильно приуменьшить. К моему удивлению добавилась толика раздражения.

— Я же тебя просил не заострять внимание и не лезть в Гедеоновку. Настя, ты и правда делаешь всё наперекор?

Журналистка кивнула.

— Лёша, я хотела пройти мимо, однако решила заехать всего на пять минут и кое-что проверить.

— И что ты за пять минут выяснила?

— Извини, но пять минут растянулись на два дня, — призналась Волкова. — Видишь ли, когда я заметила возле центрального корпуса больницы знакомый автомобиль, то не смогла ограничиться осмотром территории. Пришлось задержаться, кое-кого расспросить, а потом порыться в смоленском архиве и навести справки.

Несмотря на то что я не мог читать мысли Анастасии, мой мозг сопоставил факты и подсказал, о какой машине она говорит.

— Ты говоришь о чёрном «Фольксвагене» и человеке в чёрной же шляпе, который на нём передвигается? — спросил я, и тут уже настала очередь журналистки удивляться.

— Но как? Неужели тебя посетило новое видение? — прошептала она.

— Нет, мне об этой машине и визите чёрного человека в коммуналку рассказал мой сосед Вовочка. Как раз после этого я хотел найти тебя и попросить пробить, кому принадлежит записанный им номер.

Вынув из кармана кожаного пиджака бумажку с номером, я протянул её акуле пера.

— Это несложно, сейчас покажу фокус.

Сунув руку в сумку, Анастасия достала сложенный лист бумаги и, словно фокусник, развернула афишу смоленского Дома офицеров. На ней я прочитал о прошедшем недавно выступлении Муслима Магомаева и Тамары Синявской. Далее шёл концерт ВИА «Весёлые ребята» и Юрия Антонова. А в самом низу афиши обнаружил то, что нужно:

Почтеннейшая публика! Спешите посетить единственное выступление известного в СССР и за границей гипнотизёра Арнольда Драбужинского!

Вам будет продемонстрирована сила внушения, полное затмение человеческого сознания и программирование личности на расстоянии.

Так просто? Один из тёмных соратников Аглаи — по совместительству известный гипнотизёр. У которого, кстати, буквально с минуты на минуту должен начаться концерт в Смоленске.

— Настя, ты сказала, что его машина тебе знакома. Но откуда? — поинтересовался я.

— Ещё во время учёбы я числилась внештатным корреспондентом в «Комсомолке» и свою первую заметку хотела написать о гипнозе и гипнотизёрах. Дед поддержал начинание, навёл справки и посоветовал обратиться к этому Драбужинскому. Я сумела до него дозвониться, он назначил встречу. Я приехала с фотографом-практикантом к его загородной даче. Кстати, она не меньше, чем у моего деда. Именно там я первый раз увидела эту машину.

— И как пообщались?

— Поначалу вроде всё шло нормально, но когда этот гипнотизёр узнал, кем является мой дед, быстро свернул серьёзную беседу. Перевёл разговор на цирковые темы. Отказался показывать на мне и фотографе действие гипноза. Рассказав несколько скучных историй, которые я даже записывать не стала, Арнольд просто отнял у нас три часа.

— И после этого ты решила, что гипноз — это полная туфта, рассчитанная на недалёких граждан? — догадался я.

Анастасия кивнула.

— Я наводила справки: этот Драбужинский даёт не более двух-трёх выступлений в год. Несмотря на то что в афише написано «всемирно известный», его никто не знает даже в СССР, кроме цирковых артистов и фокусников.

Оно и понятно. Зачем Драбужинскому известность? А деньги с его даром — не проблема. Загипнотизирует кого-то состоятельного, и тот ему сам принесёт. Не знаю, какое вознаграждение пообещала Аглая, чтобы упырь вылез из подмосковного логова.