Я медленно выдохнул.
— Когда-то я думал, что гильдия стоит на защите простых людей, — зло прошипел я.
Лирсен едва заметно улыбнулся.
— Я же думал, ты не похож на остальных представителей гильдии. А ты оказался даже хуже.
— Хуже? — он тихо рассмеялся. — Леонард, я и есть гильдия. Неважно, как её называют и кто стоит во главе. Они все подчиняются мне.
Его взгляд снова скользнул по комнате и остановился на Аделине.
— Знаешь, что я понял, оказавшись в Восточном квартале? — продолжил он. — Место, которое считалось самым удобным для контроля голосов, оказалось куда устойчивее, чем мы думали.
Мои пальцы непроизвольно сжались. Я почувствовал, как шершавое дерево стула под ладонью стало почти болезненно жестким. Мое желание отгородить Аделину от его речей было столь же велико, сколь велико мое желание спасти ее. Поэтому я сдерживался.
— Здесь уже была система, — сказал он спокойно. — Власть, которая держалась без чьего-либо участия. Я не сразу понял, кто ее удерживал.
Аббат старался выдерживать паузы, чтобы придать рассказу драматизма.
— Прошло много времени прежд, чем я понял, что сдерживающим фактором был мой ученик.
И снова повисла тишина,
— Точнее, я понял что Лев это Леонард позже, когда он вернулся в квартал и попытался остановить меня, сам не осознавая, что делает.
Я не изменился снаружи, но внутри что-то резко щелкнуло. Инстинкты кричали, что этот человек опасен. А мысли крутились вокруг того, что я снова проморгал самое важное.
— О, не кори себя Леонард. Ты всего лишь котенок среди настоящих львов, — словно прочитав мои мысли, подытожил Аббат.
Неужели я настолько плох? Или враг, действительно намного умнее и сильнее? Но вслух ничего не сказал.
Лирсен же, выждав паузу продолжил.
— Лев Восточного квартала давно погиб. Но его законы остались.
Я стиснул зубы.
— И я решил разобраться, насколько велик был этот человек, — продолжил он. — День за днём я пытался разрушить эту систему. Убивал, покупал, давил. Но она не ломалась.
Он посмотрел прямо на меня.
— А потом ты вернулся. И стоило тебе появиться в квартале, я сразу узнал, кто скрывается за призрачной дымкой воспоминания.
Он слегка усмехнулся.
— Забавно, но наши методы похожи. Мы оба инсценировали смерть, чтобы достичь результата. Это многое объясняет.
Я заскрежетал зубами. Его это забавляло.
— Я ушёл из прошлого мира так же, как и ты, — добавил Лирсен. — Только ты сделал это громче. Оставил след в виде закона. Я же — оставил голос.
Он чуть наклонился вперёд.
— А еще, в отличие от меня, ты был один. А я — никогда.
И в этот момент сбоку раздались шаги. Я не сразу повернул голову. Мы действительно могли кого-то упустить. Но дверной проём потемнел, и в него вошёл Хил.
Без прежней театральности и шика.
— Предатель, — произнёс я ровно.
Я ждал этого с первой встречи, но все равно был разочарован.
Он лишь лениво опёрся о косяк.
— Я же говорил, — спокойно ответил он. — Мне не нравится, когда полезные люди умирают.
Я сжал кулаки так, что в запястьях отозвалась боль.
— Кто это? — спросила Аделина, которая продолжала сохранять невозмутимое выражение лица и спокойствие в голосе.
Я ответил, не отводя взгляда.
— Король уродов.
Хил театрально склонил голову.
— Король дорог, — поправил он. — И предводитель цирка.
Он сделал несколько шагов вглубь комнаты.
— Договор выполнен, — спокойно произнёс Лирсен, даже не оборачиваясь. — Ты свободен.
Хил остановился на мгновение. Выставив перед собой меч, он оперся о него обеими руками.
— Ты прав, — произнёс он тихо.
И добавил:
— Вот только…
Сталь вспыхнула в свете камина. Движение было настолько быстрым, что казалось почти отсутствующим. Рука Лирсена с револьвером рухнула на пол вместе с оружием. Звук удара металла о дерево прозвучал окончательно.
В комнате на секунду стало ужасающе. Даже огонь в камине будто замер. А затем раздался душераздирающий крик, который заставил меня подскочить, а Аделину броситься помогать раненому.
Хил медленно выпрямился, убирая клинок, и посмотрел на меня, словно ничего не произошло. И буднично закончил мысль:
— Королю никто не указ.
Глава 73
Я среагировала мгновенно: вскочила со своего места, оторвала рукав и прижала его к ране, плотно сдавливая ткань, чтобы остановить кровотечение. Второй рукой резко перехватила его предплечье и зафиксировала положение, не давая сместиться и усилить поток крови.
— Ух, помоги! — крикнула я практически сразу, потому что он стоял прямо передо мной. А затем пробормотала, не поднимая головы и полностью сосредоточившись на повязке: — Зачем же было так?
Стараясь сделать оторванную ткань максимально плотной и ища, что ещё может пригодиться из того, что было под рукой, я слышала, о чём говорят мужчины, но не отвлекалась на этот разговор.
— Не обращай внимания, — спокойно бросил Леонард, даже не глядя на меня. — Она и змею, решившую её задушить, будет спасать.
Я на секунду сжала губы, но не ответила. По сути, он был прав. Я действительно бросилась бы спасать любого, кто оказался бы в опасности.
Мужчина, который отрубил Лирсену руку, усмехнулся:
— Люблю нелогичных. Тебе повезло.
Я не вмешивалась в их разговор. Всё моё внимание было сосредоточено на том, чтобы остановить кровь и контролировать дыхание. Главное сейчас — не допустить потери сознания. Но для этого нужно было окончательно перекрыть кровотечение.
Я быстро оценила обстановку и перевела взгляд на камин.
— Нет, — почти мгновенно отозвался Лирсен. — Не смей этого делать, ведьма!
— Вас никто не спрашивает, — резко ответила я и кивнула Уху на огонь.
Он уже поднял кочергу, но я остановила его:
— Нет. Не этим.
Оглядевшись, я заметила, что мужчина с мечом спокойно сидит и, будто ничего не произошло, полирует клинок.
— Это, — коротко сказала я, указывая на него взглядом.
Затем я взяла со стола бутылку и вернулась к ране.
Ух подошёл и, не спрашивая разрешения, забрал у мужчины меч. Тот лишь усмехнулся и даже не попытался его остановить.
Я обильно полила лезвие крепким напитком. Так себе антисептическая обработка, конечно, но выбора-то всё равно нет.
Ух поднёс металл к огню, удерживал клинок над пламенем, пока он не раскалился до нужного состояния, и только когда он покраснел, подал мне.
— Прикусите, — предложила я, протягивая ему свёрнутый кусок ткани.
— Вы не дождётесь моих криков, — спокойно произнёс Лирсен, когда я взяла инструмент.
Но стоило горячему металлу коснуться культи, как он всё забыл о своём обещании.
Комнату мгновенно наполнил запах горелой плоти. Кровотечение резко остановилось. Я не дала ему потерять сознание, удерживая состояние ровно настолько, насколько это было необходимо. Ух стоял рядом, фиксируя его тело, не давая дёрнуться.
Затем я оторвала второй рукав и быстро перевязала обожжённую культю, закрепляя повязку максимально плотно.
— Я тебе обязан, — произнёс Леонард.
Я на секунду подняла взгляд после того, как ситуация перестала быть критической. Леонард и мужчина с мечом стояли друг напротив друга.
— Будешь должен опять, — ответил мужчина.
Его взгляд на мгновение задержался на мне, но я уже проверяла повязку и пульс, не отвлекаясь.
Кровь больше не хлестала, лишь редкими толчками проступала сквозь ткань. Этого было достаточно, чтобы он не умер прямо сейчас.
Леонард подошёл и мягко, но уверенно отодвинул меня в сторону.
Затем сел напротив Лирсена, опираясь локтями о колени и слегка наклоняясь вперёд.
— Теперь ты расскажешь мне всё, что задумал, — произнёс он ровно.
— Или что? — хрипло усмехнулся Лирсен, морщась от боли. — Убьёшь меня?
— О, нет, — ответил Леонард.
Я почему-то почувствовала страх от тона его голоса.
