Метод Макаренко. Том 2 (СИ) - Кресс Феликс

Но кое-что я всё же решил уточнить:

— А с компроматом что? Вы его отнесли в полицию?

Маловероятно, конечно. Ведь Ларин на свободе. К тому же если смерть начальника полиции замяли, значит, у Ларина всё было схвачено к тому моменту. Николай Семёнович отрицательно мотнул головой в ответ на мой вопрос, подтверждая мои мысли.

— Никому не показывал… — Он помолчал. По его лицу было видно, что он колеблется, думает говорить что-то ещё или нет. — Но одному человеку я всё же показал. Зое. Пришёл к ней после похорон с бумагами и рассказал всё. Она, как увидала их, так вскочила и стала рвать их на мелкие кусочки. А потом налетела на меня, как рассерженная кошка. Стала кричать, мол, духу моего чтобы рядом с домом не было и чтобы молчал. Забыл обо всём, что прочитал в тех бумагах. Она тогда сама не своя была, за тебя боялась очень.

— И вы послушали её? — спросил я.

— Послушал. А куда деваться? Мать свою не знаешь, что ли. Но я не совсем пропал. Стал издали наблюдать за вами. Когда смекнул, что Зоя пошла по пути отца твоего, не выдержал и изловил её по пути с работы. Попытался отговорить её. Сказал, чтобы не лезла в это болото. Но куда там… Эта женщина если что-то втемяшила себе в голову, то уже не отступит.

— Это точно, — вздохнул я, отворачиваясь от старика.

Мне нужно было всё обдумать, и я это обязательно сделаю, а ещё расспрошу, хм, деда о компромате подробнее. Но после того, как спасу Сашу. Сейчас надо было подумать о следующем адресе, который мы с Игорем проверим. За окном машины уже виднелись гаражи, видимо, скоро приедем на место.

— Жаль, конечно, что компромат пропал, — проговорил я. — Сейчас он нам очень пригодился бы.

— Я не говорил, что компромата нет, — буркнул старик с заднего сиденья и, не дав мне и слова сказать, похлопал Игоря по плечу. — Тормози здесь. Мы приехали. Во втором ряду, четвёртый гараж с конца.

— Ладно, — протянул я. — Вы здесь сидите, я пойду один. И… Николай Семёнович, не пропадайте после никуда. Мы с вами продолжим наш разговор по поводу компромата.

— Только матери своей не говори ничего, — вжал голову в плечи старик.

— Ей будет не до этого.

Сказав это, я выскочил на улицу. Нужно спешить. Времени оставалось меньше сорока минут.

Гараж я отыскал быстро, и он был заперт. Хорошо хоть на обычный навесной замок. Кинув быстрые взгляды по сторонам, убедился, что вокруг нет никого, и достал пистолет. Пара выстрелов и путь свободен.

Пистолет убирать не стал, приоткрыл слегка дверь и заглянул внутрь. Чёрт, внутри темно и нужно переждать несколько секунд, пока зрение перестроится.

— Егор? — услышал я неуверенный голос матери, который вскоре сменился узнаванием. — Егор! Что это был за звук?

— Неважно. Здесь есть кто-нибудь ещё, кроме тебя? — спросил я, щурясь и вглядываясь в дальние углы гаража, которые терялись в темноте.

— Нет, я здесь одна. Он меня связал и сказал ждать. Егор, здесь какая штука с цифрами.

Спрятав пистолет, я вошёл внутрь и приблизился к матери. К моему немалому удивлению, мать выглядела совершенно спокойной. Как будто уже смирилась со своей участью, либо была уверена, что её спасут. Не знаю. Но её выдержке можно было позавидовать. Только лёгкая бледность выдавала её волнение. Возможно, осознание ситуации настигнет её дома, когда она будет в безопасности.

Неподалёку от неё я нашёл устройство, явно самодельное. Я не сапёр, не минёр и о взрывчатке имею очень поверхностные знания, но тикающие часы, кнопка и приклеенная полоска бумаги с надписью «нажми меня», помогли разобраться в ситуации.

— Егор, — позвала меня мать, когда я потянулся, чтобы нажать на кнопку. — А если это ловушка. Уходи. Не нужно и тебе погибать со мной за мои грехи. Я знала, что связываться с Лариным опасно. Видимо, пришёл и мой черёд.

— Не сегодня, — отвернулся я от матери и нажал на кнопку.

Да, существовал шанс, что Художник решил приколоться и взорвать нас к демоновой матери, но нет. Таймер остановился. Несколько секунд мы с матерью сидели, не дыша и смотрели на бомбу.

— Кажется, всё, — проговорила мать так, будто сама не верила в свои слова.

— Ага. — Я встал и подошёл к матери. — Давай-ка тебя развяжем. А пока я освобождаю тебя, расскажи мне всё, что при тебе говорил твой похититель.

Я надеялся, что Художник был неаккуратен и сказал что-то лишнее при матери или намеренно оставил подсказку для меня. Но он оказался не из болтливых. Мать рассказала, что возвращалась домой, когда на неё напали. Она потеряла сознание, а очнулась она уже здесь, связанная. Единственное, что она услышала от него — это жди.

— Ты зачем на работу в воскресенье пошла, да ещё и до позднего вечера? — спросил я, когда мы шли к машине.

Мать явно смутилась и замялась, потому что ответила она с небольшой задержкой.

— Мы с моими сторонниками решили попробовать сместить Ларина с поста. Сейчас самое благоприятное время. У него и так проблемы с законом, а нам есть что добавить. В общем, это наш шанс.

Я хмыкнул. Молодцы. Сейчас и в самом деле удачное время для карьерного роста.

— Я решила занять кресло Ларина, — разом выпалила мать, будто сиганула в холодную воду.

Краем глаза я заметил, как она на ходу вглядывается в моё лицо.

— Что? — я посмотрел на неё. — Ждёшь моей реакции?

Она кивнула.

— Ты не против?

— Почему я должен быть против? — удивился я. Она пожала плечами. — Мам, ты взрослый человек, если ты считаешь, что так будет правильно и лучше для города, я тебя только поддержу. Хотя могу предположить, что тебе придётся разгребать много дерьма.

Мать нервно хохотнула.

— Не то слово. Спасибо, сын.

— Не за что, — буркнул я и открыл перед ней дверь машины.

Но не успела мать сесть в машину, как тут же зашипела на деда:

— А ты, что здесь делаешь?

И правда, как кошка.

— Мам, успокойся. Лучше спасибо скажи. Это благодаря ему мы тебя нашли. А теперь замолчите все. Мне нужно подумать.

Я прикрыл глаза и стал растирать виски, прогоняя в голове всё, о чём говорил Художник. Где-то в его словах должна быть подсказка. Намёк. Он не мог знать о том, что за ним проследили. Или мог? Ай, не о том думаешь, Макаренко. Если бы знал, бомба сработала бы. А так — всё чисто.

Что он говорил? Загадка, поезд, рельсы, выбор… Может это что-то, что связано с Лариным? Нет, это слишком очевидно. Тогда может что-то, что связано с жертвой?

— Мама, ты бывала здесь раньше? — спросил я, не меняя позы.

— Нет. А что?

— Ничего. Спасибо.

Это тоже не подходит. Что ещё?.. Стоп! А что, если сама загадка и есть подсказка? Он же мог просто сказать, мол, вот адреса, где-то там твоя девушка и мать. Ищи, выбирай. Но нет, он зачем-то рассказал о ней.

Я достал телефон и открыл карту. Художник назвал два жилых дома. Если я не успею, то может погибнуть не только Саша, но и кто-то из жильцов. Логично? Подходит под условия загадки? Вполне. Думать о том, что я натягиваю сову на глобус, мне не хотелось совершенно.

Осложнялось дело тем, что эти дома находились в разных концах города. Времени проверить оба нет. Нужно выбрать один из них. Как там звучали его слова точно? Он сказал не просто пять человек, а пять НЕВИННЫХ человек.

Я сделал скрин обоих адресов и повернулся.

— Посмотрите внимательно на эти два адреса. В каком-то из домов есть садик, больница или что-то типа того? Только быстро!

Мать увеличила карту, покачала головой. Николай Семёнович тоже не знал эти адреса. А вот Игорь узнал.

— Вот в этом на первом этаже частный детский сад. Мы туда младшую водили. Я живу неподалёку.

— Гони туда. Сколько туда ехать?

— По навигатору минут двадцать пять, — проговорил Игорь, заводя мотор.

Я посмотрел на время. Оставалось полчаса. Цыкнул языком. Впритык, но должны успеть. Если я всё верно понял, то Саша будет в подвале того подъезда, в котором расположен садик. Кто может быть невиннее детей? У меня вариантов мало.

Чёрт, чёрт, чёрт!