Каменные джунгли (СИ) - Морале А.

— Вот-вот! — оживился Миллер. — Ты помог — тебе и брать её судьбу на себя.

— Если бы я знал, что спасение включает в себя услуги хостела и няньки, хрен бы я приехал, — проворчал я. — Мне только пьяной полицейской на шее для полного счастья не хватало.

— Смотри на это с хорошей стороны!

— И какая здесь хорошая сторона? Проблемы?

— Ты сделал доброе дело — тебе это зачтётся.

— Если бы это так работало, старик… Мир немного сложнее простеньких кармических правил…

— Да что тут такого? — Исаак удивленно вытаращился на меня. — Ну переночует девочка у тебя — утром отправишь её на все четыре стороны. Она тебе ещё и спасибо скажет!

— Раз ничего такого, забирай к себе и укладывай в свою постель, — огрызнулся я. — Нахрена мне этот геморрой⁈

— Алекс! — Миллер осуждающе покачал головой. — Ты правильный парень. Я знаю, ты не бросишь девочку в беде…

— Да иди ты! — беззлобно буркнул я, сделал последнюю попытку растормошить Уокер и беспомощно вздохнул. — Ладно, поймай мне тачку хотя бы… Не на байке же мне её тащить. Она никакая…

Миллер радостно закивал, улыбнулся и потрусил к дороге. А через минуту у обочины притормозил слегка помятый на вид «Ford Crown Victoria» с горящим шашечками такси на крыше…

— Ну? Куда едем? — нетерпеливо пробормотал водитель, скептически глянув на меня и девушку в моих руках.

— Венис-Бич, — вздохнул я. — Оушен-Фронт-Уок.

— Окей… — буркнул он, щёлкнув счётчиком и безразлично уставившись в лобовое стекло своего авто.

Я погрузил бессознательное женское тельце на заднее сиденье, на миг склонился над лицом Уокер, поправляя подол задравшегося платья, и с удивлением почувствовал лёгкий цветочный аромат духов, смешанный с запахом хмеля. И это было слегка странно… Нет, не аромат духов или хмеля, а то, что запаха алкоголя почти не ощущалось… Тогда почему она в таком состоянии? Ей что-то подмешали?

— Ну мы едем или как? — недовольно буркнул водила, обернувшись ко мне и скорчив на лице кислую мину. — Счётчик тикает…

— Едем, — кивнул я, забрался на сиденье рядом с Уокер, махнул рукой стоящему у входа в ресторан старику Миллеру и захлопнул дверь…

Такси тронулось, вырулило от обочины и уверенно направилось по улице ночного города в сторону океана, мерно покачиваясь на стыках старого бетонного дорожного полотна.

Дениз тихонько постанывала во сне, уронив голову мне на плечо, а хмурый водила то и дело недовольно косился в зеркало заднего вида, явно переживая за чистоту своего заляпанного пятнами и затёртого до дыр салона, с потрескавшейся от времени виниловой обивкой и прожжёнными окурками сиденьями, наверняка прикидывая в уме шансы на то, заблюет ему сиденья «чернокожая девчонка» или нет, и сколько он сможет стрясти с нас за химчистку и мойку…

Таксисту откровенно не повезло. Никто ему салон не заблевал, несмотря на крутые виражи на поворотах и тряску на спуске к набережной, и никто не доплатил ему ни за чистку, ни за моральные мучения…

До моего дома мы добрались минут за пятнадцать. Я расплатился за поездку, накинув пару баксов чаевых, перехватил поудобнее свою ношу и потащил её по ступеням на пятый этаж…

Занёс девушку в квартиру, усадил на пол, прислонив спиной к стене, и задумчиво почесал затылок… Нужно было как-то вывести эту дрянь из её организма, хотя шансов на это было немного — времени прошло уже порядочно, и что именно эти ублюдки подмешали ей, было непонятно. Да, отрава наверняка давно и основательно впиталась в её кровь, но ничего не делать — тоже был не вариант…

Я тяжело вздохнул, поморщился и принялся за дело. Бесцеремонно раздел девушку, пытаясь уберечь и не испачкать её единственное платье, выругался, поняв, что белья на ней нет, перехватил за талию и потащил так и не подавшее признаков жизни тельце в туалет.

Кое-как поставил девчонку на колени перед унитазом, запрокинул ей голову, сунул два пальца в рот, придерживая за волосы и не давая уткнуться лицом в воду, и заставил её как следует проблеваться, очистив желудок от залитой в него дряни… Моя мать часто делала так моему отцу, возвращавшемуся раз в два-три месяца в невменяемом состоянии домой после очередного «бутылька». Угу, старая добрая шахтёрская традиция…

Да уж, совать пальцы в горло чужому человеку и слушать его рвотные позывы — то ещё удовольствие…

Убедившись, что блевать ей больше нечем, усадил её голой задницей на холодный кафельный пол, похлопал по щекам, пытаясь привести в чувства, поморщился от кислого запаха рвоты, мысленно выругал старика Миллера за такой подарок, подхватил девчонку, перекинув её через плечо, словно мешок с цементом, и потащил в душевую…

Включил воду в душе, нашёл оставленную мной утром на полке баночку с гелем, усадил девушку на пол под льющие с потолка струи горячей воды и принялся тщательно смывать с неё пропитавший кожу и волосы запах туалета и рвоты…

Минут через пять закончил с мытьём, включил ледяную воду, отошёл в сторону и секунд тридцать наблюдал полное отсутствие реакции даже на такой шоковый раздражитель. Да уж, если бы это был алкоголь, она бы уже давно пришла в себя. А тут… Ноль реакции…

Я выключил воду, подхватил девчонку на плечо и снова потащил её к себе в комнату.

Усадил на постель, укутал в плед и заварил крепкий кофе… Кое-как влил в неё полчашки крепкого, обжигающе горького напитка, похлопал по щекам и только после этого увидел слегка осмысленный, сфокусированный на моём лице взгляд её карих глаз…

— Ты как? Живая? — поинтересовался я. — Адрес свой назвать можешь? Я вызову такси…

Дениз пробормотала что-то бессвязное в ответ, вцепившись в горячую чашку обеими руками, отрицательно помотала головой, прикрыла глаза и медленно завалилась на бок, поджав ноги под себя и выставив из-под пледа свой голый шоколадный зад.

— Чёрт! — выругался я, едва успев перехватить выскользнувшую из её пальцев чашку, и устало присел на край матраса, задумчиво глядя в окно и слушая шум океана. — А мне где теперь прикажешь спать? — обратился я к своей гостье, не получил ответа и тяжело вздохнул…

Да уж… И правда говорят — ни одно доброе дело не остаётся безнаказанным…

Глава 20

Доброе утро, офицер

Проснулся я, как ни странно, рано. Решил заварить кофе, нарочно погромче постучал чашками друг о дружку и краем глаза заметил, как очнулась и села на моей постели моя гостья, недоумённо рассматривая обшарпанные стены и наверняка пытаясь сообразить, как она здесь очутилась.

На её нижней губе засохла кровавая трещинка, а под левым, слегка сощуренным и припухшим глазом наливался бледный, наверняка болезненный синяк. Ночью я этого не заметил, зато сейчас, при дневном свете…

Хм… Кажется, вчера она всё же пыталась сопротивляться и коллеги угомонили её привычным и хорошо проверенным способом…

— Где. Моя. Одежда? — раздельно и очень тихо произнесла офицер Уокер, судорожно кутаясь в мой плед.

— На стуле… — кивнул я.

— Дерьмо… — буркнула девушка, поднялась с постели, на цыпочках пересекла комнату, проигнорировала висящее на спинке стула платье и торопливо принялась рыться в своей сумочке. Нашла пистолет, жетон и только после этого заметно выдохнула, не переставая с опаской коситься в мою сторону.

— Ты ещё деньги пересчитай. Вдруг, я что-то украл, — хмыкнул я и совершенно будничным тоном добавил: — Кофе будешь?

— А где остальное? — недоумённо пробормотала патрульная, сняв своё платье со спинки стула.

— Что остальное? — не понял я.

— Где мои… моё нижнее бельё, Стоун⁈

— Наверное, там, где ты его и оставила. На вечеринке…

— Выйди, — хмуро произнесла она, кинув косой, недовольный взгляд на меня.

— Пожалуйста…

— Что? — недоумённо наморщила лоб моя гостья.

— Ты забыла сказать: «Пожалуйста». Это моя квартира, а не ваш кабинет, офицер Уокер, — напомнил я из принципа и врождённой вредности, не раз создававшей мне проблемы в прошлой жизни.