Ложная девятка 10 (СИ) - Риддер Аристарх

И празднование чемпионства плавно перетекло в новый праздник.

Потому что восемнадцатого мая Камп Ноу увидел ремейк первого матча с Эспаньолом.

Если говорить о результате.

А по счёту всё получилось куда более просто для нас. Два-ноль уже в первом тайме. Я открыл счёт после розыгрыша углового. Линекер удвоил преимущество перед самым перерывом — выскочил на передачу Заварова и хладнокровно расстрелял Н’Коно.

Во втором, в самом его начале, Эспаньол остался в меньшинстве. За излишнюю ретивость голландец Ян Кейзер отправил досрочно отдыхать Уркиагу.

И Барселона уже в демо-режиме докатала второй тайм, забив под самый его занавес. Три-ноль. Я, Линекер и сменивший меня Караско принесли клубу третий за сезон трофей.

Мы выиграли всё, что можно. И были на вершине мира.

Идеальный сезон для двух советских футболистов в Испании.

Пришли. Увидели. Победили.

Глава 4

— Слава, Алекс, а вы точно русские?

Услышав этот вопрос, мы с Заваровым, не сговариваясь, рассмеялись.

Голос у Гарри был уже очевидно пьяный. Но надо отдать должное здоровью, печени и генетике этого английского лба, такое количество спиртосодержащего, что он влил в себя, способно свалить любого. Я бы ещё поллитра назад уже впал в алкогольную нирвану. А Линекеру хоть бы хны. Пьёт как лошадь.

— Друг мой, что это за стереотипы? — улыбнувшись, ответил я. — Или что, если русский, то обязательно завтрак, обед и ужин со стаканом водки?

— Конечно! А как иначе? — изумился Линекер. — И ты мне зубы-то не заговаривай. Мы выиграли трёбл. Нужно как следует это отметить!

Весь этот разговор происходил посреди загула. Барселона уже третий день отмечала свой триумф. Три трофея. Всё, в чём участвовала всё забрала.

Да, впереди был ещё матч с Осасуной, но все понимали, что это простая формальность. Да и Круифф с Нуньесом ясно дали понять — можно. В конце концов, у нас есть молодой и голодный до игровых минут дубль. Того же Шустера, а наш стойкий оловянный солдатик из Западной Германии набрался чуть ли не хлеще Линекера, вполне заменит в составе Гвардиола. Будущий творец ультимативной тики-таки буквально выгрызает себе игровое время. И уж кто-кто, а Хосеп наверняка воспользуется своим шансом на полную.

Ну а вопрос Гарри был связан с тем, что два советских футболиста представляли этакий островок трезвого спокойствия посреди шумного моря барселонской пьянки. Мы с Заваровым практически не пили. Пара бокалов шампанского и такое же количество шотов текилы под свежайшую и невероятно вкусную сангриту. По сравнению с тем, что уже выпили мои одноклубники это так, капля в море. Слону дробина.

Причин тому несколько.

Во-первых, я и сам по себе не сторонник вот таких вот алкогольных приключений.

А во-вторых, понимание текущего момента, как любят говорить советские бюрократы, никто не отменял. Мы в Испании. И я ставлю голову против макового зерна, что незаметные люди в одинаковых ботинках наверняка во все глаза следят за нами. Так что моральный облик советского футболиста! Советского спортсмена! Советского гражданина! Именно так, по нарастающей, с восклицательным знаком после слова «гражданин», должен быть на высоте.

И с Сашкой мы, скажем так, синхронизировались. Он, как и я, больше всего в жизни любит выигрывать. А впереди, буквально через несколько дней, у нас Новогорск, где уже вовсю пыхтит сборная Советского Союза. Правда, без нас с Заваровым и без игроков Торпедо, которым ещё играть финал Кубка чемпионов в Штутгарте. Подготовка к чемпионату Европы у ребят Эдуарда Васильевича в самом разгаре.

И так как сезон у нас с Заваровым получился очень и очень напряжённый, сил осталось не так много каждая рюмка, каждый бокал, каждый глоток чего-то бодрящего и веселящего этот запас, естественно, уменьшает.

Поэтому да. Мы с Заваровым — два живых опровержения стереотипа о том, что если русский, ну или советский, то это всегда любитель выпить.

Алкогольные приключения моих партнёров по команде продолжались аж до двадцать первого мая. Загул получился легендарным. Барселона выпила, наверное, в каждом баре города. И потусила в каждом клубе. Но всё когда-то заканчивается. И мы, те, кто мог стоять на ногах, плюс ребята из дубля, поехали в Памплону играть последний матч сезона.

В принципе, ни я, ни Заваров не предполагались в составе на эту игру. Всё-таки она уже не имела никакого смысла. А у нас впереди ещё чемпионат Европы. Но так получилось, что оба советских футболиста вышли на поле двадцать второго. И именно я примерил капитанскую повязку в этом матче.

Причём сделал я это при живом и здоровом Хосе Рамоне. Алешанко тоже играл в тот день, но это была его инициатива и его осознанное решение — передать мне на этот матч капитанскую повязку.

— Я всё-таки больше прошлое Барселоны, — сказал он. — А ты, Слава, её не только настоящее, но и будущее. И очевидно, что именно тебя болельщики будут хотеть видеть в качестве капитана.

Такая вот интересная история получается с этой капитанской повязкой. После той злосчастной вечеринки, после которой Алешанко, скажем так, впал в немилость у руководства команды, меня хотели сделать капитаном. Но я фактически сам от этого отказался — для того, чтобы не раскалывать команду, чтобы сохранить ту химию, которая у нас в Барселоне сложилась.

Ну а сейчас, перед последним матчем моего первого сезона в Испании, сам Хосе Рамон эту капитанскую повязку мне отдаёт.

Само собой, что я её взял. Но со словами:

— Это только на сегодняшний матч. Ты наш капитан.

Алешанко кивнул, улыбнувшись в ответ, и сильно хлопнул меня по плечу.

Так что именно благодаря этой пантомиме в раздевалке за десять минут до начала матча с Осасуной я вывел Барселону на поле. И именно я прошёл первым через чемпионский коридор, который устроила для нас принимающая команда.

Это во всех отношениях приятная традиция, пока что отсутствующая в Советском Союзе. У нас почему-то вот так не принято приветствовать чемпионов. Но здесь, в Испании, эта традиция цветёт и пахнет, и мы сполна насладились аплодисментами от нашего соперника.

Ну а если говорить о самой игре, то товарищеский матч есть товарищеский матч. Само собой, эта игра была не по букве, но по сути, по духу именно такой. Всё-таки мы решили абсолютно все свои задачи. А Осасуна не могла после этой игры ни упасть ниже, ни подняться выше. Раз так, то зачем рвать жилы? Зачем играть кость в кость? Зачем портить себе и другим окончание сезона?

Впереди же отдых, отпуск, море, солнце, пляж, красивые девочки в бикини и все остальные приметы красивой жизни богатого мужчины в самом расцвете сил. А футболисты в Испании сейчас все как один — это именно богатые мужчины, ну как минимум в Примере.

В Европе уже давно прошло то время, футбол был игрой, в которую двадцать два бедных человека играли перед тысячами богатых. Теперь наоборот: тысячи бедных смотрят, как мяч пинают богатые.

Само собой, что до тех сумасшедших денег, зарплат, контрактов, рекламных и спонсорских отчислений, какие будут в будущем, ещё далеко. Футболисты-миллионеры это всё ещё редкие звери. Таких, как я, можно пересчитать по пальцам. Но в любом случае среднестатистический профессиональный игрок в лучшую игру с мячом, особенно если говорить о Западной Европе, куда богаче, чем среднестатистический зритель.

В общем, эта товарищеская игра по-товарищески же и закончилась. Осасуна открыла счёт на пятнадцатой минуте — мы зевнули прорыв Эчеберрии. Спустя восемь минут Гвардиола сравнял. В начале второго тайма Мартин снова вывел хозяев вперёд. Ну а на семидесятой минуте я ассистировал Заварову, который и забил последний гол Барселоны в этом сезоне.

Два-два, ничья — и всё. Первый клубный сезон в Испании официально закончен.

Ну а вишенкой на этом испанском торте и для меня, и для Сани стали ключи с брелоками.

Оба брелока были очень пафосные и красивые. У него — с трёхлучевой звездой в круге. А у меня — вставший на дыбы конь на жёлтом щите. Щит жёлтый, а машина, которая заводилась этими ключами, — красная.