Экстрасенс в СССР 5 (СИ) - Подус Игорь

— Алексей, вот ты говоришь, что Машка больше не опасная. Я тебе, конечно, верю, однако всё равно как-то боязно. Она, конечно, родня, и я даже рад, что ты её в живых оставил и не пришиб, но что теперь с ней делать?

— Эту твою проблему Матрёна Ивановна взялась решить. Она сегодня же к себе Машку заберёт.

Я не стал говорить, что сам хотел за девушкой какое-то время понаблюдать. Хотелось понять, осталась ли в ней сила или она вся была изначально сконцентрирована в её второй, тёмной личности. Про то, что я, по сути, хоть и не убил тело, но убил второе «я», тоже рассказывать не стал. Ведь формально я не убивал и даже пулевое ранение подлечил, используя внезапный прилив сил, полученный после работы с аномальным мозгом девушки.

Я ограничился рассказом об искоренении тёмного начала. Ещё поведал о доме, каким-то образом негативно влияющем на Машку. Демидов воспринял слова серьёзно, и едва я заикнулся о сжигании дома, отправился за канистрой бензина. Теперь же, после его рассказа, мне стало понятно, откуда взялась его вера во всяческое потустороннее.

Машка успокоилась только после того, как обвалились стены. Матрёна прошептала ей на ухо, дала чего-то выпить из пузырька — и та уснула на куче тряпья, второпях вытащенного нами из спальни перед тем, как запалить дом.

После этого знахарка подошла к нам и указала на пожарище:

— Иван, плохое это место. Тёмное. Я и раньше чуяла неладное, а теперь убедилась. Иван, не строй там больше ничего, пусть лучше бурьяном зарастёт. Природа со временем сама всё очистит.

Демидов слушал и кивал; судя по прочитанным мыслям, он снова хотел завести разговор про Машку, но тут со стороны дороги, ведущей в лесхоз, через деревья начали пробиваться проблесковые огни. Появившаяся пожарная машина, старого образца, громогласно просигналила и покатила в нашу сторону, мимо ульев, по единственной ведущей к пожарищу дороге.

— Вот…ля, — выругался пасечник. — Я так и знал, что в селе кто-то зарево в нашей стороне заметит и панику поднимет. Видимо, напрямую директрисе лесхоза из сельсовета позвонили. Иначе их пожарная команда так быстро на своей колымаге не прикатила бы.

С этими словами Демидов встал между накатанными трактором колеями и поднял руки, требуя, чтобы красная пожарная машина немедленно остановилась. Она затормозила, после чего из кабины выскочил усатый мужик.

— Демидов, уйди с дороги! — потребовал он.

— Да конечно, — возразил пасечник. — Чтобы ты, Антоша, со своими архаровцами, спокойно догореть дому не дал.

— Демидов, напоминаю, это наша работа — пожары тушить.

— Антон, а где ты видишь пожар? Ещё пятнадцать минут — и старый дом пепелищем станет. Так что не хрен туда лезть и заливать то, что пока догореть не успело.

Я понимал Демидова. Во-первых, он реально хотел, чтобы всё догорело, а во-вторых, я по собственному небогатому опыту знаю, хуже всего потом растаскивать остатки несвоевременно потушенного пожарища. Мороки и работы много, а толку мало. Так что иной раз намного лучше, когда пожару позволяют догореть дотла.

Старший команды пожарников был зол на то, что его разбудили посреди ночи, и явно настроился спорить с пасечником до последнего. К тому же он имел к Демидову какие-то тщательно скрываемые, давние счёты. Иван тоже знал этого усатого Антона с нехорошей стороны. Сегодня пережил многое и был готов просто набить пожарному морду. Мне пришлось вмешаться.

Подойдя, я быстро зашептал на ухо Демидову:

— Иван, посмотри на рессоры пожарной машины. Эти олухи пустыми сюда прилетели. Пропусти их: воды им здесь взять неоткуда. Пусть на пожар вблизи посмотрят.

После этого пасечник молча отошёл с дороги. А дальше мы просто наблюдали, как прибывшая из лесхоза команда пожарных бесцельно бродит вокруг догорающего дома, а старший расчёта угрюмо заглядывает в старый колодец, который, судя по внешнему виду, не чистился уже лет тридцать.

Через двадцать минут из села приехал водовоз и целая орава мужиков на грузовике Степана. Этих уговаривать, чтобы не лезли, не пришлось. Все понимали: спасать уже нечего, а начать тушить догорающее — это только навредить. Конечно, старший пожарного расчёта хотел взять всё в свои руки, но мужики его послали.

А где-то в пять утра, когда все наконец разъехались, я перенёс спящую Машку в тёплую баню. После этого мы смогли продолжить разговор.

— Алексей, значит, за беременностью моей Леной ты берёшься проследить? — пасечник первым делом затронул ту тему, которая его больше всего тревожила.

— Я же обещал, значит, сделаю.

— Значит, договорились. А я со своей стороны предлагаю тебе забрать «Москвич» в вечное пользование. Ну и денег дам, сколько скажешь.

— Иван, я понимаю, ты человек деловой и не бедный, но денег я у тебя не возьму. «Москвич» тоже больше не актуален. Машина засвечена во время возвращения музыкального инструмента. Боюсь, пока я не решу вопрос с ГАИ, мне раскатывать на ней по району не стоит.

— И что ты тогда хочешь за свою помощь? — напрямую спросил Демидов.

— Хочу заключить договор о взаимовыгодном сотрудничестве. Я ведь не только со здоровьем смогу помочь. Ты тоже полезен будешь. Мне человек со связями в определённой среде очень нужен.

— Алексей, только скажи, что сделать, кого напрячь или подтянуть, — я всё сделаю. Если понадобится чего дефицитного, из-под земли достану. А насчёт машины всё равно подумай. Я ведь могу тебе и «Волжанку» свою отдать.

В душе пасечник не хотел расставаться с любимой машиной, купленной у перекупов втридорога, но если бы я сейчас попросил ключи, то сразу отдал.

— «Волга» мне сейчас точно не нужна. Уж больно она приметна. А вот что-нибудь подобное для удобства передвижения подошло бы.

Я посмотрел на новенькую тёмно-вишнёвую «Ниву» с закреплённым на крыше багажником.

— Понял. Сейчас ключи вынесу. А завтра в сельсовете доверенность выпишу.

После передачи ключей, пожали руки. Потом я переложил Машку на заднее сиденье, и мы с Матрёной покатили в сторону села.

— Алексей, ну о чём вы с Демидовым договорились? — поинтересовалась Матрёна, после того как мы удалились на достаточное расстояние.

— Заключили договор о взаимовыгодном сотрудничестве, — честно ответил я. — Видишь, теперь у меня машинка появилась под пятой точкой, а у тебя ученица и помощница. Глядишь так со всеми проблемами и врагами разберёмся, и как люди заживём.

Глава 4

Ученица

Добравшись до бани, я хлопнул сто грамм Матрёниного настоя и сразу отрубился. Ожидал, что после накроет откат, однако вместо этого меня в свои объятия принял восьмичасовой здоровый сон без мучительных кошмаров и головной боли.

Проснувшись в два часа дня полным сил, я уставился на стоявшую на столе тарелку с дымящимся супом. Судя по запаху и виду — гороховый с копчёными рёбрами.

«Странно, а почему голова не трещит? Эта Матрёна так поднаторела в составлении букета кореньев и трав, настоянных на импортном самогоне, или что-то изменилось?» Догадка о причине отсутствия отката переросла в уверенность, когда вспомнились события вчерашней ночи.

Похоже, некий природный механизм, следящий за использованием мной экстрасенсорной энергии, учёл спасение ребёнка, нейтрализацию негативного двойника в голове Машки и испепеление дряхлого строения, за которое из последних сил цеплялось нечто тёмное. Всё это позволило получить послабление в режиме и избежать последствий растраты энергии.

«Мне словно намекают, что именно этим я и должен впредь активно заниматься».

Разыгравшийся от запаха еды аппетит дал о себе знать, и я тут же его удовлетворил. Съев очень вкусный суп, я помылся и побрился. Затем, вспомнив о привезённых из города двухпудовках, устроил с помощью гирь получасовую силовую разминку. В процессе почувствовал, что они словно потеряли в весе. Сей факт удивил.

А пока жонглировал около бани, наблюдал следующую картину. Матрёна с видом благородного плантатора бродила по двору вместе с Машкой, раздавая ей всевозможные мелкие поручения. А девушка их тут же с готовностью выполняла. Остановилась она, только увидев меня. Приветливо помахав ручкой, Машка услышала новые понукания бабки и подхватив охапку дров, понесла их к летней кухне.