— Ты не знал?
— Нет. Откуда мне это было узнать? У Вьюгиных упоминание отца было под запретом.
Честно говоря, оснований верить этому парню у меня не было. Он явно появился неслучайно. Вопрос только — зачем? Зато становилось понятным, почему его лицо показалось знакомым: он очень напоминал фотографии отца. Так что я склонялся к тому, что частично он точно говорит правду. Но если отец его признал, то почему Александр Федоров? Или он родился в предыдущей отцовской семье? О прошлом отца я не знал ничего. Он словно возник из ниоткуда. И возраст с ходу я определять не умел, мне лишь казалось, что этому Александру примерно столько, сколько мне.
— Еще бы, — усмехнулся Александр. — Убили — и не желают вспоминать об этом досадном недоразумении.
— Что ты несешь? Мой отец погиб в автокатастрофе вместе с моей мамой и моей бабушкой.
— Совершенно случайной автокатастрофе, да? — Он криво усмехнулся. — После которой неожиданно умерла и моя мама от сердечного приступа?
— У твоей мамы приступ мог случиться и по естественным причинам, — заметил я. — Если она продолжала встречаться с нашим отцом, сердце могло не выдержать. Вьюгиным эти смерти были невыгодны.
— Мой отец был очень неудобен для Вьюгиных.
— Тогда бы убили только его. От смерти моей мамы Вьюгины только проиграли — на тот момент в Роду она была сильнейшим магом.
— Все ли ты про нее знаешь?
Вопрос прозвучал очень гадко, как будто мой собеседник владел какими-то сведениями о недостойном мамином поведении. Я разозлился.
— Если ты собираешься нести чушь еще и про мою мать, то давай на этом закончим. Пока.
— Стой! — Он дернулся, чтобы ухватить меня за руку, но я так на него глянул, что его рука зависла в воздухе, так и не коснувшись моей. — Сдался ты мне, что-то рассказывать. Просто вырвалось. Бабушка просила, если вдруг тебя встречу, привести к ней.
— Бабушка?
— Ну да. У нашего отца была мать, представляешь? — заерничал он. — И она хочет с тобой познакомиться. Вот странно, да?
Все разговоры о моем отце всегда пресекались. Дед злился только от одного упоминания. И я не знал ни о какой бабушке со стороны отца. Что было загадочно: как бы ни относился глава Рода к зятю, но запретить последнему общаться с матерью и возить к ней сына? Ладно после смерти моего отца, но я не помню ни одной поездке к его матери, и когда он был жив.
— Что скажешь? Придешь? — спросил Александр.
— Я первый раз слышу о какой-то бабушке.
— Не о какой-то, а о твоей родной, — опять разозлился он. — Если бы ты знал, как меня бесит необходимость разговора с таким снобом, как ты. Неужели тебе вообще наплевать на одного из немногочисленных родственников?
— Я впервые услышал о ней только что, — напомнил я. — И не уверен, что она вообще существует.
— А пошел ты!
Он смачно харкнул на землю и наконец от меня отстал, дерганно зашагал вдоль по улице. Останавливать его я не стал. Если бабушка действительно существует, то Олег должен о ней знать. А если нет — зачем мне связываться со странным типом, который явно меня ненавидит?
Стараясь выбросить неприятный разговор из головы, я продолжил обход торговых точек, где продавали предметы Древних.
В третьем магазинчике нашелся кулинарный контейнер, и я было обрадовался, но Песец отсоветовал его брать.
«Это один из самых мелких наборов, и его точно использовали, поэтому контейнер может быть даже не просто неполным, а пустым. Потому что некоторые любят выставлять посуду на полки и потом ею любоваться. Нужно искать такой же вариант, как с алхимическим — где много однотипных, что говорит о вскрытии склада. А здесь — барахолка, поэтому может случится, что за деньги получишь пустышку».
Вопрос, идти или не идти осматривать четвертый магазинчик, отпал, потому что позвонил Олег и предложил пойти пообедать, а потом заняться поиском грузовичка. Голос его звучал бодро, поэтому я решил, что хотя бы одна проблема решилась.
Олег действительно оказался при оружии, причем комплект был в хорошо потертых ножнах.
— Арендовал, — ответил дядя на мой вопросительный взгляд. — Если понравится, можно будет потом выкупить. Артефакты, увы, в аренду не взять. У тебя по нулям?
— Почти. Основного не нашлось. Два модуля по мелочи.
— А на иностранных сайтах глянуть? — предложил дядя. — Контейнерам-то без разницы, где продаваться. И модулям, кстати, тоже. Доставка, конечно, займет времени побольше, но выбора у нас особого нет.
Но контейнеры и модули меня сейчас волновали куда меньше проявившихся их ниоткуда родственников.
— Олег, что ты знаешь о Федоровых? — в лоб спросил я.
— О каких Федоровых? — опешил он. — В нашем княжестве никого не припомню из значимых. Или не в нашем?
— В нашем. Ко мне сегодня подошел некто Александр Федоров и утверждал, что он мой единокровный брат.
— Ах, этот, — Олег поскучнел. — Да, я знаю, что у твоего отца почти одновременно с тобой родился еще один сын.
— Но почему он Федоров, а не Вьюгин?
— Ха, а кто бы твоему отцу разрешил фамилию Рода дать пацану, рожденному на стороне? Он и сам в Роду на птичьих правах был.
— Александр утверждал, что его отца убили Вьюгины.
— Это вообще чушь собачья, даже не требующая опровержения.
— У него в то же время погибла мать от сердечного приступа.
Олег вытянул губы в трубочку и присвистнул.
— Ну если считать, что катастрофу устроила Алка, то сердечный приступ сюда вписывается. Но… На кой черт ей убивать левую бабу? Которой даже деньги Рода не светили?
— Может, знала какие-то тайны? Я так понимаю, отец с ней встречался до самой смерти.
Олег вздохнул.
— Илья, а не все ли равно тебе теперь? Может, встречался, может, не встречался. Может, они расстались задолго до твоего рождения и он приходил только чтобы навестить сына. Или вообще не приходил. Этот Александр чего только тебе не напоет, чтобы денег вытащить. Знаю я такую братию.
Положим, при нашей нынешней финансовой ситуации, вытащить что-то из нас сложно. А речь о деньгах вообще не заходила.
— Он сказал, что со мной хочет встретиться бабушка.
— Почему она не хотела встретиться раньше? Не думаю, что твоему отцу запретили все связи с родней. Но ни она к нам не приезжала, ни тебя к ней не возили. Значит, была на то причина. Вовка наверняка в курсе. Думаю, нужно его расспросить. Но это если ты раздумываешь, не встретиться ли с этой бабушкой. Я бы на твоем месте этих внезапно возникших родственников послал.
— Они мне все-таки родня…
Я сам себе казался черствым, но Федоровы воспринимались мной как совершенно посторонние люди. Да, мне требовалась родственная поддержка, но она требовалась и раньше. При желании у бабушки было множество возможностей со мной встретиться. На тех же соревнованиях, где нас не отделяли от зрителей. Но этого желания у нее раньше не было. Появилось только сейчас.
— Родня-то родня, — согласился Олег, — но наверняка есть нюансы, который Вовка знает лучше меня, так что не надо с ней встречаться, пока с ним не переговоришь.
— У меня даже адреса нет.
— И хорошо. Если что, твой старший дядя сможет его достать. Уж у Вьюгиных должно быть полное досье на твоего отца.
Обедать мы пошли не в облюбованное раньше Олегом кафе, а в совсем другое место, ресторанчик классом повыше. Олег попробовал принесенное блюдо и с возмущением сказал:
— Черт знает что такое.
— Нормально же? — удивился я, поскольку тоже успел снять пробу.
— Вот именно что нормально. Это. — Он с отвращением ткнул вилкой в кусок мяса на тарелке. — Ни в какое сравнение не идет с тем, что получается у тебя. Невозможно это есть после твоих обедов. Я подумал в кафе, что там просто кухня ниже классом, но сейчас смотрю, дело не в этом, а в том, что ты слишком хорошо готовишь.
— Постараюсь готовить хуже, если это так тебя напрягает.
— Вот еще, напрягает. Не вздумай, — грозно сказал Олег и нахмурился. — Не стоит из-за ерунды ухудшать качество жизни.
