Пепел и тьма 3 (СИ) - Барчук Павел

Волконский и Безымянный обменялись долгим, полным взаимной ненависти и прагматизма взглядом, но общая цель перевесила давнюю вражду.

— Гвардия Волконских будет держать центр, — отчеканил князь. — Ни одна тварь не прорвётся.

— Мои люди знают каждый камень в этих тоннелях, — добавил Безымянный. — Они обеспечат фланги и прикроют тылы.

— А я! — выкрикнул Антон, хватая меня за рукав. — Я и мои коллеги из Независимой Гильдии Магов попытаемся стабилизировать магический фон!

Я тихонечко высвободил рукав куртки и отодвинулся от мага еще не несколько шагов. Он реально напоминал мне какого-то безумца. Видимо парня неимоверно таращило от того факта, что перед ним находится настоящий некромант. И в этот момент снаружи, из туннеля, донёсся оглушительный рёв, от которого стены и пол. Не крики, не выстрелы — а низкий, словно из глотки исполинского зверя, пульсирующий, физически ощутимый рёв, предвещающий неминуемое разрушение.

Глава 4

Тишина, наступившая после заключения шаткого союза, продлилась не дольше удара сердца. Её разорвал не просто звук — а оглушительный, утробный грохот, пришедший откуда-то издалека, из самой глубины тоннелей.

Помещение, в котором мы находились, содрогнулось, словно его сжала, а потом тряхнула гигантская лапа; с потолка, как мелкий снег, завихрилась каменная пыль и посыпались осколки гранитного крошева.

— Они прорывают основную шахту! — голос одного из «командиров» Безымянного был хриплым от ужаса. — Значит, прошли Элеватор! Если их не остановить, они полезут на поверхность.

— Держись, некромант, сейчас будет не просто жарко, сейчас будет самый настоящий звездец! — рыкнул Рик.

Он сорвался с места, подскочил ко мне, схватил мой локоть и потащил меня наружу. Его хватка была как стальные тиски. Тень, словно чернильный призрак, бесшумно скользнула за нами, оставляя за собой шлейф морозной тишины.

Волконский и Безымянный, в одну секунду отбросив долгую, тлеющую вражду, лихорадочно начали отдавать приказы своим людям, рассредотачивая их по флангам обороны. Счёт шёл не на минуты, а на вдохи.

Я, Рик и Лич немного пробежали вперёд. Палач по-прежнему тащил меня за руку. Где-то через пару сотен метров мы свернули в неглубокую нишу уцелевшего технического тоннеля, из которого доносился неистовый рёв боя, усиленный каменной акустикой.

Самое показательное на мой взгляд, что люди, которых Верхний город считал отбросами, маргиналами и ничтожным мусором, с такой волей и такой стойкостью продолжали сражаться с нежитью, защищая не только свою территорию, но и тех, кто наверху.

— Слушай, Малёк, — Рик говорил быстро, жёстко, словно отбивал чеканную монету. — Твоя цель — не убивать, а гасить их напор. Похоже, сейчас нас накроет особо сильная волна. Они — лишь клубки тёмной, агонизирующей боли, центр которой находится где-то в самой глубине тоннелей. Вырви боль — и твари угомоняться. Но мы пока туда добраться не можем. Значит, действуй от обратного. Оторви к хренам руку, чтоб боль притихла.

Тень прикоснулась ледяными, словно выточенными из горного льда, когтями к моему виску. Холод был невыносимым, но проясняющим. Он прострелил голову, выстраивая порядок в мыслях.

— Чувствуй эфир, — прошипела Лич, её голос казался скрежетом старых костей. — Воля некроманта — это не пустые слова. Это приказ, выжженный в пустоте. Твой гнев, твоё желание порядка, твой страх — вот топливо для Некромантии. Помни, мертвые понимают только силу. Они не знают жалости или других человеческих эмоций. Посмотри. Вот сейчас. Закрой глаза и посмотри.

Я, повинуясь Рыжей, прикрыл веки, отсекая все чувства. И увидел. Не стены катакомб, а серую, пульсирующую паутину. Нити жизни, смерти и чего-то третьего, тёмного и вязкого, что текло по тоннелям.

— Узлы, — бросил Рик. — Видишь самые толстые, гнилые? Бей своей силой туда.

Я нащупал сознанием плотный, вибрирующий ком ярости и боли, приближающийся к нам. Это было нечто огромное.

— Слишком сильное! — выдохнул я, чувствуя, как меня буквально невидимым пинком отбрасывает от этой тупой, всесокрушающей мощи.

— Тогда придется встретить опасность лоб в лоб! — Тень отдернула руку. — Мёртвые служат тем, кто сильнее. Возьми то, что твое по праву, и прикажи!

Мой взгляд упал на пол, покрытый вековой пылью и прахом. Я мысленно вцепился в него, вливая в холодный пепел свою волю. Воздух вокруг сгустился, заблестел, превратившись в хрупкий, но непробиваемый Пепельный Щит.

— Вот! Отличный вариант защиты! А теперь…Хватит теории! — Рик подтолкнул меня вперёд. — Они здесь! А мы рядом. Мы прикроем. Прости, пацан, но изо всех нас ты — единственное стоящее оружие. Главный удар снова придётся на тебя.

Мы выскочили из ниши и бросились вперед по тоннелю, который, расширяясь, трансформировался в очередное пространство, которое можно было расценивать как огромный зал. Настолько огромный, что потолок казался неимоверно далеким, похожим на черное небо.

То, что я увидел, заставило кровь свернуться в жилах.

По этому залу, сметая на своём пути опоры, которые поддерживали потолок, и сдирая с каменных стен проводку, двигалось нечто. Это было существо, слепленное из десятков тел шахтёров, сросшихся в единый ужасающий конгломерат. Такое чувство, будто какой-то психованный ребенок схватил кучу сломанных кукол и слепил из них одного монстра. "Голова' великана была увенчана короной из острых обломков каменной породы, а вместо рук свисали гигантские, костлявые хвататели. Из многочисленных пастей, зияющих на его теле, лилась чёрная жижа, разъедающая камень. В общем — очередное творение безумного короля нежити.

— Никакие пули не возьмут эту тварь! — крикнул один из гвардейцев Волконского, отступая.

Часть отряда князя последовала за нами, но сейчас парни явно жалели о своем решении.

— Вот дьявол! — Раздался сзади знакомый голос.

Я обернулся и… пожалуй, сильно удивился. Сам князь стоял здесь же, рядом со своими людьми. Видимо, Александр Павлович решил лично принять участие в битве. Абсолютно идиотское решение на мой взгляд. Толку от него — ноль.

— Какого черта он здесь⁈ — Моментально окрысился Рик. — Нам только Высокородного тут не хватало. Чтоб потом на нас повесили убийство главы рода Волконских. Уберите его на хрен!

— Магия! Она может помочь? — Выкрикнул Волконский, обращаясь к Антону, который мелко суетился возле него. Высказывания Палача князь просто проигнорировал.

Маг, бледный, но собранный, уже чертил в воздухе светящиеся руны.

— Пытаюсь! — Нервно ответил он, — Но броня это твари… она из мертвой плоти и ненависти! Обычные заклинания просто разбиваются в прах!

— Малек… — Рик повернулся ко мне, — Почему ты не позовешь Охотника?

— Потому что ситуация не настолько поганая. — Ответил я. — А тут слишком много раненных людей, как и тех, кто испытывает ужас. Для Охотника они могут стать желанным лакомством. Не хотелось бы проверять свои силы на стычке со своим же ручным зверем. Не самый подходящий момент для дрессировки.

На этой далеко не жизнерадостной ноте нам пришлось прервать все разговоры. Великан был уже в тридцати метрах от нас. Он поднял одну из своих костлявых «рук», чтобы снести колонны, подпиравшие своды пещеры.

У меня не было времени на раздумья. Я почувствовал, как холод Частицы Забвения в кармане сливается с холодком внутри. Леонид молчал, но его знание текло во мне рекой. Видимо, Серая Госпожа сняла последние ограничения, соединив мое сознание с сознанием некроманта.

Я шагнул вперёд, удаляясь от линии гвардейцев.

— Малек! — крикнул Рик, однако я уже не слушал.

Я вытянул руку, но не к твари, а к земле под её ногами. Мне нужна была помощь тех, кто умер в этом месте. Рыжая правильно сказала. Некромант всегда берет то, что его по праву.

Я не видел нитей. Я видел саму смерть, что скрывалась в камне. Я вспомнил рудники, тысячи шахтёров, погибших здесь за многие десятилетия. Их кости всё ещё были внутри, в толще породы.